Дарья Сафронова – Танец лебединых дев (страница 13)

– Она не сказала, но мы с Пелагеей догадались: она тебя всегда недолюбливала эта Мирониха. Вот и сглазила специально! И время-то какое выбрала – когда батюшке худо стало, и мы все без его защиты оказались.

Емельян недоверчиво хмыкнул. Уж больно странной казалась уверенность Ксении в Ястремском. Купец бы точно не горел желанием вставать на защиту подкидыша.

– А потом?

– Потом к нам в ворота постучался добрый старец. Он шел очень долго и устал. Лука попросился на ночлег. А когда узнал, какое горе постигло нас, то сказал, что поможет поставить вас с батюшкой на ноги.

– Какой еще Лука?! – не понял Емельян.

– Так старец же…

Постепенно до молодого человека начало доходить: наставник, почувствовав, что Емельяну грозит опасность, бросился на помощь ученику. Но как он мог незаметно проникнуть к Ястремским? Представившись бродягой по имени Лука, Гневояр попросился на ночь. Если бы решающее слово было за Ястремским, то его бы погнали взашей, но купец лежал без памяти, и решение принимала Ксения. Она впустила старика в дом и поделилась с ним произошедшим. Гневояр же предложил помощь. Стоп! А как же купец? Его наставник тоже поднял на ноги?

Емельян рывком поднялся в постели, похолодев от ужаса.

– А батюшка как? – прохрипел он сорвавшимся голосом.

– Все так же, – погрустнела Ксения. – Старец Лука сказывал, что это на тебе сглаз был, а батюшку болезнь свалила. Его так просто на ноги не поставить…

– Фух! – облегченно выдохнул Емельян и тут же, поняв оплошность, поправился. – Главное, что живой!

– Да, это главное, – закивала Ксения.

Дверь отворилась и в светелку вошла Пелагея.

– Ксения Спиридоновна, там бабка Мирониха пожаловала. Хочет батюшку вашего видеть. Что ей ответить? Пускать али нет?

Лицо Ксении вмиг посерьезнело, черты, утратив мягкость, приобрели резкость. Сейчас она, как никогда ранее, стала похожа на отца. Емельяна передернуло от такой разительной схожести, его реакция не укрылась от девушки, и она, накрыв его руку ладонью, истолковала по-своему, ответив:

– Гоните взашей! Скажите: Спиридон Кузьмич почивает, сон его тревожить не велено. В услугах знахарей нужды не имеем, потому как хозяин идет на поправку.

От услышанного Пелагея пришла в ужас.

– Ксения Спиридоновна, да как же так… а коли прогневаем Мирониху…ее же потом не упросить будет, ежели чего…

– Мирониха твоя – никто иная, как старая злобная ведьма! – взорвалась купеческая дочка. – Не желаю с ней никаких дел иметь! И батюшка бы меня в этом поддержал!

Пелагея вышла, на ее лице отчетливо читался страх. Ксения перевела глаза на Емельяна, ее взгляд потеплел.

– Все хорошо, Мелёша. Все хорошо – она больше не посмеет…

Пальцы девушки нащупали подаренный Голицыным перстень. Она внимательно глянула на выгравированную букву «П».

– Что это? Я раньше его не видела.

– Плата за помощь от Голицына, – выплюнул с неприязнью Емельян.

– Люди барина приходили про тебя узнавали. Говорят, что ждут на работу.

Емельян подавил нарастающую неприязнь к купеческой дочери и согласно кивнул.

***

Утром Емельян чувствовал себя, как новенький. Обрадовавшись, что силы снова вернулись, и можно покинуть купеческий дом, перебравшись к коням, он бегом спустился по лестнице. Торопливо прошмыгнул мимо комнаты, где лежал купец. К счастью дверь оказалась прикрыта, и ему не пришлось видеть беспомощного хозяина.

Морозный воздух придал дополнительных сил, и по дороге к Голицыну настроение поднялось. Молодой человек после длительных размышлений все же решил притвориться, что желание работать на ведуна никуда не делось, может ему удастся что-то выведать про историю родителей. Желание найти мать с отцом было очень сильным.

Ворота барского жилища распахнул Зарян, он по-прежнему смотрел на Емельяна с подозрением и скрытой неприязнью. Но молодой человек, с детства привыкший к косым взглядам не обратил на него внимания. Не говоря ни слова, Емельян направился в конюшню. Огонь поприветствовал его радостным ржанием.

Весь день пролетел в заботах – на барском дворе кроме Огня обнаружилось еще четверо волшебных коней. Все они, как один, тянулись к Емельяну, словно чувствовали в нем что-то сокрытое от человеческих глаз.

– Любопытно, – послышался за спиной спокойный голос.

Повернувшись, Емельян обнаружил Василия Голицына внимательно наблюдавшего за его действиями.

– Никогда раньше не видел, чтобы сивки так тянулись к человеку. Даже если он ведует, – задумчиво сказал хозяин.

Емельян пожал плечами, ему тоже была удивительна такая безграничная конская любовь.

– Один лишь только Лесной хозяин пользуется беспрекословным доверием сивок, – продолжил мужчина.

– Кто? – не понял Емельян.

– Лесной хозяин. Иногда его называют Лешим.

– Но я же точно не Лесной хозяин, а обычный человек.

– Если бы ты знал свою родословную – я бы спросил тебя не было ли среди твоих предков не совсем земных существ…

– Это как? – напрягся Емельян.

– Иногда случается, что вилы, мавки или русалки влюбляются в человека. Они рожают ему ребенка, а потом сбегают в свой мир. Мда… удержать их бывает очень не просто, да и не к чему… если честно…

Емельян напрягся, разговор подходил к интересующей его теме, но немного с неожиданной позиции. Может Голицын специально хочет его запутать, чтобы он не искал родителей среди людей?

– Мой дед ведал, – уверенно сказал Емельян, – и мать тоже. Это я точно знаю!

Голицын задумчиво посмотрел на него и заговорил снова:

– Да. Дети, рожденные от неземных созданий обычно обладают каким-то даром. Как правило, необычным даже для ведуна.

Емельян промолчал.

– Не верите, – заключил Голицын. – Понимаю вас. Выросшему среди неведующих юноше тяжело поверить в это…

– А вы сами-то верите? – Емельян не сдержался, позабыв об учтивости. – Вы-то хоть раз видели такой союз или пересказываете слышанные истории?!

– О, я видел, юноша. Видел.

Голицын о чем-то задумался. Его лицо посуровело.

– Прошу прощения за резкость, – Емельян опустил голову (не хватало еще привлечь на себя барскую немилость, ему и так хватает недоброжелателей). – Я не хотел вас расстроить.

– Пустое, – отмахнулся Голицын. – Я понимаю тебя намного лучше, чем тебе это кажется. Тяжело вырасти без материнской ласки, а ее ничего и никогда не заменит. Жаль нельзя поговорить с твоим приемным батюшкой…

Емельян вопросительно изогнул бровь, не понимая о ком, ведет речь барин.

– Я слышал про несчастье, настигшее купца, – пояснил Василий. – Понимаю, как сейчас тяжело его домочадцам. Но, уверен, он поправится и тогда можно будет задать ему вопросы.

– Да, конечно, – не стал спорить Емельян.

Сам того не ведая, Голицын натолкнул Емельяна на мысль. Нужно поговорить с Миронихой! Отчего-то же старуха невзлюбила его с самого детства. Вдруг она знает о нем то, чего не известно никому?

***

С барского двора путь Емельяна вел к старенькому, но еще достаточно крепкому домику. Здесь жила поселковая знахарка, прозванная селянами Миронихой. Никто не знал сколько ей лет, но любой житель мог с уверенностью сказать, что Мирониха уже была в преклонных годах в пору его молодости.

К домику знахарки прилегал огромный огород, где старуха выращивала овощи и некоторые лекарственные травы. Сейчас же весь участок был завален снегом, лишь узенькая протоптанная тропиночка вела к двери.

Емельян постучался и толкнул дверь, которая с легкостью поддалась. Мирониха не имела привычки закрываться, всецело доверяясь односельчанам. Молодой человек оказался в тесной темной комнате, в которой витал запах сушеных трав. Он прокашлялся, прочищая горло, чтобы позвать хозяйку, но его опередил скрипучий надтреснутый голос:

– Ты преступил порог моего дома без приглашения. Емельян присмотрелся и, когда глаза привыкли к темноте, увидел сидевшую на лавке со связкой трав на коленях Миронику.

– Прости, хозяйка, думал, что двери твои всегда открыты для нуждающихся в помощи.

– Ты не за помощью пришел.

– А коли нуждался – помогла бы?