Дарья Грайнс – Бывший друг (страница 7)

— Я просто перебью их всех сразу, — сказал я и спешился.

Мне не нравилось, что отец постоянно посылал с нами координатора: мы ведь уже не маленькие, сами можем разобраться. Удас недовольно посмотрел на меня, но промолчал. Хед тоже слез с лоари и подошёл ко мне. Друг был таким же крупным, как и я, поэтому мы с ним часто ввязывались в авантюры, которые не нравились нашим родителям. Он происходил из знатной семьи и вполне мог со временем войти в коалицию князей под моим руководством. Я дружил с ним почти с рождения и доверял ему, ведь мы всегда были заодно и делили поощрения и наказания вместе.

— Не гони лоари, сначала тебе нужно подрасти и поумнеть, —покачал головой Удас.

— А нам обязательно с ним сражаться? — спросил Алкес.

Он нервно погладил густую шерсть своего «скакуна» и поднял воротник до самого носа. Алкес был черноволосым, худеньким и небольшого роста, может, из-за этого он всегда выглядел болезненным. Явно он не унаследует ремесло своего отца. Отец Алкеса был знаменит как самый жестокий палач во всём нашем мире. Однако сын оказался лишён этих черт: он был ипохондриком и неженкой, находившимся в состоянии постоянного стресса, хотя и был не глуп. Нам с Хедом пришлось взять его в свою компанию, так как мой отец видел эту дружбу весьма выгодной.

Алкесу вообще не стоило бы с нами выбираться в леса, так как он всегда мёрз. Конечно, на «Элкисе» всегда было холодно, но все его обитатели давно адаптировались к этому. На моей памяти только Алкес мёрз даже тогда, когда температура не опускалась ниже десяти градусов выше нуля. Из-за этого на него смотрели странно: он был как будто не из нашего мира, ведь при местном климате даже посевы и леса цвели под снегом. В самое жаркое время года, когда температура поднималась выше десяти градусов, Алкесу тоже было прохладно. За свою жизнь я помню, когда было настолько тёплое лето, что весь лёд с нашего большого озера растаял, а мой щуплый друг только тогда сказал, что ему, наконец-то, комфортно.

К сожалению, даже когда температура была нормальной, лес всегда оставался опасным. Там сосредотачивалось слишком много потоков энергии, из-за чего болота оставались активными в любое время года, сохраняя свою незаметность для жертв, пока те не проваливались по грудь. Мой отец говорил, что хранитель нашего леса специально создал там столько болот, чтобы защитить окрестности перехода от «Парикайды» и сделал их непроходимыми для этих существ. В этих негостеприимных краях жили разные семьи, которые должны были помогать охранять земли от возможного вторжения.

— Тиберк опасен даже в раненом состоянии, — сказал Удас. — Их очень сложно ранить, и они чрезвычайно быстры, так что лучше всего не сходиться с ними в ближнем бою. Даже если вас больше, он сможет выбраться из окружения, просто оторвав ваши головы.

Алкес расширил свои голубые глаза и посмотрел на Удаса со смесью ужаса и шока, а мы с Хедом заулыбались. Наш координатор умел нагнать страх, но если он сам даёт нам возможность уничтожить это существо, то реальной опасности здесь нет.

Хед уже снимал с лоари наше вооружение и подавал мне автоматический арбалет с отличной пробивной способностью. Наконечники у нас были из самого крепкого кристалла, такие, что даже на волков выходить можно, не то что на тиберка. Удас явно не разделял нашего отношения к охоте на монстров. Я мысленно вздохнул: опять он скажет отцу, что мы ведём себя безрассудно и нарываемся на неприятности. Но я был уверен в успехе. Мы с Хедом взяли арбалеты и посмотрели на координатора. Он, недовольно глядя на нас, зарядил свой дулп и кивнул в сторону, где зафиксировал раненую жертву.

Осталось всего пару лет, и мы тоже получим разрешение на использование дулпа. С таким оружием не страшно выходить на самых опасных существ, ведь оно намного эффективнее наших арбалетов. Дулп с огромной скоростью выпускает кристаллические стержни, которые могут пробить даже самую навороченную броню и частично стены. Опасность стержня заключается не только в том, что он пробивает кости и мясо, но и в том, что он сделан из кристаллов болот. При попадании в кровь он доставляет жертве ужасные мучения. Сам кристалл был настолько ядовит, что те, кто занимался его обработкой, пользовались повсеместным почётом и уважением. Естественно, владеть таким оружием мог далеко не каждый. Требовалось пройти длительное обучение, ведь дулп, хоть и напоминал арбалет своей пружинной системой, был сложен в использовании. Он был тяжёлым и имел приличную отдачу. Разрешения на обучение этому оружию получали только те, кто защищал окрестности прохода, но далеко не все использовали его. Кристаллические стержни были очень дорогими и опасными.

Мой отец вёл учёт каждого выданного припаса, чтобы люди не использовали их в личных целях или для устрашения врагов и союзников. Даже после убийства существ к туше обычно возвращались обученные люди и вынимали стержень. За использование дулпа против себе подобных предусматривалась казнь, которая в редких случаях заменялась немыслимыми пытками под контролем того же палача. После попадания к нему практически никто не возвращался. Я знал, что палач их не убивал, а использовал жертв в каких-то своих целях. Так что смерть зачастую оказывалась меньшим из двух зол.

От мыслей меня отвлёк Алкес, который уронил свой арбалет. Хед засмеялся и сказал:

— Не повезло же твоему отцу. Алкес, ты такая размазня, что смотреть невозможно.

Паренёк потупил глаза, а Удас неодобрительно покачал головой. Я считал, что Хед прав, и поэтому заглянул в тёмно-карие глаза друга и улыбнулся ему.

Мы аккуратно двинулись к нашей добыче. Я уже слышал его. Тиберк издавал много шума, так как был серьёзно ранен. Он наваливался на деревья и сильно припадал к земле. Мне стало не по себе, и внутри всё похолодело: несмотря на ранение, он выглядел опасным.

Рост у него был с высокого человека, комплекция примерно такая же, может, чуть более отощавшая. Кожа, или точнее её подобие, странно переливалась разными металлическими оттенками, словно у змей. Может, это даже было больше похоже на чешую, но отдельных сегментов не просматривалось. Ноги… Конечно, можно было сказать, что это задние конечности, но так как он был прямоходящим, думаю, это всё-таки были ноги. Они выворачивались в обратную сторону и вместо ступни оканчивались чем-то, похожим на звезду с подвижными лучами. Торс был похож на наш, только пупка не было, а мышцы пресса шли вертикально. Руки разного размера смотрелись причудливо. Одна, которая, как и у нас, росла из плеча, была настолько длинной, что, думаю, он мог бы опираться на неё как на третью ногу. Её венчала такая же звезда, как на ноге, усеянная мелкими «кратерами», а на лучах произрастали длинные загнутые когти. Вторая рука была нормальных размеров с ужасающе длинными пальцами, похожими на человеческие, а третья росла почти под горлом и была короткой, но выглядела мощнее остальных; однако на ней не было ни пальцев, ни звезды. На ней кучковались какие-то наросты, похожие на наши ядовитые кристаллы: они были тёмно-синими и выглядели длиннее, чем когти на самой длинной руке. Шея была длинной и жилистой, а голова напоминала непропорциональную, помятую бочку, только из-за цвета казалась сделанной из металла. В этой «бочке» зияли два провала, в которых ничего не было видно; лишь номинально их принимали за глаза. А пасть его была похожа на ротовую полость пиявки: круглое отверстие, обрамлённое зубами со всех сторон. Думаю, это не кожа у него, а чешуя, так как растительности на нём вообще не было.

Припадал тиберк к деревьям из-за того, что в месте сгиба его неправильных ног торчал обломок чего-то. Я также заметил, что на нём были видны отметины когтей волка, возможно, даже не одного. Этому существу явно не повезло столкнуться с нашими хищными обитателями лесов. Виднелся ещё один обломок, похожий на стрелу, в подмышке самой длинной руки. Видимо, это заметил не только я, так как Удас сказал:

— Нам очень повезло. Он явно сбежал после хорошей трёпки. Скорости у него теперь немного, да и самая опасная конечность замедлена. Жаль, что волки не добили его.

Воодушевление слышалось в голосе координатора. Мы подняли арбалеты и направили их на тиберка. Требовалось заранее решить, куда стрелять, ведь их анатомия сильно отличается от нашей. Хед, не раздумывая, выстрелил ему в голову. Тут нас и поджидала первая неудача: стрела не пробила кожу и отскочила. Тиберк развернулся и уставился пустыми глазницами в нашу сторону. Они показались мне хорошей мишенью, но стрелы «ушли в молоко» — нельзя было торопиться. Теперь, думаю, существо уже точно поняло, откуда на него напали. Оно издало громкий и неприятный звук на грани слышимости и направилось в нашу сторону. Мы с Хедом сделали ещё по выстрелу, но они не смогли нанести урон. Стало очевидно, что его кожа хорошо держит силовые удары, и нужно искать уязвимые места. Несмотря на то что он был ранен и, как сказал Удас, прилично замедлен, эта тварь сделала молниеносный рывок к нам. Его неправильные конечности и длинная рука помогли ему преодолеть большое расстояние за один прыжок. Хед сорвался с места и кинулся в сторону, несмотря на крик Удаса, чтобы тот не двигался. Монстр моментально среагировал на движения моего друга и бросился за ним, размахнувшись своей длинной рукой. Хед присел, и звезда прошлась по стволу дерева, сбив с него не только кору, но и вырвав часть ствола. Вот это силище! Мне стало понятно, почему против них никогда не выходят один на один. Пока длинная рука была приподнята, я выстрелил в то место, где торчали обломки чужой стрелы, и… попал! Тиберк взвыл, но не развернулся, а потянулся к Хеду второй рукой. Мой друг находился слишком близко к разъярённой бестии, что представляло значительную опасность. Хед стрелял куда попало, и это была плохая тактика, так как тиберк был отлично защищён и, несмотря на ранения, двигался быстро.