Дарья Лобастова – «Полизлэйзия. 1.» (страница 4)

– И что с того? Ты еще сам никого не поймал.

И он нырнул в кусты.

На этом разговор должен был подойти к концу. Я неторопливо догнал их и нырнул вслед за ними в зелень кустарников, Дворняжка последовала за мной.

– Не нужно строить из себя героя! – решил продолжить Боксер, оказавшись уже на другой стороне поляны. – Все мы знаем, что ты так страстно поддерживаешь Страшилу только потому, что тебе платят за это деньги!

Далман огрызнулся, а Бокс с презрением глянул на меня и продолжал:

– А ты вообще молчи, если не хочешь, чтобы это копье вошло в тебя и пронзило насквозь!

Его угроза ни капли не испугала меня, а даже наоборот, взбодрила.

– Хочу! – утвердительно провозгласил я и притянул его за кончик копья к себе, с целью сподвигнуть на этот шаг.

Но Бокс, тяжело вздохнув, грубо оттолкнул меня острием копья в сторону со словами: -Да ну тебя… мелочь костлявая! – и начал двигаться дальше по поляне, поросшей редкими ветвистыми деревьями.

Наверное, он не сделал этого из-за того, что испытывал ко мне сострадание и уж наверняка не из-за того, что боялся испортить свою заработанную непосильным трудом спортивную репутацию, легкомысленно подумал я, ничего не смыслящий в этом жестоком мире, и продолжил двигаться вслед за остальными.

Мы устремились вдаль поляны, пробегая мимо висячей березы, и только тут заметили, что, увлекшись охотой, случайно попали на территорию полицешек. Мы сразу же покинули ее, соблюдая закон, и правильно сделали, вернувшись на участок земли, которая по праву принадлежала Лайке и была в свое время отобрана ею у проворных западных каннибалов.

Если бы мы вовремя не покинули край Пестрого поля, то уже не вернулись бы с него живыми, так как были бы замечены и схвачены, ведь буквально через секунду на поле показались охранники, патрулирующие местность и проверяющие нет ли нигде поблизости злых собак.

Эти двое работников в кои-то веки впервые занимались делом, а не придумывали тупые отговорки, почему каждый день кого-то из них нет, и не стояли сонные у заднего входа во дворец, делая вид, что охраняют его, а на самом деле видя уже десятый сон.

Никогда не нарушайте закон, а иначе, те, кто его придумал, жестоко покарают вас.

– Тебя что, жизнь вообще ничему не учит? – с презрением спрашивал Далман, видя, как Бокс пытается перегрызть мое копье зубами, ломая их при этом.

Мне было смешно наблюдать за Боксом, так как в этот момент он был очень похож на бобра, а еще меня радовало то, что нам всем весело вместе, и нас впервые сплачивает что-то, кроме общих командных дел.

В это время Дворняжка принесла с соседней поляны груду сырых кленовых листьев, залитых дождем. Это было крайне нелегко, но она справилась.

–Эй, народ! – интригующе проговорила она, – кто-нибудь из вас знает, почему бегемоты какают кубиками?

Судя по лицу Далмана, она поняла, что это было не лучшее начало для продолжения разговора…

– Все, хватит с меня этих ваших шуточек… – гневно пробормотал он, дополняя свой ответ пояснением, – еще одной ссоры нам не хватало!

Обиженная Дворняжка гордо шмыгнула носом и отвернулась. Далман же, заметив, что мы с Боксом начинаем ссориться из-за куска сала, найденного на дороге, воскликнул:

– Эй, вы! Два петуха! И Дворняжка… – смотрите, какое местечко я нашел! Как считаете, подходит для остановки?

***

К тому времени начало светать. Щенка поняла это, и попыталась сориентироваться по расположению солнца, где север, а где юг, – как это учил их делать учитель физкультуры и по совместительству боец – Песто Светлов, но у нее ничего не получилось. Она была слишком глупа для того, чтобы воспользоваться этим способом.

И как бы она не пыталась, какие бы старания не прикладывала, у нее все равно не получалось найти дорогу домой. Совсем отчаявшись и позабыв о том, что выход есть всегда, вне зависимости от ситуации, она уже хотела сесть на пенек и расплакаться, поняв, что останется здесь навсегда, пока не увидела… маленький огонёк в далеких зарослях кустарника. «Да, это выход в Полицейский парк, я нашла его!» – обрадовалась она и не о чем не думая, бросилась бежать на свет.

Добежав до нужного места, Щенка раздвинула руками ветви кустарников, надеясь увидеть за ними полицейский патруль, отправленный на ее поиски и разводящий в этих местах костер. Какого же было ее удивление, когда вместо этого перед ней предстала такая картина: покрытая мраком опушка, сверху до низу пропитанная мглой, землю которой освещал только маленький, неаккуратно разведенный костер, который и являлся источником загадочного света, и кучка собак вокруг него, присевших отдохнуть и безмятежно болтающих на свои темы.

Ближе всего к костру находился юноша с белоснежными взъерошенными волосами, стоявшими дыбом на его голове. Он выглядел намного крупнее остальных, и с первого взгляда впечатлил Щенку. Она дала бы ему от силы лет 18. «Его глаза были молочно – оранжевого цвета, как кефир в смеси с ряженкой, а зрачки в них черные и узкие, как спицы, что было крайне странно для полицейской собаки…» – подумала Щенка, но ее это не смутило, и она продолжила разглядывать незнакомца. На нем была надета салатовая рубашка очень свободного покроя, в которой он выглядел, как девчонка. А сидел он словно «нараспашку», как барин на печи и одним своим взглядом словно бы говорил – «А ну-ка, кто на меня?»

Немного подальше от огня сидел, нервно раскачиваясь из стороны в сторону, еще один мальчик бойцовской внешности. Его волосы были вороного цвета и торчали вверх, точно наэлектризованные, а глаза сияли в утреннем полумраке кроваво-красным огнем. Одним своим видом он наводил страх и отчаяние и создавал плохое впечатление о себе и других, поэтому Щенка быстро отвела от него взгляд, и переключила свое внимание на следующего незнакомца.

А следующей, кто бросился Щенке в глаза, стала Дворняжка – девочка 13-14 лет. Она сразу же заинтересовала ее своей привлекательной внешностью: фиолетовые глаза так и притягивали внимание, рыже-коричневые волосы так и напрашивались, чтобы их расчесали. Щенка всегда мечтала о такой уверенной в себе подруге и поняла, что не отказалась бы с ней подружиться, если бы появилась такая возможность.

Дальше всех от костра сидел мальчик 9-10 лет на Щенкин взгляд, и она не ошиблась. Это был я. Мои черные, как вороново крыло волосы свисали почти до плеч густыми, непричесанными прядями, а длинная, неподстриженная челка была убрана в сторону, но все равно лезла в глаза. Сами глаза светились темно-алым огнем, а в них словно лампочки горели два чёрных зрачка.

Мой внешний вид крайне впечатлил Щенку, и она, проявив ко мне интерес, за считанные секунды влюбилась в меня, как динозавр из мультфильма про собачку Кланю в главную героиню, забыв о том, что она уже занята. Она полюбила во мне все: и мою неидеальную фигуру, и мои слишком тонкие губы, и в первую очередь, кровоточащую, еще не успевшую зажить царапину. Не зря говорят, что первая любовь – самая светлая и невинная, как ангельский нимб в ночи. Следующая мысль, пришедшая девочке в голову, была такая: «Я хочу с ним встречаться!»

Поскольку мы не сидели сложа руки, а занимались жизненно необходимым делом, а именно – разговаривали, Щенка втайне решила подслушать наш разговор, чтобы определить, из какой мы команды, словно до сих пор она этого не поняла и, развесив уши, притаилась в кустах.

Мы только что закончили поливать грязью мой любимый Злэйзкий мультик про пластмассовых собачек, в котором речь шла вовсе не про собачек, но назывался он так, потому что в нашем мире всех людей называли собаками.

Кстати, Бокс только делал вид, что ему не нравится этот мультик, а на самом деле он обожал его больше своей жизни, но боялся нам даже заикнуться об этом, так как возрастное ограничение у этого мультика было 5-9 лет (то есть после 9 лет, как вы понимаете, его смотреть было уже нельзя). Затем мы приступили к обсуждению более важных жизненных тем, не обсудить которые в десятый раз было грехом.

Далман закинул удочку для нового разговора.

– Ну, чего сидим, народ? – спросил он, – давайте лучше обсудим что-нибудь другое, например, чего бы вы хотели больше всего прямо сейчас?

Этот вопрос уже не раз звучал в нашем кругу, но мы все равно достаточно часто возвращались к нему, да и на этот раз не стали его игнорировать, потому что за два дня у многих мечты могли поменяться.

– Прямо сейчас я очень хотел бы вмазать тебе по морде! – с вожделением отметил Бокс. – Это такое увлекательное занятие!

Далман с сожалением посмотрел на него, осознавая, насколько он все-таки жалок, и тот, поняв, что в очередной раз изрек какую-то чушь, решил поправиться, уточнив:

– Сарказм…это был… но все же, признайте, это увлекательно!

– А я бы прямо сейчас не отказалась от корочки черного хлеба… – тихо промолвила Дворняжка. – Я всегда мечтала хотя бы раз в жизни его попробовать, а одной корочки мне хватит, чтобы наесться!

– Ясно, – прервал ее мысленное путешествие в долину Грез Далман и обратил внимание на меня, мирно думающего о чем-то своем вдали от всех. -А ты чего бы хотел, Ково?

Я мечтательно посмотрел на него и, расплывшись в улыбке, решил им открыться:

– Я всегда мечтал стать королевой. И сейчас мечтаю.

Лицо Бокса стало похоже на хоккейную шайбу, но я не обратил на это внимания, и продолжил говорить: