Дарья Котова – Лили (страница 2)

Экипаж остановился перед небольшой часовней. Не успел Рэй распахнуть дверцу и выглянуть, как к нему бросился пухлый маленький человечек.

— Жрец Оглора! Вы приехали!! — неожиданно громко проорал встречающий, да так, что все прохожие с любопытством оглянулись посмотреть, кто это такой приехал. Рэймонд не сомневался, что уже через четверть часа весь городок будет знать о нем. Он поспешно вылез из экипажа, вежливо отвергая помощь толстячка: учитывая разницу в габаритах, для последнего это могло плохо кончиться.

— Пойдемте, пойдемте, жрец Оглора, — тарахтел коллега по цеху, провожая Рэя внутрь. — У нас маленький Храм, средств не всегда хватает. Прошу простить, не сюда, в том коридоре нет освещения. Да, вот здесь. Проходите, располагайтесь. Сейчас послушник принесет ужин. Вы обедали? Нет? Да, вы правы, дороги у нас плохие, не только обед, но и завтрак оставишь на них! Просто ужас! Бургомистру жаловались, но денег нет… Да, вот ужин, а вот мой ученик, Вильям. Есть еще Аннет, чудесная девочка. Я тут один, знаете ли вы, второй жрец, мой дорогой друг, Освальд, погиб в прошлом году. Утонул в проруби. Был заядлым рыбаком, но вот плавать не умел. Да в зимних сапогах и не выплывешь. Такая потеря! Я все ждал, что ко мне пришлют другого жреца, хотя бы шестой ступени. Я сам два года назад получил пятую. — Толстячок горделиво выпятил грудь, а потом затараторил дальше: — Вы знаете, жрец Оглора, у нас такие дела тут творятся! Плохие! Отродясь такого не было, уж я-то знаю! Я же здесь родился, жрец Оглора, с детства всех знаю, с рождения. Кто к кому по ночам бегает, у кого долги, а кто всю получку может за день пропить. Мы ведь люди простые, жрец Оглора, нам многого не нужно. И темных мы отродясь не жаловали. Не нужны они нам. Оборотни иногда заглянут, но так, купить-продать и дальше. Не любим мы темных, зло от них.

Рэй мог бы сказать, что он видел немало зла и от людей — к сожалению, не меньше, чем от вампиров и оборотней, — но несчастного жреца Оглора попросту не было возможности вставить даже полслова в монолог толстячка. Наконец гостеприимный и чересчур говорливый хозяин сделал короткую паузу — чтобы отхлебнуть воды из кувшина, — и Рэй поспешно произнес:

— Я Рэймонд, оставим церемонии. А вас как зв…

— Мередок Рвил, но можно просто Мери, меня так все тут зовут. Вы знаете, жрец Рэймонд, у нас очень добрые люди. Они ни в чем не отказывают! И в Храм каждую неделю ходят, я за этим строго слежу. У наших людей нет лишних мыслей в голове. Чудесный народ, правда, иногда увлекаются своей бадягой. Варят из чего попало…

Рэй сделал правильный вывод, что ему в ближайшее время не удастся ничего добиться от коллеги, и приступил к ужину. Желудок почти забыл о трясучем экипаже, и можно было рискнуть. А Мери продолжил трещать, одновременно ухитряясь каким-то исключительно волшебным образом есть. Рэю доводилось встречать таких людей: вставить слово в их монолог не получалось, они сами задавали вопрос и сами отвечали. Их пыла хватило бы на диалог большой компании, и даже согласие собеседник не мог выразить — такие люди рождали слишком много слов, чтобы кто-нибудь еще мог что-то добавить. Самой верной тактикой было смиренно молчать — когда-нибудь (и очень скоро, ведь быстрота речи поражала) говорун расскажет то, что нужно.

Рэй оказался прав. Не успели они закончить ужин, как Мередок поведал ему о графе. Естественно, с излишними подробностями.

— Я помнил графа Ростара еще ребенком, он был милым мальчиком, но не слишком одаренным, особенно интеллектом. Это чудесный человек, весь в отца. Он многое сделал для города, хотя средства его были весьма незначительны. Конечно, он удачно женился. Графиня — чудесная женщина. Правда, очень боязливая. Она заглядывала в Храм чуть ли не каждый день. Особенно зачастила в последнее время. Так и ездила ко мне. Ну, я сразу смекнул в чем дело. Тут, обычно, все ясно: муж загулял. Мне так всегда жалко жен. Если я узнаю об изменах, я тут же предпринимаю меры. Как минимум, беседую с неверным мужем, а так… — Рэй на время отключил сознание, пока жрец Кротса подробно рассказывал о своей борьбе за супружескую верность. — Так вот я сразу подумал, что граф согрешил. Графиня, конечно, ни о чем таком не говорила, даже не намекала, но вы ведь знаете, жрец Рэймонд, что женщины не любят говорит о таких вещах, особенно женщины знатные. Я пару раз намекал графине, но она отвергала все мои подозрения и предложения помощи. Однако что-то ее все же беспокоило. Я решил присмотреться к ней, к ее сыну и мужу. Увы, граф Ростар стал так редко появляться в Кротсе, что я забеспокоился еще сильнее. Решил их навестить. И что вы подумали бы, жрец Рэймонд? Граф был мне так не рад! Он даже не скрывал своей неприязни! А графиня? Бедная женщина, она едва не лишилась чувств! А какой бледной она была! Я сразу понял, что дело не в измене! Но в чем же? Я бы никогда не поверил, что граф мог связаться с темной силой! Это был чудесный мальчик, в детстве он так любил лазить к нам во двор Храма и объедать вишню, проказник! Но потом я вспомнил, сколь коварны могут быть последователи Темного бога. Я начал искать свидетельства того, что мне не почудилось это темное влияние. И что вы подумаете, жрец Рэймонд?

Рэй уже ничего не думал, он терпеливо, как мог только он, ждал конца рассказа.

— Я нашел их! Нашел подтверждения, что наш граф, чудесный мальчик, позволил впустить в свое сердце Тьму!

— Что вы нашли? — поперек коллеги спросил Рэй.

— Что я нашел? О, немного! Но уверяю вас, жрец Рэймонд, сердце мое обливалось кровью. Я выяснил у Милы, старой служанки графа, что хозяин уволил нескольких слуг. Старушка Мила пришла в среду в город, на рынок, за зеленью. Она любит выбирать зелень, ее муж — повар в поместье графа. Так вот каждую среду, в любую погоду, Мила приходит в Кротс, чтобы купить зелень. Вот уже полвека! Уже в возрасте, но такая верная себе и своим привычкам! А ведь я помню ее совсем молоденькой девушкой, я тогда был мальчишкой, а она казалась мне такой взрослой.

— Так что со слугами? — перебил разошедшегося жреца Рэй, пока словоохотливый хозяин не вспомнил всех девушек своей юности.

— Ах, да! Слуги! Так вот Мила рассказала мне по секрету — со мной все любят секретничать, я всегда храню тайны своих прихожан, — что граф уволил несколько слуг, самых молодых. Мила жаловалась, что ей стало тяжело прибираться, она ведь уже немолода, а горничная Катрин была так расторопна. Но Катрин рассчитали, и она уехала к родне в Джил. Так вот у меня тоже были знакомые в Джиле, это городок неподалеку от Кротса. Я связался с другом из Джила, беспокоился о судьбе Катрин, ну и хотел узнать побольше о графе. Мила-то никогда бы не стала наговаривать на хозяина, она слишком верна ему. Так-то это правильно, но ведь бывают исключения! И что вы думаете, жрец Рэймонд? Мой знакомый разыскал родственников Катрин, и те сообщили, что девушка к ним не приезжала. Более того, ее даже не увольняли. По крайней мере, в ее последнем письме не было даже намека на это. Я нашел семьи других слуг — граф уволил лишь приезжих — и узнал, что с ними произошло то же самое. А потом я встретил на улице графа и прямо спросил, зачем он погубил молодых ребят и девиц. Я не знаю, что на меня нашло, ведь я никогда не был груб с моими прихожанами, это вот Вильям грешил… Так о чем я? Ах, да, граф! Я прямо спросил его, зачем он погубил несчастных. Словно сама Пресветлая вложила эти слова в мои уста! Я спросил, и что вы думаете, жрец Рэймонд? Граф побледнел, подобно мертвецу, пробормотал, что это не он, он не хотел, и убежал. Так и убежал! Граф Ростар! Я сразу понял, что он потерян для Пресветлой! Такое горе! Но разве я мог позволить графу и дальше губить невинные жизни? Я сразу же написал в Храм Линора, надеясь на помощь! И вы прибыли, жрец Рэймонд, это такое чудо…

Рэй пропустил мимо ушей еще пять минут пустых разглагольствований и очнулся лишь тогда, когда жрец Мередок спросил:

— Мы поедем сразу или навестим графа утром? Я так волнуюсь! А вдруг, граф поддерживает связь с темными? С бандами оборотней? Или кланами вампиров? Это было бы ужасно!

Об ужасах, связанных с вампирами и оборотнями, Рэй мог многое рассказать, но промолчал, размышляя над ответом. По-хорошему, ему не было нужно ехать в поместье прямо сейчас. Слуги могли пропасть по тысяче причин, ни одна из которых не была связана с темными силами. Они могли банально сбежать, или сам жрец Мередок что-то напутал. Он, конечно, был добродушным, но не очень прозорливым человеком. Простой слуга Пресветлой, верный своим принципа и живущий спокойной жизнью. Мог ли он преувеличить? Мог. Могло ли ему показаться? Могло. И Рэй, а особенно его желудок и зад не хотели вновь подвергаться пыткам на дороге, пусть до поместья было и недалеко. Разумнее было бы отдохнуть, ведь до ночи оставалось не так долго, и уже поутру навестить "странного" графа. Так рассудил бы любой жрец Линора, но только не Рэй. Пока имелась вероятность, что Мередок прав и в поместье происходит что-то плохое, Рэймонд ее мог спокойно сидеть и поступать по правилам. А если он ошибся? Он не простит себе промедления. В конце концов, пострадает лишь одна часть его тела, зато он будет уверен, что никому в Кротсе не грозит опасность. К тому же сейчас на стороне Рэя была внезапность, а вот утром граф уже может знать о приезде вышестоящего жреца.