Дарья Сафронова – Месть вилы (страница 1)
Дарья Сафронова
Месть вилы
Пролог.
Непролазное бурлящее, будто котел с кипящим зельем, болото.
Болотник не сводит жадных глаз с бредущей наугад девушки, потирая руки в предвкушении – скоро он получит добровольную жертву! Как давно этого не было! Больше двадцати лет назад местные жители обещали ему невесту, но потом откуда не возьмись появился заезжий ведун и разрушил все планы. Он как сейчас помнил эти голубые, цвета ясного неба глаза! Как безжалостны они были в гневе и угрозе погубить его родное болото. Тогда он вынужден был отступить. Но сегодня он возьмет свое сполна…
Девушка подняла на болотника взгляд. В небесно-голубых глазах читалось отчаяние, но не было ни капли страха. Манера величаво держаться, несмотря на заплаканные глаза и оборванную, всю заляпанную грязью одежду, говорила о высоком происхождении нежданной гостьи. Светлые косы растрепались. Непослушные локоны развевались на ветру. Сухие губы потрескались. Но, несмотря на все это, девушка продолжала оставаться красивой. Очень красивой. Что же привело молодую ведунью в болото? Что заставило ее настолько отчаяться? Разве не любили, не жалели ее родители?
Разве не хранили они свою кровиночку?
Девушка зажмурилась и ступила в топь. Болотник, все еще не веря до конца в свою удачу, подался вперед, с нетерпением ожидая, когда трясина сделает лихое дело и утащит несчастную на дно. Вдруг в небе раздалось протяжное карканье. Огромный черный ворон, широко раскинув крылья и растопырив острые когти, стрелой пикировал вниз…
ЧАСТЬ 1. В поисках Ведовского
Глава 1.
Тесная крестьянская изба с закопченными стенами – топили по черному. Узкое окошко, практически не пропускающее света. Запах трав и лечебных отваров в воздухе смешан с унынием и безысходностью.
На печи лежала исхудавшая молоденькая девушка. Ее тоненькие руки казались совершенно прозрачными, да и сама она была будто невесомая. Из груди вырывалось рваное дыхание, щеки пылали – жар. Клокочущий разрывающий кашель сотрясал грудь.
Олёнка, девица шестнадцати годочков. Старшая сестра в многолюдном семействе. По весне, еще в ледокол, умудрилась девка неразумная свалиться в прорубь, когда пошла прополоскать бельишко в реке. Потопнуть – не потопла. На счастье гостил у одной бабки молодой внучек, молодец заезжий. Ратник из стольного града, сказывали самому царю служивший. Случилось парню оказаться поблизости. Он Олёнку из-под воды и вытащил, да только девка перепугаться успела ни на шутку да застудиться. С тех пор и слегла. Сначала просто чуть прикашливать стала. На то даже и внимания не обратила. Знай себе, работала за двоих. В крестьянских-то семьях так – времени на печи разлеживать нет! С Ильей, спасителем своим, стали на вечерках встречаться. Парень он видный, статный, в самой белокаменной служит! Да и Олёнка пареньку приглянулась. Подумывал уже сватов засылать, чтобы тетка Анюша, мать ее, зазря не ворчала, что, мол, вскружит девке голову, а потом поминай, как звали.
Да только приключилась с Олёнкой беда. Одолела девицу хворь, что никак излечить не получалось. Не помогали ни отвары мудреные, ни заговоры, местной знахаркой творимые – утекала жизнь из Олёнки на глазах… Илья, глядя на любушкины мучения, сам с лица спал.
Не ел толком, да и сон не шел. Все мыслями к Олёнушке любимой стремился, вспоминал ее нарядную да румяную, что на посиделках веселее всех была…
Вот и сейчас сжимал в руке тоненькие прохладные пальчики и вглядывался в казавшиеся огромными на исхудалом лице глаза, а в мыслях крутилось одно – как помочь Олёнушке? Где найти лекарство чудодейственное, что любую бы хворь исцелить смогло.
На ум, как назло, приходили одни глупости, еще в детстве от старой прабабки слышанные. Якобы жили на Руси раньше такие знахари и кудесники, что за плату, а кто и по доброте душевной, любую хворь побороть могли, любую беду от селения отводили. Да только люди за их доброту черной злобой отплатили: то там, то тут вспыхивали погромы, потерявший от гнева человечность люд громил тех, к кому еще вчера приходил слезно просить о помощи. Вот и решили тогда уцелевшие ведуны построить свое собственное ведовское царство-государство, куда не будет доступа неведующим. Так с тех пор настоящие истинные ведуны, обладающие даром, исчезли из селений. На их место пришли знахари да лекари, разбирающиеся в травах, но не более того.
По мере того, как Олёнке становилось хуже, отчаяние накрывало с головой родных и близких. Когда все чаще стали слышны разговоры шепотом о неминуемой смерти девушки, Илья решился попробовать попытать счастья и отыскать таинственное царство, где живут и правят ведуны. Только где искать вход в волшебное царство-государство?
Подумал Илья, подумал да и порешил – где же еще искать, кроме как в лесу? Лес-то он издавна свои вековые тайны хранит. Его деды-прадеды почитали да опасались, и сейчас люд к лесу уважительно относится. А как иначе? Коли в лес без уважения войдешь али со злым умыслом каким – вернуться и не надейся! Закружит тебя леший, все тропы-пути перепутает да будет по одному и тому же месту кругами водить, покуда не упадешь без сил и о пощаде не взмолишься. Но только, какое дело лесному хозяину до мольбы человеческой. Глух он к людским страданиям, как и вся нечисть. Вот потому-то и пугают, запугивают с детских лет мамки да бабки деток несмышленых, чтобы не смели в одиночку к лесу приближаться. Да только Илья не дите малое, а ратник царский из стольного града приехавший – ему эти страхи нипочем! Что он с лешим что ли не совладает!
***
Лес встретил молодого ратника неприветливо. Воронье карканье над головой словно бы предупреждало о нависшей над молодецкой головой опасностью, но Илья упорно шел вперед, отмахиваясь от невеселых мыслей, лезших в голову.
Время от времени молодой человек проверял ножны, закрепленные на поясе, опасения потерять кинжал, пожалованный самим воеводой, были далеко не беспочвенные. Ветви, что постоянно хлестали молодого человека то по икрам, то по бедрам, а то и выше, запросто могли поддеть пояс и сорвать его.
Над лесом тем временем сгущалась тьма. Вместе с сумерками, накрывавшими землю, в душу закрадывалась тревога. Появилось настойчивое ощущение, что кто-то незримый внимательно следит за каждым шагом Ильи. Ратник невольно поежился, остановившись, он внимательно огляделся по сторонам, но не заметил ничего подозрительного и двинулся дальше.
Вскоре стало настолько темно, что продолжать путь не имело никакого смысла. Илья решил устроить привал. Он выбрал подходящее место, немного расчистил его от валежника, соорудил из еловых ветвей некое подобие лежанки, подумывая о разведении костра, чтобы не озябнуть. Никому ведь не секрет, что даже летние ночи в лесу бывают прохладны.
Вдруг за спиной треснула ветка, словно бы кто-то, крадущийся по следу Ильи, неосторожно наступил на нее. Парень мгновенно обернулся на звук, но ничего не увидел кроме колышущейся ветки. Погода стояла безветренная, потому и думать не стоило, что ветер играет ветвями. Да и чутье воина Илью еще ни разу не подводило: коли показалось, что следят за ним, значит так оно и есть. Ратник на всякий случай положил руку на рукоять кинжала и, отодвинув ветви, решительно шагнул вперед.
Открывшаяся перед ним картина заставила молодого человека на мгновение потерять дар речи – прямо на земле на четвереньках расположился маленький сильно исхудалый мальчонка. Его одежда клочьями свисала прямо до земли, волосы обросли и скатались в колтун. Крупные зеленые глаза, словно два драгоценных изумруда, сверкали на чумазом лице.
Справившись с удивлением, Илья строго спросил:
– Ты кто такой будешь?
На вид мальчонка, как мальчонка, но Илья прекрасно понимал, что под видом дитяти несмышленого ночью в лесу какую угодно нечисть можно встретить.
Ребенок что-то невнятно промычал в ответ.
– Чего сказываешь? – переспросил Илья.
Мальчик повторил, но словно в его речи невозможно было что-либо разобрать. Илья вынужден был податься вперед, подумав про себя, что тем самым подставляет под удар шею. Вдруг встреченный окажется нечистком да и вопьется острыми зубами ровнехонько в пульсирующую жилку? Жутко… По коже поползли мурашки. Молодой человек сильнее стиснул в руке кинжал, готовый в любой момент нанести нечисти удар серебряным лезвием.
Илья ждал нападения, но вместо этого мальчонка тоненько пропищал ему на ухо:
– Проклятый я – меня лесной дедушка к себе от мамки забрал!
От этих слов, незамысловатых и таких простых, стало еще страшнее. Что значит проклятый? Конечно, Илья с детства слышал от товарищей истории о проклятых детях, которых нечисть к себе забирает, что неосторожное слово родительское открывает нечистым путь к неокрепшим детским душам, но, по правде говоря, он уже давно не верил во все эти байки. А тут такое?
– А чего же ты один по лесу скитаешься? – растерявшись, спросил Илья.
– Так потому и скитаюсь, что от лесного дедушки уб
Приглядевшись, Илья дал бы постреленку весен шесть, не больше.
Малец облокотился спиной о поваленное дерево и громко шмыгнул носом. Разорванная рубаха съехала с плеча, обнажая исхудалое тело и острые выпирающие ключицы.
– А ешь-то ты что? – спросил Илья, только сейчас понимая, насколько исхудал ребенок.