Дарья Галанина – ИИдеальный мир (страница 5)

– Ну всё-всё, пожалуй, хватит для Дэна на сегодня. Давайте просто хорошо проведём этот вечер, друзья, – заметил Шон и начал с аппетитом уплетать принесённые ему креветки.

Выходя из ресторана и направляясь в сторону дома, Дэна сопровождала какая-то необычайная лёгкость. Ему так нравился этот мир, та реальность, в которой он жил всё это время. Ему было невероятно приятно видеть своих близких друзей. Всего за несколько часов он понял, чем ценен для него каждый из них. Несмотря на то, что память ещё не до конца вернулась к Дэну, он уже чувствовал эту крепкую связь, что была между ними, и знал, что он всегда может на них положиться. В тот момент он еще не знал, что в нем глушит боль сильнейший новый антидепрессант, действующий точечно на конкретный очаг и индивидуальный для каждого пациента. Это лекарство заранее программируется на этапе создания формулы, затем печатается в единичном экземпляре, не имеет ни вкуса, ни запаха, совершенно безвредно для всего остального организма. Этот антидепрессант каждое утро бережно добавляет ему ментор вместе со стаканом теплой воды.

Уже подходя к дому, Дэна неожиданно настигла лёгкая тревога. Он знал, что впереди тяжёлый разговор, во время которого он сможет увидеть свою маму. Это осознание воодушевляло, но вместе с тем тяготило его.

Он боялся этой беседы и не знал, чего от неё ожидать. Более того, он не совсем понимал, в каком виде увидит свою маму. Помнит ли она его? О чём они будут разговаривать? Любит ли она своего сына?

И вообще, могут ли голограммы любить?

Этот вопрос был для Дэна загадкой. Он вселял некие опасения и заставлял всё глубже задумываться об этом удивительном, многогранном мире.

Глава 6

– Привет, я решил, что буду называть тебя Ханна, – резво отозвался Дэн, едва переступив порог своей квартиры.

– Ханна? Мне нравится, – ласковым голосом сказал Х-1267 и в ту же секунду поменял свой тембр голоса на тот, что был бы максимально свойственен этому имени. – Дэн, скажи мне, готов ли ты к сеансу? Твоя мама уже очень давно ждёт тебя.

– Конечно, я весь день собираюсь с силами, чтобы сделать этот звонок.

– Ну, я бы не сказала, что это именно звонок. Скорее, с помощью новых технологий, которые мы изобрели, теперь душа человека не просто умирает вместе с его телом. Мы совершили настоящий прорыв и открыли, что душа оказывается в некоем пространстве, о котором люди раньше не знали, поэтому придумывали разные небылицы про рай или ад, а также про переселение душ. Всё это чепуха. На самом деле душа каждого человека, оказываясь в этом пространстве, находится в состоянии сна.

– Ты хотела сказать в вакууме? – поспешил прервать её Дэн.

– Да, можно и так сказать. И мы в силу новых алгоритмов и грандиозных открытий в физике и биологии изобрели механизм, который позволяет возвращать этот энергетический сгусток в виде души в ваш привычный мир. Мы создали специальные модели: это манекены, которые сделаны из набора определённых сплавов. Они металлические, и благодаря энергетическим проводкам и электромагнитным импульсам душа умершего человека, которую мы вызываем, притягивается словно магнитом к этому металлическому основанию, – Ханна немного помедлила и затем продолжила более мягким голосом…

– Благодаря этому у вас появляется возможность, с одной стороны, вытаскивать души из вакуума, тем самым облегчая их, так сказать, загробную жизнь, а с другой – вы можете снова быть рядом со своими родными и близкими людьми и не испытывать чувства горя, печали, депрессии и отчаяния, из-за которых раньше, до появления ИИ, так много мучились люди.

– Но ведь такая возможность есть не у всех, – расстроенным голосом сказал Дэн. – миру Посредственных это недоступно.

– Да, это так. Мы сами отбираем тех, кто достоин иметь возможность получить доступ к новым технологиям. И это действительно не вся популяция. Однако с каждым годом мы всё больше расширяем сегмент людей, которых привлекаем к жизни на Ферме, – Ханна поспешила свернуть этот разговор и начала говорить практически скороговоркой. – Ну что же, Дэн, начинаем сеанс. Садись в кресло. Сейчас перед тобой появится манекен. А я спешу оставить вас. Хорошего вечера.

Свет выключился. Через секунду Дэн увидел, как его гостевая комната приобрела новые краски. Перед ним появился манекен среднего роста, детализированный до мельчайших подробностей – с руками, ногами, ушами, глазными прорезями, носом.

Едва успев запрыгнуть в кресло, Дэн с удивлением обнаружил, что вместо этого бездушного куска железа перед ним предстала его мама.

– Привет, малыш Дэни. Я так рада тебя видеть, – гулким, томным, ласковым голосом сказала она. Она выглядела так натурально и естественно, как будто Дэн мог прямо сейчас дотронуться до неё и почувствовать тепло её рук. В ту же секунду, подумав об этом, Дэн резко дёрнулся вперёд, протянув свою ладонь, и тут же разочаровался, потому что кроме тёплого металла он не чувствовал больше ничего. Раздосадованный, он отдёрнул руку и начал говорить:

– Мама, не могу поверить, что это ты. Ты совсем не изменилась.

Эта женщина была среднего телосложения, немного крупновата, довольно низкого роста с округлым лицом, светлыми волосами и тёмно-карими глазами. Она улыбалась, но в её взгляде чувствовалась нотка печали.

– Дэни, мы так давно не виделись с тобой. Мне было так тяжело, но я рада, что ты вернулся за мной. Расскажи же, что случилось?

Ком в горле предательски подступил, и Дэн не мог продолжить. Однако через силу, справившись со своим волнением, он сказал:

– Со мной произошёл неприятный случай. Я оказался в больнице и почти полностью потерял память. А ещё… Эва погибла.

– Милая Эва… Что с ней произошло? Я не могу в это поверить. Вы были такой прекрасной, милой парой, и я радовалась каждый раз, когда видела вас вместе, – сочувственным голосом отозвалась мама. – Я бы обняла тебя, милый, но, как ты знаешь, тактильностью нас не снабдили, – грустно сказала она. – Я чувствую, что тебе не всё равно, даже несмотря на то, что не могу дотронуться до твоей руки, – сказал Дэн. – Расскажи мне, мама, какой была Эва? Я совсем ничего не помню о ней…

– О, мой мальчик! Эва всегда смотрела на тебя таким обезоруживающим взглядом. Мне казалось, что она готова всё в этой жизни отдать за тебя, – с теплотой начала мама. – Иногда она была немного меланхоличной, особенно в последнее время. Мы вели с ней длинные беседы о жизни и смерти, о целях, достижениях и о том, что в этом мире важно.

Мама хотела как-то успокоить Дэна и добавила:

– Честно говоря, мне казалось, что вы созданы друг для друга. Жаль, что теперь она останется только воспоминанием. И, вероятно, теперь мы с тобой будем видеться реже, – вдруг металлическим голосом озвучила она.

– Но почему? Я не собираюсь этого делать, – резко сказал Дэн. – Я хочу видеть тебя постоянно, общаться с тобой. Мне важно, чтобы та нить, которая осталась между нами, могла поддерживать меня в жизни.

Дэн немного разозлился на маму, не понимая, о чём она говорит.

– Сынок, так устроен этот злосчастный мир. Теперь тебе придётся выбирать: я или Эва, или твоя молодость. Как известно, лайфов на всё не хватит, поэтому я хочу, чтобы ты не отдавал себя в жертву и продолжал апгрейдить себя. Сейчас я вижу, что ты не в самой лучшей форме, – глухо сказала мама. – И если ты будешь распыляться на нас с Эвой, то скоро встанешь в наши ряды. А этот вакуум… Он просто невыносим.

Она была серьёзна и откровенна.

– Я никому не пожелала бы такого существования. Как хорошо жилось человечеству, когда мы ещё не знали о том, что ожидает нас после смерти, когда мы думали, что впереди рай или ад, или, возможно, просто сон. Но теперь, когда каждый день в вакууме полон мучений… Хотя я даже не знаю, день проходит или вечность, – моё существование в нём озаряют только редкие встречи с тобой.

Мать с нежностью посмотрела на Дэна.

– Я бы не хотела для тебя такой участи, сын мой. Поэтому, пожалуйста, из любви ко мне не бери подписку на Эву или откажись от моей. Но, ради бога, будь жив и здоров.

Глаза металлической куклы наполнились влагой, и нарисованная слеза скатилась по щеке грустной и одинокой женщины. Всю ночь после такого тяжёлого эмоционального разговора Дэн не мог уснуть. Ему снились какие-то отрывки из его прошлого. Снился эпизод, когда он был ещё совсем маленький. Бегал по улице, наверное, лет в пять. И совсем ещё молодая, стройная и красивая мама окликала его, крича вслед:

– Дэни, только не поскользнись! Не хватало ещё, чтобы ты сломал ногу.

А Дэн продолжал бежать вперёд, не боясь ничего. И ещё не понимая, какую дорогую цену в будущем он заплатит за каждое своё пылкое, необдуманное действие.

Он долго ворочался, пытаясь уснуть на животе, на правом и левом боку, но рой мыслей мешал ему. Он не понимал, почему так несправедлив этот новый мир и почему все вокруг от него в восторге. В чём смысл новых технологий ИИ, если они доставляют страдания людям?

Когда же наконец рассвело, Дэну начал сниться новый, странный, пленительный сон. И он не мог понять, было ли это в реальности, или это плод его воображения.

Но в этом сне он лежал на траве у озера со своей Эвой. Он всё ещё не помнил её лица, но разглядел её коричневые длинные волосы, которые так блестели на полуденном солнце. Видел на щеке маленькие веснушки, красивые круглые серьги, которые так выгодно подчёркивали овал её лица.