Дарья Грайнс – Бывший друг (страница 6)

Примерка одежды оказалась непривычным занятием, словно возвращение в детство, хотя тогда мне шили на заказ. Этот мир, конечно, не был отсталым, но высоких технологий — ни в электронике, ни в биоразработках — здесь не наблюдалось. Вместо того чтобы выбирать образ, удобно расположившись в кресле и получая все ощущения виртуально, мне приходилось надевать вещи, которые уже кто-то мерил, крутиться перед зеркалом, приседать и размахивать руками. На это ушло непозволительно много времени — дома я справился бы за десять минут.

Далее мой путь лежал к железнодорожной станции. Местный интернет утверждал, что это один из лучших способов добраться до Санкт-Петербурга, предлагая также вариант с самолётом. Настроив анализатор на сбор и обработку данных, я углубился в изучение информации. Выводы были неутешительны: похоже, эта модель транспорта ещё только обкатывалась. Слишком часто мелькали сообщения о крушениях и поломках — звучало небезопасно. Пусть бедняки проверяют эту «приблуду» на себе.

От идеи взять машину я тоже отказался. Согласно местной статистике, они крайне небезопасны, поскольку управление полностью возложено на человека. Это подтверждалось и записями в дневнике: «Джаснер вёл машину сам». Странное решение для правящих кругов этого мира — давать людям с замедленной реакцией законное право убивать себе подобных. Возможно, так они борются с перенаселением, ведь их правила вождения неэффективны из-за отсутствия по-настоящему строгих наказаний. Отдал часть заработка — и снова свободен делать что угодно. Сами машины казались «ящиками смерти»; я своими глазами видел, как две такие штуки столкнулись на дороге и изрядно помялись. Безопасность здесь явно не была приоритетом, а ведь почти у каждого была такая машина. Учитывая непредсказуемость толпы, этот способ передвижения казался мне неприемлемым. Даже в «Элкисе» не всем разрешали ездить верхом, а тут — настоящий кошмар. Жестокий способ борьбы с перенаселением; складывалось впечатление, что людей просто принуждают передвигаться на таком опасном транспорте в столь опасной обстановке.

Да… Не завидую я беднякам этого мира. Недаром в их интернете пишут, что многие предпочитают не покидать свой город. Теперь понятно почему. Наверняка им приходится немало платить, чтобы избежать такого передвижения. Дороги здесь сделаны из непонятного материала, изобилуют ямами и неровностями. Анализатор сообщал, что эти «коробки смерти» могут двигаться удивительно быстро, несмотря на такое покрытие и снег. Это расстраивало, так как скорость машин сильно варьировалась — теперь будет сложнее определить километраж.

По картам было ясно, что в двух регионах от Санкт-Петербурга расположены крупные города: Псков, Великий Новгород, Вологда и Петрозаводск. Теперь предстояло высчитать, как быстро ехал Андрей. Очевидно, не меньше пяти часов; думаю, около семи. Значит, если брать среднюю скорость машины, Великий Новгород и Вологду можно отбросить: первый слишком близко, второй — слишком далеко. Выходит, дом Джаснера находится около Пскова или Петрозаводска. Пока не представляю, куда стоит ехать и как их искать. Нужно добраться до Санкт-Петербурга и решать уже там. К сожалению, в дневнике не было указано мест в городе, кроме бара «За стеной». Это пока лучшая подсказка. Найдя этот бар на картах, я решил, что после того, как найду себе место для ночлега, отправлюсь сразу туда. С такими мыслями я направился к железнодорожному вокзалу.

О «Земле» я знал немного, поскольку этот мир не вызывал особого интереса. После того как Шаман сбежал отсюда, уничтожив большинство баз, восстановление потребовало бы начинать всё с нуля. Руководство решило, что это нецелесообразное использование ресурсов «Культа», и оставило мир разбираться с последствиями самостоятельно. Неудивительно, что «Земля» застыла в непонятном развитии. В остатках прошлых технологий они не смогли разобраться, а вера в Новых богов, которую «Культ» почти искоренил, так и не вернулась. Веру в Новых богов здесь называли странным словом — язычество. С религией тут в целом дела обстояли неважно. Как и хотел совет глав, многие были настроены против богов вообще, но были и те, кто в них верил. Когда анализатор выдавал мне информацию об основных религиозных течениях, я сначала даже подумал, что они верят в Демиурга. Но их единый бог был разным для всех. Вот что бывает, если в мире не остаётся грамотных управленцев. Вообще, здесь было много всего, что меня смешило и удивляло. Например, экономическая система и банки. В этом мире людей не делили по статусу и говорили, что все равны, но на деле показывали, что есть кто-то «ровнее».

Более пятидесяти лет я прожил в «Летусе», и его система распределения мне по душе. Она напоминает организацию в моём родном «Элкисе», но гораздо справедливее. Здесь ценится вклад каждого: что ты приносишь обществу и чем можешь быть полезен. Если твои руки не склонны к труду, а голова не блещет идеями, ты не останешься голодным, но и о роскоши мечтать не придётся. Коэффициент полезности для общества — вот что действительно важно. Каждый получает по своим талантам и заслугам, что и формирует социальные слои. Никто не заставляет быть бедным или богатым. Отличный мастер, готовый работать хотя бы пять часов в день, никогда не окажется в нищете. Мастера востребованы, ведь они трудятся и руками, и головой. Поэтому их труд оплачивается тиндами выше, чем профессии менее значимые.

Если же ты предпочитаешь отдых работе, то даже за минимальный труд получишь свою долю тиндов. Но на них не купишь просторную квартиру и не отправишься в путешествие по-своему или чужим мирам. Голодать, правда, не придётся. Система стимулирует саморазвитие: всё по заслугам. Много трудишься — много получаешь. Слово «инфляция», влияющее на цены, в моём мире вызвало бы лишь смех. А вот на «Земле» платёжная система кажется мне странной: чем нужнее профессия, тем меньше за неё платят. И самое удивительное — глава компании сам решает, сколько кому платить.

У них есть банки, хранящие их эквивалент наших тиндлеров — их денег. Наши тинды начисляются программой, которая отталкивается от данных анализатора: она считывает потребности организма и твой вклад в развитие мира. Тинды нельзя передать: анализатор списывает их при покупке и начисляет другому. Наша система исключает возможность присвоения чужих тиндов. Я так и не понял их банковскую систему: она будто выдаёт деньги, которые люди не заработали, а потом возвращает себе их частями, но с каким-то процентом. Это было самое непонятное: откуда берутся эти лишние деньги? Казалось, они возникают из воздуха в тех самых банках. Дикая система!

Запутавшись в мыслях, я покачал головой. Не стоит тратить на это время, ведь предстоит ещё многое обдумать. Анализатор пискнул, напоминая о скором прибытии поезда. Хорошо, что их смартфоны и интернет не слишком совершенны, иначе могли бы возникнуть проблемы с документами. Меня об этом предупредили при покупке валюты и удостоверения личности. Оказывается, раньше всё было в бумажном виде. Есть, к счастью, те, кому небезразличны миры, и они начали внедрять электронные документы. Пройдя регистрацию, я заселился в своё купе и занял одну из полок.

В отсеке было чисто и тихо. Над каждой полкой — личный светильник и розетка. Над спальными местами — причудливые кармашки с одноразовыми тапочками, книжками и дорожными наборами. «Срамота убогая», — промелькнуло в голове. Поскольку я выкупил все места, попутчиков ждать не придётся. Теперь можно спокойно заняться делами, ведь поезд движется неспешно.

Дождавшись повторной проверки билетов и документов, я наконец попытался закрыться в купе. Замок не работал, поэтому дверь пришлось просто прикрыть. Теперь можно настроить анализатор на просмотр воспоминаний. Конечно, удобнее было бы вывести их на экран, но тогда любой входящий мог бы удивиться зрелищу. К своему неудовольствию, пришлось настраивать его из сознания в подсознание. Воспоминание рождается в сознании, а чтобы полностью погрузиться в него, ощущая те же мысли, что и тогда, нужно передать данные в подсознание. Это серьёзная нагрузка на мозг и психику, особенно с нелегальной версией. Зато теперь любой, кто войдёт, решит, что я сплю. Я не хотел давать анализатору полный доступ к сознанию и воспоминаниям, тем более что это перепрошитая версия, но выбора не было. Нужно просмотреть всё важное и понять, что не так, ведь чувство неполного понимания не отступало. Устроившись поудобнее, я ввёл дату первого воспоминания: мне было четырнадцать, когда мы с Джаснером впервые увиделись.

***

День клонился к вечеру, и солнце едва проступало сквозь кроны высоких деревьев. Мы должны были уже быть дома, но наш координатор заметил в лесу раненого парикайданского тиберка, и планы изменились. Нас хватало, чтобы одолеть это существо и защитить наш мир. Координатор сказал, что мне с друзьями нужно учиться сражаться с такими тварями. Из их мира существовал проход к нам, и мы были обязаны защищать наши земли от этих чудовищ. Я ещё никогда не видел их вживую, и мне хотелось помериться с тварью силами.

— Стаун, ты, как будущий князь коалиции, должен будешь высылать дозоры, чтобы не допускать парикайданских тварей в наш мир, — произнёс Удас.