Дарья Лев – Тень Страха (страница 79)

– Вертельская смерть на тебя не подействовала.

Он моргнул. Кажется, название зелья для него не было пустым звуком, он понял, о чем я говорю. Мужчина медленно посмотрел на пустую кружку из-под настойки и неверяще уставился на меня.

– Ты… – начал было он и не завершил фразу.

– О, нет-нет, не в этот раз, – я махнула рукой и тихонько рассмеялась. – Но чисто на будущее: не принимай ничего из рук ведьмы. Особенно той, которая тебя не выносит.

Запечатлев в памяти смесь шока, недоверия и злости, что отразилась в глазах Гончего, я оставила мужчину одного, искренне надеясь, что испортила ему настроение не меньше, чем он мне.

– Где бродишь, как привидение?

Около спальни меня поджидал Асмодей. С тарелкой фруктов, в синей шелковой пижаме с рубашкой нараспашку.

– Хотел надеть розовую, но вспомнил, что ты не любишь поросячий цвет, – в ответ на мое беззвучное изумление он чуть оттянул резинку штанов, резко отпустил, и она звонко хлопнула его по поджарому животу. – Как насчет поболтать? Как в старые добрые времена? Я извинюсь, ты поешь, раз пропустила обед и ужин. Заодно разграбим твой комнатный мини-бар.

На секунду мне захотелось признаться, что в этот момент я была сыта по горло. Но если рассказать демону, где и с кем только что была, кто знает, какие еще дебильные сомнения у него возникнут? Да и потом, почему бы действительно не забыться хоть немного?

– Заходи, – я распахнула перед ним дверь, пропуская перед собой. – Только учти, попытаешься опять спать в моей кровати без штанов – вылетишь мигом.

Глава 27

Последнее, к чему я был готов столь ранним утром, так это к той сцене, от которой брови все никак не могли вернуться к привычному положению на лице.

С отдыхом как-то не повезло. Полночи то проваливался в полудрему, то снова просыпался, ворочаясь с боку на бок и пытаясь понять, какого черта происходит. Так до самого рассвета, пока не проснулся окончательно, с четким ощущением, будто меня всю ночь колотили по башке. Какое-то время сидел на кровати, стеклянным взглядом уставившись на серо-розовую кромку горизонта, и пытался определиться, то ли занять себя чем-то, то ли рухнуть обратно на подушку. В конце концов, решил прибегнуть к проверенному методу отвлечения и пробежаться. Может, хотя бы капля привычной нагрузки встряхнет, как следует.

Умылся, как можно тише вышел из комнаты… И мгновенно пожалел о решении вообще пойти куда-то.

Дверь ведьминской комнаты с грохотом распахнулась. Сперва оттуда буквально выскочил Асмодей. Ржущий так, что чуть не пополам не сложился. Правда, с толку сбивало скорее не его дикое веселье, а голый зад, не прикрытый той тряпкой, в которую он пытался завернуться на ходу, наступая на края и спотыкаясь. Следом комом вылетели пижамные брюки, в полете развернувшиеся, как знамя. А потом показалась и сама Лина, грозно трясущая в воздухе рубашкой.

– Я тебя насчет штанов предупреждала! – она беззлобно кинула в демона рубашкой и притворно надулась, скрестив руки на груди. – Поверить не могу, что…

Ведьма вдруг замолчала, увидев нежданного свидетеля в моем лице. Едва уловимая улыбка, которую она сдерживала, мгновенно исчезла без следа. Как и искры веселья в глазах. Похоже, ее злость на Асмодея была абсолютно наигранной. В отличие от того презрения и разочарования, что было адресовано мне. Заправив за ухо растрепанные со сна волосы, она одернула пониже короткую тунику, прикрыв голые ноги, и отвела взгляд. Но не со смущением или чем-то вроде того. А так, словно что-то гадкое углядела.

– Доброе утро, – оскалился демон в мою сторону, наконец-то обернув бедра каким-то покрывалом так, чтобы ничем не отсвечивать. – Извини, если разбудили. Видишь ли, она, – быстрый кивок в сторону Лины, – за столько-то лет все никак не привыкнет, что я сплю в ощущении полной свободы…

– Да плевать, – хмыкнул, перебивая Асмодея. Покосился на ведьму, но та словно ледяную статую изображала. Или же ждала, пока раздражающий элемент покинет поле зрения. – Вы не мешали. Мы столкнулись случайно.

– Ну, разумеется, – вполголоса снисходительно фыркнула Лина и озарила демона искренней улыбкой. – Спасибо за вечер, любитель свободы. До встречи за завтраком.

– Есть пожелания? – демон подобрал с пола валяющиеся штаны и закинул на плечо. – Можешь просить, чего душа пожелает, сегодня…

Слушать эти воркования я не собирался. Обогнул странную парочку и пошел прочь, стараясь не сильно ускорять шаг.

Боги, какое же чудо, что я все же не заперся вчера к ведьме с извинениями. Выглядел бы еще большим идиотом.

Ночью, на кухне, когда Лина ушла прочь, я почувствовал себя погано. В первые секунды даже не понял почему именно. Может, ее фантастически злые слова про смертельное зелье, которым она, якобы мне угостила. Может, накопившаяся усталость. Без понятия.

А спустя буквально минуту лихорадочных размышлений вдруг осознал: это придавила вина. Я, кажется, перегнул палку. Не просто зацепил ее, а сделал больно, хотя и не желал того.

Надо было десять раз подумать, прежде чем упоминать Лоркана. Он умер страшно и жестоко, у нее на глазах, а ведьма сейчас ежедневно видит его сына и навещает женщину, которую он любил. Мне ведь даже не пришло на ум, что Линины чувства к этому алату могли быть не только глубокими, но и безответными.

Залпом допив воду из ее стакана, я пошел следом, убедив себя, что в этот раз определенно нужно извиниться как следует, иначе никак. Не знаю, что именно собирался сказать, как оправдаться. Главное, чтобы выслушала и не держала зла. Оставлять где-то поблизости обиженную ведьму не стоило. Хрен бы ее знал, на что она сподобится. Вдруг насчет Вертельской смерти соврала, чтобы усыпить бдительность, а потом в самом деле опробует это варево?

Правда, с извинениями вышла неловкая вещь. Я застыл у самого поворота в коридор, ведущий к нашим спальням, как последний дебил. Сначала едва не окликнул по имени алату, остановившуюся около ее двери, а потом отступил в тень: Лина была не одна, рядом маячил с фруктовым блюдом Асмодей. Рубаха нараспашку, дебильная самодовольная ухмылка… С такого расстояния было сложно расслышать тихий разговор. Но я определенно точно видел, как ведьма расслабленно улыбнулась и выдохнула. Закатила глаза в ответ на реплику демона, открыла ему дверь своей комнаты, пропуская вперед, игриво хлопнула по спине.

Если в этом коридоре кто и выглядел расстроенным, задетым за живое, так точно не сияющая в присутствии своего долбанного дружка алата.

А я-то терзался и костерил себя последними словами, что нагадил ей в душу. Нет, все же здорово, что я заметил демона и ведьму вместе раньше, чем пришел с покаянием.

Не думаю, что она вообще нуждалась в этом. Ее остаток ночи, судя по утреннему цирку, прошел гораздо лучше, чем можно было ожидать.

Суховатый воздух за пределами особняка оказался на удивление прохладным. Размявшись, я потрусил в сторону самопровозглашенной тренировочной площадки, подальше от дома. Надо проветрить голову, определенно. Впереди еще сочинение отчета по проваленным поискам перевертышей, сейчас некогда думать о какой-то чуши.

Вот что забавно: в этом гребаном особняке я столько раз слышал со всех сторон об исключительной дружбе ведьмы с демоном, что, признаться, утренняя встреча застигла врасплох. Не предполагал, что в их понимании дружба включает совместные ночевки без трусов. Понятно, что Асмодей – демон разврата во плоти, от него подобное вполне ожидаемо. Вот Лина создавала совершенно иное впечатление. Но если ночью, когда они заходили в комнату, можно было предположить какое-то иное, сугубо дружеское времяпровождение, сейчас – нет. Ну в самом деле, кем нужно быть, чтобы поверить, что демон похоти спал в ее комнате, но посреди ночи вдруг решил оголиться по самое не хочу? Просто так.

Хмыкнув, постарался засунуть все мысли куда подальше. Сосредоточился на равномерном дыхании, на работе мышц, которые охотно, но медленно вспоминали нагрузку. За последнее время во всей этой суете времени на поддержание формы совсем не оставалось. Только и успевал мотаться то по разным мирам, то к братцу, то обратно к Лине.

Чертова ведьма. А рядом с демоном прям белая и пушистая.

Сжав зубы, я набрал скорость. Сердце колотилось как-то слишком быстро и шумно, видимо, сказывался этот долбанный перерыв в физической подготовке. Четыре столетия работы Гончим, а стоит на пару-тройку месяцев забить хер, как все приходится восстанавливать. Не с нуля, конечно, но неприятно.

На пару кругов сумасшедшего забега меня хватило, а потом перед глазам предательски всплыла эта гребаная ведьминская полуулыбка. Которая исчезла при виде меня.

Резко остановившись, я согнулся пополам и уперся руками в колени, переводя дыхание. На задворках сознания мелькнуло тупое, бессмысленное умозаключение: если она действительно спит с ним, зачем утром выкидывать из комнаты?

Да какого хрена мне вообще есть до этого дело?! Никогда не собирал сплетни, кто и кого потрахивает, теперь-то вдруг чего озадачился? Разве что, стоит понять, может ли этот факт как-то сказаться на моих сделках с обоими?

Подобрав себе парочку лестных эпитетов покрепче, я снова побежал, мысленно перечисляя миры, в которых работал. Если мозг хочет работать – на здоровье, пусть думает.