Дарья Коровина – Всё осталось в горах (страница 13)

Конечно, кроме них в такие ситуации обычного никто не попадает, но об этом я умолчала.

У нас впереди ещё пара часов тренировки, а я уже устала и хотела вернуться в домик. Надо ещё чуть-чуть отлазить.

4 глава

«Как ты?»

Плотной группой мы остались сидеть в столовой. К нашему отделению подсел парень, который «жил» над нами. Теперь я хоть представляла, как он выглядит, но до сих пор не знала имени. Мы быстро протёрли стол, передали на кухню оставшуюся посуду и, расслабившись, сели в углу, пока нас никто не трогал. Мы громко смеялись, делясь историями с тренировки: Маша рассказывала, как вылезая «последнюю верёвку», случайно хватанула парня за ногу, думая, что это пень.

Юра передал нам большой термос кипятка: «пусть на столе стоит». Я обновила кипяток у себе в кружке. К постоянному холоду нужно привыкнуть. Сидя в весёлой компании и смеясь в голос, было уже почти тепло.

– Тебя слышно на улице, – подошёл «Зелёненький». Для меня это прозвучало, как наезд. Я окинула его взглядом: парень просто ухмылялся, похоже, констатируя факт. Да, я громкая. Я это знала, сколько себя помнила. Мне всегда и все об этом говорили, но быть тише я могла, только собрав себя в кулак и подстраиваясь под окружающих. Сейчас расслабленной, я напрягаться вообще не хотела.

– Есть кипяточек? – продолжил он, не подозревая о моих мыслях.

– Только кипяток, – пододвинула я к нему термос, улыбаясь.

– Суровый, уральский…

– Самый кипящий из всех кипящих, – начали мы снова разгоняться с ребятами, смеясь.

– Можно с вами? – попросился Саша, наливая в термокружку воду, заваривая чай.

… Играть? Дружить? Смеяться? – пробежало у меня в голове продолжение его фразы.

– Если рискнёшь, – наигранно злобно ответила я вслух, чуть подвигаясь ближе к Маше.

– У вас, похоже, тут всё по-взрослому, – он сел рядом, прикасаясь ко мне своей холодной курткой.

Бррр…. я только согрелась… почему мне казалось, что он всегда горячий?

– Ты чего с ужина не отогрелся? – спросила я больше с возмущением, чем с заботой.

– Ещё не совсем…

– Я вас на скалах сегодня не видела, – сказала Маша.

– Так нас там и не было, – пожал он плечами, отпивая чай, – чего толпиться-то?

– На лёд ходили что ли?

– Ага. Только там слишком жарко было…

С ним смеяться было ещё проще. А уж, когда подошёл Андрей, я просто обняла себя за живот. Юра подкидывал «дров» в диалог, сосед «сверху» не давал спуску, Костя заводил острые темы, «Зелёненький» пародировал знаменитые голоса и друга за компанию, напарник точно вставлял «подножки» в его реплики.

Поставленная речь со сверхбыстрой реакцией на события и умение всё перевести в шутку или остроту у Водолея были поставлены почти на профессиональном уровне. Он задавал тон, при этом давая место всем в диалоге. Пару раз даже попытался сконцентрировать внимание на Вове, что смутило того ещё сильней. А Дима на такой приём «раскрылся», вставляя свои остроты в беседу. Парни разгонялись с полоборота, подкалывая друг друга, рассказывая откровенно страшные моменты, но в очень смешной манере. Смеялся даже тихий Вова. Мы с Машей просто гоготали в голос.

– Сашка, ты стендапер, что ли? – уже снимая куртку спросила я, замечая тонкое и умелое управление беседой.

– Почти, – съёрничал он, – я много лет комментатор на соревах.

– На Олимпийских?

Впервые он завис, наклонив голову, обдумывая:

– Нет, – кажется, так звучит его смущение, – на местных. Но приятно… спасибо… Курить хочу… – проговорил он в пространство.

– Так иди, – легонько пихнула я.

– Мне тут так хорошо… – слова тепло срезонировали глубоко внутри меня. Он тоже уже скинул куртку, сидел расслабленно, даже немного раскрасневшийся, опушенные чуть сгорбленные плечи, и бесята в его глазах блестели как-то по-другому. В улыбке читалась грусть. Он много глубже, чем казался на первый взгляд.

«Весёлые клоуны – все печальные»3 – вспомнила я цитату из любимого стихотворения.

– Ну, ты покури и возвращайся, – как можно теплее сказала я игриво, – мы тут ещё не расходимся.

– До 12 числа…

– Адрес тебе известен…

– Как-нибудь не заблужусь…

– А вы на «Коронских» не пойдёте? – спросил Юра, посмотрев на Андрея, который стоял рядом, опершись коленом о скамейку.

– Ещё не решили…

Из описания района я знала, что хижина «Коронская» или просто «Коронских» находится на морене, откуда начинается подъём на Коронское плато. Это ещё дальше по леднику Ак-сай. С неё удобно ходить дальний район: выход на башни гор Короны, Изыскатель, Свободная Корея и Симагина.

Сашка всё же собрался и сходил на перекур. Снова сел морозить мне бок и остро пах сигаретами. Похоже, раньше запах вымораживался быстрее, чем доходил до меня. Мысль быстро ускользнула в очередной интересной истории Андрея, когда у него побило верёвку и пришлось протягивать жумар сквозь открытую «сердцевину».

– Так делать нельзя! – возмутился инструктор в очках, и наперебой «страшноразрядники» стали рассказывать, как надо было поступить «по-нормальному».

Мы ещё какое-то время посидели, пока Юра не взглянул на часы и не отправил Вову за формой для маршрутного листа.

– На «Учителя»? – удивился Андрей тому, что мы собирались составлять маршрутник на простой подъём.

– Обязательно, – ответил инструктор, – без него никого не выпустят.

– Вы же завтра с нами идёте? – спросила я у Сашки.

– Неа, – отозвался он, – нафиг надо толпиться.

– А куда вы?

– По соседству: на «Бокс» сходим… – лист, который держал при себе всё время Андрюха, оказался их маршрутником. Опытные парни сразу после ужина заполнили его.

– А так можно что ли? – удивилась я, чётко слыша распоряжение начспаса.

– А чего нет? – пожал плечами Андрей.

– Им всё можно, – отозвался Юра, расчищая стол около себя, – «второй» закроешь тоже будешь открываться, как хочешь и куда хочешь ходить.

– Ну, не совсем… – «Зелёненький» лениво поднялся и ткнул в напарника пальцем, – этот товарищ меня вот на «Швабу» не пускает…

– «Ильющенко» «постучишь» и пойдём…

«Только со второго разряда и начинается альпинизм, а так это всё туризм» – вспомнила я фразу одного очень хорошего человека и опытного альпиниста.

Маша разборчивым почерком заполнила лист. Дима гениально нарисовал маршрут, который выглядел, как подъём в гору и по хребту:

– Флажок нарисуй, – подсказала я, изучая фото и рисунки маршрута. Стопка листов в прихожей в углу не зря своё место занимала. – Где там вершина?

– Увидите… – сказал Юра, проверив лист, дал простые указания и отпустил, пока не начался «выпуск».

В маленький домик начал набиваться народ со всего лагеря. Становилось очень шумно, душно и тесно. Люди прям плотничком рассаживались на скамейке, пытались вжаться в стены. Знакомый дискомфорт начал сжимать лёгкие. Вдох требовал усилий. Моя клаустрофобия почему-то молчала двое суток, а сейчас ей стало тесно в моей грудной клетке. Отделение привычно расселось на наших койках, пустив незнакомых ребят на свободное место.

– Дойду до «уборной», – сказала я, застегнув куртку ещё в помещении и натянув шапку, вышла на улицу. Во дворе тоже толпился народ. Все готовились к «выпуску».

Мороз резко ударил в лицо, как только я обогнула домик в направлении тропы, которая уже превратилась в дорожку примятого снега. Пара глубоких вздохов и мой нелогичный страх замкнутых пространств ушёл так же незаметно и быстро, как и появился.

У меня вообще были странные отношения с этим явлением. Клаустрофобия появлялась очень редко и по настоящему накрыла только в пещере на Алтае. В первый раз я почувствовала что-то не то, когда мы с папой в детстве залезли в пещеры на Юге. Папа тоже не любил замкнутые пространства и научил преодолевать это: дышать ровно, пить водичку, сохранять голову спокойной и не поддаваться панике.

В повседневной жизни я просто не любила тесноту с низкими потолками и лифты, когда там вырубался свет. А сейчас передо мной раскрывался огромный «цирк» зимних гор, с синим морозным снегом и безумно яркими звёздами. О клаустрофобии я мгновенно забыла. Затаив дыхание, запрокинув голову вверх, я замерла на половине пути. Офигеть!!! Иссиня-фиолетовое, местами светлее, местами чёрное небо с огромными звёздами. Почти как лампочки, только цветные. «Орион» во всей красе висел прям у меня над головой. Слева от него то ли созвездие «Возница», то ли «Большая Медведица»… я громко выдохнула. Выше, кажется, был виден «Персей».

Офигеть!!!

– Пропусти, – кто-то прошёл рядом, возвращаясь в лагерь. Я вспомнила, зачем шла.

Туалет в горах – это отдельный вид приключения. Поправив одежду, я пошла обратно, радуясь, что куртка ещё держит тепло. Вверх я старалась не смотреть, а то моя «эльфийская болезнь» активируется снова, и я не «выпущусь» сегодня. Так и останусь стоять с открытым ртом, разглядывая звёзды, пока меня снегом не заметёт.