Дарья Иголка – Неизвестные (страница 16)
Лай Стэйера заставил Малую взвизгнуть и опрокинуть табуретку, чуть не упав всем телом на пол. Она прижалась к стене, задев висевшее на ней зеркало, и, закрыв рот уже обеими руками, в ужасе смотрела на собаку. Стэйер то рычал, то лаял, а потом, как ни в чем не бывало, свесив довольно язык, вернулся на свою лежанку.
«Она услышала меня? Увидела, что в глазке появился свет? Поняла, что кто-то на нее смотрел? Поняла, что это я? Черт! Что это вообще было?»
Медленно, также как шла Таня к своей квартире, Малая снова подошла к двери и посмотрела в глазок, тихонько поставив опрокинутую табуретку и взобравшись на нее. На лестничной площадке никого не было.
В тот же вечер Малая записала это происшествие в свою тетрадку рассказов. Название она выбрала простое: «Дверь».
В ту ночь по кабельному показывали фильм «Сияние»16. Кино Малая решила посмотреть по всем канонам жанра – в полной темноте, одна в закрытой комнате. Вместо того, чтобы переключиться с плохих эмоций на хорошие, она напротив их усиливала, ей было мало.
На следующий день воображение у Малой разыгралось настолько, что она засомневалась в том, что реально видела то, что видела. Может, она просто это придумала, вообразила, поверила в придуманное?
Когда через пару недель Таня убила себя, Малая вроде и была в шоке, но с другой стороны, как будто ожидала чего-то подобного. Пазл сходился. Мамина подруга явно была не в своем уме. И никакие разумные ответы не приходили в голову Малой, все только в духе фильмов ужасов.
А потом в Таниной квартире поселилась семья начальника милиции, и дети полковника Богданова стали друзьями Малой. Но поделиться тем, что видела, она не решалась, как и тем, что Таня была для их семьи не просто соседкой.
Дети полковника стали друзьями Малой. Но поделиться тем, что видела, она не решалась, как и тем, что Таня была для их семьи не просто соседкой.
А вот после того, что произошло в ее тринадцатый день рождения, Малая поняла, что ей необходимо все им рассказать.
***
После того, как ее несколько раз вырвало, Малая оказалась на диване, укрытая пледом. Состояние было похоже на паралич. Тяжело двигаться, голова гудит, речь окружающих слышна и более менее понятна, но подать сигнал о том, что она жива и все слышит, Малая не могла. Она отчего-то вспомнила сказку «Карлик Нос», которую слушала на пластинке в далеком детстве. Мальчик Яков в полусне прожил в доме ведьмы много лет. В аудиосказке под загадочную музыку описывалась эта полудрема, это туманное состояние. В таком пребывала и Малая.
«Что это такое?» – кажется, спросил Бес.
«Книга таинств и воскрешений Виталины», – прочитал Белый.
«Дай сюда», – подала голос Кудрявая.
«Что там?» – спросил Чокнутый.
«А ты что не знаешь? Я думал ты, как этот, Кашпировский17, мать его, или не! Ванга!» Белый нервничал, злился.
«Что это выпало? – голос Главного. – Фотография какая-то. Наша фотография. Не пойму, когда она сделана и кем? Девяносто второй год на обороте. Сразу после детдома. Может дядя Сережа сделал. Не. Скорее Вера. Не пойму».
«Отец хранит эту фотку в сейфе? Что за сопливая мелодрама?» – Белый явно был на взводе.
«Что там в книге?» – спросил Главный.
«В ней пусто. В книге пусто», – голос Кудрявой был тихим.
Малая слушала этот разговор и вспоминала, как недавно они с Кудрявой не могли оторваться от фильма «Колдовство», так он им понравился, а теперь она слышит о какой-то «Книге таинств и воскрешений», в которой страницы пусты. Но они не были пустыми. Об этом сказал Чаки.
«Вы что не видите? Вот же текст!»
«Чувак, теперь я буду называть тебя Ванга, или Кашпо, или какой позывной тебе лучше подходит? Экстрасенс? Да только в книге ни черта нет!»
«Маленький маг», – прошептал Чокнутый.
«Мне надо выпить, черт».
Белый с топотом прошагал на кухню. Громко застучали дверцы ящиков. Судя по звукам, он сделал несколько глотков прямо из горла бутылки, после чего выругался и откашлялся.
«Ладно, потом разберемся. Давай личные дела», – сказал Главный.
Так Малая получила ответ на свой основной вопрос. Все пятеро были усыновлены полковником. Главный и Бес – близнецы. Белый и Кудрявая родные брат и сестра. И вот вместе с ними со всеми, но явно отличающийся ото всех, был Чокнутый. Чаки, Кашпировский, Ванга, Экстрасенс. Маленький маг…
А еще Малая в бормотании ребят разобрала какие-то обрывки фраз, из которых сделала вывод, что полковник причастен к тому, что случилось с Татьяной. Но совершенно не укладывалась в голове фраза «значит это твою семью он спас, спас от нее». От Тани? Если и так, то отчего именно спас? Малой же это не послышалось? Хотя, если вспомнить те гляделки сквозь дверь, слова про спасение обретали какой-то смысл. Этот Танин взгляд, склоненная голова, да и весь ее образ вполне можно было расценить как угрозу.
После дня рождения Малая не виделась с друзьями целую неделю. И это были мучительные дни, полные невыносимого ожидания и неудовлетворенного любопытства.
Малая знала, что на время командировки полковника детей будут навещать его друзья. Тетя Вера и дядя Сережа.
О женщине все говорили с теплотой, о мужчине за глаза ребята слагали шутки, например «прячьтесь, преступные рожи, за вами идет наш дядя Сережа». Малая знала, что он тоже работал в милиции.
Друзья ей не звонили, не заходили, а она сама, помня свои постыдные рвотные приключения, не решалась ни позвонить им, ни зайти в гости.
Всю учебную неделю в школу никто не ходил. Из-за жуткого холода и сильного ветра все пять дней продолжались актировки18 с первого по одиннадцатый класс. В понедельник пятнадцатого марта с утра по радио и по телевизору снова объявили актировку для всех классов.
Кутаясь в плед, после того как натянула вторую пару теплых носков на озябшие ноги, Малая забрела на кухню и включила электрический чайник. В окне ничего не было видно, оно заледенело со стороны улицы.
Родители были на работе, для взрослых актировки не предусматривались. Хотя были на памяти Малой несколько историй с такими катаклизмами, что и мама оставалась дома, а отец, работающий сварщиком на ТЭЦ, отправлялся доблестно исполнять свой долг.
В девяносто пятом году на этом ТЭЦ произошла крупная авария, и на несколько дней весь город остался без отопления, да еще и электричества не было по полдня. Тогда в квартире было так холодно, что шел пар изо рта, а вся семья ходила по квартире в валенках и верхней одежде, и в ней же и спала.
Главной новостью на местных каналах было устранение аварии, в то время как главным событием, о котором говорилось по каналу ОРТ19, было убийство журналиста Влада Листьева. Малая хорошо запомнила то время. Холод, мрак, жестокость мира, его хрупкость, странность, непредсказуемость. Еще вчера она в тепле своей светлой комнаты вырезала очередное яркое платье для бумажной куклы, а уже на следующий день замерзала как во времена войны и слушала по телевизору о том, что человека могут убить в подъезде собственного дома, вот так вот просто взять и застрелить.
Налив немного заварки из маленького чайничка в кружку и добавив кипятка, Малая взяла сникерс в зубы, и, одной рукой держа горячую кружку, а другой придерживая плед, двинулась в свою комнату.
Сначала она достала подборку своих журналов «Маруся». И хоть Малая считала себя бунтаркой и неформалкой, непохожей на обычных девчонок, но полистать глянец о простом, о девичьем, и она любила. Журналы были много раз прочитаны и перечитаны, поэтому вернулись на свое место в ящик письменного стола довольно быстро.
Телевизор она решила посмотреть в зале, там он был больше. Удобно расположившись на диване, укрытая пледом, Малая кусала сникерс и запивала его горячим чаем. Щелкая кнопками на пульте, она попадала то на новости, то на рекламу, то на «Криминальную Россию».
На одном из каналов рассказывали о конфликте в Косово. Что, зачем? Неинтересно.
На другом шла серия «Криминальной России» о деле Головкина, или, как его еще называли, Фишера, который жестоко убивал мальчиков. Малая уже видела эту историю, неделю потом нормально уснуть не могла, все думала об этих несчастных детях, как им было больно и страшно. Тогда Малая усвоила раз и навсегда – взрослым доверять нельзя, никому и никогда. И своим детям, а она была уверена, что они у нее будут, Малая скажет: «Не один нормальный взрослый не подойдет просто так к ребенку, не будет ничего просить, не будет ничего спрашивать, не будет ничего предлагать. Нормальный не будет. А больной псих и маньяк будет. Поэтому бегите от взрослых, которые подходят к вам на улице непонятно зачем, со всех ног. И плевать на вежливость. В жопу ее!»
Кстати, как-то Кудрявая рассказала, что одноклассником этого Фишера был лидер группы «Крематорий» Армен Григорян. Да уж, тесен мир. Что-то плохое живет рядом с чем-то хорошим. Малой нравился «Крематорий», особенно песни «Сексуальная кошка» и «Маленькая девочка».
Переключив на местный канал «Северный город», Малая попала на рекламу шоколадки «Шок». «Шок – это по-нашему». Да-да, очень в тему.
По НТВ шли новости. Передавали репортаж про Дело «Властелины»20. Красивое слово. Как в той книге, что нашли ребята в сейфе отца. Что-то похожее там было. Василина? Нет. Виталина!
По НАГО ТВ шел фильм «Ромео и Джульетта» с Леонардо Ди Каприо. Только начался. Малая уже видела его, но могла бы с радостью посмотреть его ещё раз сто. Жалко не было пустой кассеты, так бы быстренько поставила на запись. Или попросить уже денег у родителей, да купить этот фильм?