Дарья Лев – Тень Страха (страница 77)

– Лина, ты слишком остро реагируешь, – он тоже поднялся с пола, с переменным успехом уворачиваясь от новых ударов. – Особенно если учесть, что речь про того, кто тебе совсем не близок!

– Я так реагирую из-за себя! – рявкнула в ответ, с досадой признав, что когда демон стоит в полный рост, колотить его уже не так удобно. Но, видят боги, я пыталась. – Ты хоть понимаешь, что я почувствовала перед тем, как отключиться?! Думала, что сейчас сама к праотцам отправлюсь из-за вашей с ним сраной сделки!

– Убери тряпку, и я все объясню, – попробовал уговорить меня Ас. Потом вдруг ухмыльнулся. – Ну или возьми хоть что-то посолиднее, что ли. Что ж ты куском ткани.

Ясно, вопрос с болью снимается. Я покосилась на тряпку в своей руке и поняла, что это обрывок какой-то пыльной гардины.

Просто замечательно. То-то мне запах какой-то тухлятины чудится.

– Говори, – потребовала от друга. – Какого хрена ты тут устроил?!

– Эксперимент, – сообщил он, разве что не просияв. – Причем, вышел весьма удачный.

– Неужели? – едко осведомилась я, не видя никакого повода для радости.

– О да. Проверял свою догадку и оказался прав. Пандорру тормозит именно Гончий, а не его образ, то есть…

– Ас, ты идиот? – нелюбезно перебила я его, подозревая в помешательстве. – С какой стати ее должен тормозить его образ? Он что, святой?

– Сама такая, я не про то, – фыркнул демон. – У меня было сомнение, вдруг дело не в самом Гончем, а в твоем к нему нежном отношении, надо было его развеять. Теперь понятно, что ты не вляпалась.

– Да я и так тебе сказала, он для меня никто! – сердито взмахнула руками и нервно прошлась по комнате. – Просто невероятно… Считаешь, я солгала тебе?

– Скорее, можешь не совсем правильно понимать собственные чувства, – уклончиво отозвался друг. – Он ведь твоего типажа, вдруг ты… Ну не знаю, запала, но осознаешь пока.

– Мне больше четырех с половиной веков, – я посмотрела на Асмодея, в душе очень надеясь, что это просто неудачная шутка. Не может же он и в самом деле верить в чушь, что несет? – Если за это время что и научилась понимать, Ас, так это собственные чувства. Гораздо лучше, чем кто-либо другой. И знаешь, прямо сейчас я чувствую себя паршиво. Сообщаю это, чтобы у тебя не возникло сомнений, которые нужно развеять.

Развернувшись, я пошла прочь из гостиной, не вслушиваясь в запоздалые извинения друга. В эту минуту последнее, чего я хотела – видеть и слышать его. У меня до сих пор мелко подрагивали выпачканные в крови руки, а перед глазами то и дело вспыхивала жуткая картина, с каким наслаждением я всадила когти в чужое тело.

*****

Это была самая сложная неделя в моей жизни за последние несколько лет. Семь гребаных дней, чтобы в итоге найти только восемь трупов. Информация из Гильдии не дала практически никаких подсказок, кроме того, что я уже знал от Лины. Ведьма была права. Во всем права. Минимум сведений, лишь тупые никчемные обрывки бесполезных данных.

От братца толку оказалось ноль. Кретин, втянувший меня по самые уши во все это дерьмо с алатами из-за собственной безмозглости, так и не объявился. Я пару раз предпринимал попытки связаться с ним, получал только отговорки в духе «слишком рискованно». Ролу, видимо, в его тупую башку не приходила мысль, что «слишком рискованно» – это испытывать мое терпение, а не опасаться недовольства Вильгельма. Что ж, придется по возможности объяснить.

В конце концов, пытаясь охватить как можно больший сектор для поисков перевертышей, пришлось пойти на риск и привлечь к делу несколько наиболее проверенных коллег. Таких, кто будет скорее заинтересован в спасении чужой жизни, чем в истории, как и что произошло. Мы обыскали все, что только было можно, допросили даже самых неявных свидетелей. И все равно нашли только тела. Без душ. Пустые оболочки, нетронутые с виду, но словно выскобленные изнутри.

И что самое мерзотное, я проверял это украдкой от других Гончих. Просто не смог придумать ничего внятного, чтобы объяснить, откуда мне известно, что именно нужно выяснить, и как я это узнал. Не ссылаться же на рассказ Лины об экспериментах Вильгельма, в самом деле? То есть, сперва, конечно, была мысль попытаться как-то преподнести это Гильдии, но я почти сразу отверг ее. В любом случае эта ниточка так или иначе затронула бы ведьму. Начни Аристарх копать в этом направлении – кто знает, что произойдет.

Черт возьми, даже не помню, когда последний раз так облажался. С того момента уже больше столетия прошло.

И вот теперь, когда я собирался, скрепя сердце, вернуться в особняк демона, от братца прилетело сообщение о готовности на новую встречу прямо сейчас, все там же, у семейного склепа.

На кладбище я сегодня вписался, как родной. Пару-тройку дней провел на ногах, не мывшись, не спав, практически не жрав и израсходовав магический потенциал до предела. Собственно, даже портал сюда пришлось открывать, задействовав силы алата, иначе просто не вышло.

Усевшись прямо на землю около склепа, я прислонился спиной к ледяной гранитной стене и прикрыл глаза. Говнюк явно опаздывал, а выплясывать вокруг сил уже не было. Спасибо, что хоть место тихое, спокойное, никто и не потревожит.

– Боже, из какой выгребной ямы ты выбрался? – очевидно, я сам не заметил, как задремал, потому что от голоса Роланда резко открыл глаза и не сразу сообразил, где нахожусь.

– Заткнись, – поприветствовал я брата. Медленно выдохнул и все же встал, размяв застывшие от холода плечи. – Какого хрена тебе надо именно сейчас? Что за срочность?

– Разве не ты просил меня разузнать кое-что о свите? – искренне опешил Роланд. Окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы и скривился. – Нет, правда, где ты валялся?

– В дерьме, – будь запал моей злости побольше, ходить бы братцу с фингалом. – Засунь себе в жопу свою информацию, уже поздно. Перевертыши мертвы. Ты бы еще месяц собирал данные.

– Я бы, может, и управился быстрее, если бы Вильгельм не сорвался с цепи, – нисколько не ощутил вины Рол. – Увидишь эту дрянь, передай ей спасибо. Говорят, она грохнула ловчий отряд недавно. Вильгельм в бешенстве.

– Точно, спасибо, что напомнил, – я щелкнул пальцами с мнимым озарением. – Совсем забыл поблагодарить Лину, что подчистила ряды свиты еще на четыре рожи.

– Ты больной? – не оценил Рол шуточку. – Может, дашь ей разрешение и дальше чистить?!

– А знаешь, кстати, она охотно бы сократила поголовье свиты за твой счет, – братец, сам того не заметив, снова ступил на очень опасную территорию. – Не поделишься, что такого ты ей сделал, что она горит желанием убить тебя?

– Ты что, обсуждал меня с ней? – Роланд невольно схватился за ворот рубашки, оттянув его, будто тот его душил. – Сказал, что пытаешься вытащить меня?

– Нет, здравый смысл пока при мне, – явный испуг Рола вызвал злую усмешку. – Она сама упомянула тебя. Мол, ты можешь быть в курсе дел Тариана и Тарвина, вы были дружны. И по дивным эпитетам ее отношение к тебе было просто-таки очевидно.

– Звучит так, будто слова этой твари…

– Заткнись, – довольно жестко пихнул я его в грудь. Эти гребаные туманные намеки на Линину ложь и его, Роланда, мнимое стремление подарить мне прозрение уже поперек горла стояли. – Если не собираешься дать четкий и ясный ответ, в чем причина вашей взаимной ненависти – закрой рот.

– Но…

– Никаких «но», дорогой брат, – на лице Рола наконец проступила хотя бы тень осознания, что его брехня больше не работает. – Так что ты ей сделал?

– Без понятия, – мотнул головой он, отступив от меня на несколько шагов. – Я никогда не спрашивал, за что впал в такую немилость.

– А сам, конечно же, ни сном ни духом, – я устало потер лицо, понимая, что ничего так и не добился. – Ладно. Чем занимались близнецы-ловчие до своей безвременной кончины?

– Не мой уровень, – закатил глаза Роланд. Говнюк как всегда беспечно поверил, что перевод темы – символ безопасности и слепой братской веры. – Когда-то мы и правда общались, но потом они поднялись на ступень повыше, я остался на прежней.

– Посочувствовать? – усмехнулся, не скрыв ядовитого скептицизма. – Ужас какой, не дали порулить.

– Представь себе, – взаправду оскорбился Рол. – Увы, я не ты, и даже не эта злобная сука, мне статус Мастера не светит. Для Вильгельма это оказалось принципиально.

– Мне нужно знать, что делали близнецы, с кем общались, в каких мирах бывали, – сострадание и жалость никогда не были моей сильной стороной. Тем более, если я не видел повода для них. – Ну или то же самое в отношении тех, с кем они были в отряде.

– Да ты просто издеваешься, – опешил брат замерев на месте, как статуя и недовольно скрестив руки на груди. – Я просил тебя помочь сбежать из свиты, а ты превращаешь меня в шпиона?!

– Совмещаю полезное с вынужденным, – на этот раз попытка пробить меня на теплые чувства вышла у Роланда чересчур топорной. – Не вижу, чтобы ты сильно рвался прочь с тех пор, как тебя выпустили из тюрьмы. Может, есть идеи, как тебя выдернуть? Например, сейчас сразу куда-то переправить, спрятать?

– Как что-то узнаю – сообщу, – резко крутанувшись на пятках, Рол пошагал прочь от меня, напоследок окинув быстрым взглядом склеп.

Вот и отлично, а то я уже практически на ногах не стою.

– Ах да, чуть не забыл, – бросил братец через плечо. – Вильгельм отправил Каролину с каким-то посланием к старшим демонам. Не уверен, что тебе такое важно, просто на всякий случай предупреждаю.