Дарья Андреева – Параллель (страница 33)

Конь нахмурилась под взглядом старшего.

– И что это значит?

– Значит, что идти придется тебе.

Девушка засомневалась в разумности этой идеи, попыталась протестовать. Грач тоже не слишком обрадовался и попробовал переубедить сталкера изменить выбор в его пользу, якобы пара лишних кило не играют роли, но Центнер остался непреклонен. Он что-то прикидывал у себя в уме, что-то считал вполголоса и по итогу пришел к выводу, что Конь лучше всего справится с преодолением препятствия. Та снова начала упираться. Лезть в едкую, неизвестного происхождения гадость с риском вываляться в ней по уши не хотелось категорически, даже зная, что из всего отряда она легче всех. Тогда Центнер напомнил, кто они, где находятся и зачем, добавив в конце, что за участие в его заказе Конь тоже получит процент, в противном случае оба пойдут на все четыре стороны, возможно даже без снаряжения. Споры прекратились.

Конь скинула рюкзак и выложила лишнее из карманов. Она слабо представляла себе, как именно ей удастся избежать участи Блеска. Пускай даже их вес существенно различается, сырые доски на пути к заветной двери не вызывали доверия. К тому же никто не имел четкого представления, что за ней находится. Что, если там вообще пол отсутствует? Зато Центнер был настроен более оптимистично. Он описал алгоритм действий и примерный маршрут: куда лучше ноги не ставить и куда ставить с особой осторожностью. Сталкер полагал, что если девушка будет двигаться по краю, где доски пола стыкуются со стеной и частью лестницы, то пройдет без особых проблем. На случай, если дверь окажется заперта, а Центнер в этом не сомневался, было решено расстрелять замок, когда Конь достигнет стены. Предложение дать ей оружие с собой он отклонил по причине дополнительного веса, хотя у молодой сталкерши имелась своя теория на этот счет.

– Так, погоди, – притормозил ее старший. Та уже поставила обе ноги на пол, чувствуя, как доски предательски прогибаются. – Возьми это. Положи во внутренний карман куртки или за пазуху сунь. Не потеряй!

– Это прикол такой?

Сталкер пытался дать ей самый настоящий комок мусора, на первый взгляд даже непонятно из чего состоящий. Конь сморщилась и отпрянула.

– Спасибо, но я и так нормально дойду.

– Бери, тебе говорят! – Центнер буквально впихнул странную штуковину ей в руку. – И спрячь, чтоб не выпало, а то прибью.

Вблизи комок выглядел еще страннее, как смятые и слепленные между собой под разными углами веточки или мелкие кости. Девушка присмотрелась внимательнее: все-таки кости, и как будто сами по себе срослись в такую бесформенную кучку. Ну и гадость. У старого сталкера, похоже, с головой проблемы.

– Что это такое? – Конь с явным нежеланием спрятала кости в карман штанов.

– Артефакт на удачу, – ухмыльнулся тот. – Скоро сама поймешь.

Сверху хихикнул Блеск, подняв напряжение в сложившейся ситуации до предела.

Конь встряхнулась. Отступать теперь некуда. Будь что будет.

– Ладно, я пошла.

– Куда пошла? А искать что, знаешь?

– Блин…

– Значит, так. – Центнер взял ее за плечо и развернул к себе, заговорив прямо в ухо. От сталкера несло смесью запахов курева, недельного пота и костра. Девушке пришлось задержать дыхание, чтоб сосредоточиться на его речи. – Тебе нужна книга. Как пройдешь внутрь, двигай в дальние комнаты, типа подсобки. Там где-то должна быть нужная – самая старая из всех – это и будет она. На обложке травина какая-то нарисована. Вот и все.

– Зачем кому-то сдалась макулатура из заброшки в Зоне? – фыркнул Грач за спиной старшего.

– Пацан, это не твое дело, – пробасил тот. – И не мое. А будешь много вопросов задавать – никто тебе работу не даст. Наша задача: достать и принести, а остальное иногда лучше не знать. Для здоровья полезно.

– Я все поняла, – заговорила Конь, переключив внимание сталкера на себя. – Можно идти?

Центнер окинул ее тяжелым взглядом, будто прикидывая, не забыл ли чего.

– Удачи.

Несмотря на опасения товарищей, участок пути от лестницы до стены она преодолела за пару минут, всего раз притормозив на особо гнилой половице. Вдоль стены доски и правда оказались гораздо крепче и даже не гнулись под ногами: это добавило девушке уверенности, и вскоре заветная дверь была на расстоянии вытянутой руки. Разумеется, заперта. Конь проверила трижды, потянув и подергав запыленную ручку: на пол посыпалась отслоившаяся краска, но дверь не поддалась. Тогда на помощь пришел Центнер. Выждав, пока сталкерша отступит на пару шагов, он пальнул из ПП Грача туда, где ориентировочно должен был находиться язычок замка. Старая дверь затряслась и отклонилась наружу, готовая вот-вот вывалиться, а с потолка полетели хлопья побелки. Конь осторожно протиснулась в открывшийся проем и как будто попала в другой мир. Надломленная дверь отсекла ее от товарищей по ту сторону провала в полу и словно убрала все посторонние звуки. В коридоре и на лестнице было сумрачно и прохладно, веяло сыростью и разложением, в то время как здесь, за дверью, не только пол и стены остались сухими, но даже светило солнце, поблескивая на осколках выбитого много лет назад стекла в окне напротив. Такая поразительная разница в атмосфере заставила остановиться и застыть на несколько минут. Помещение сохранилось весьма неплохо, а пыль и мелкий мусор, усыпавший пол, где все еще лежала выцветшая за долгие годы плетеная дорожка, совсем не портили его, а даже наоборот, дополняли. Казалось, музей покидали в спешке: все полки целы, книги на месте, вещи и разнообразные экспонаты тоже. Впрочем, экспонатами эти простые предметы, которые обычно хранятся в школьных музеях, можно было назвать с натяжкой.

Конь осторожно шагнула вперед. Сухие листья непривычно громко захрустели под ногами. Стекло в витрине напротив ввалилось внутрь и придавило собой брошюрки с тетрадками, которые под действием света и переменчивой погоды превратились в обычную желтоватую бумагу с едва различимыми надписями. Немного осмотревшись, Конь разобралась в планировке помещения: по левую сторону в основной его части размещалась сама экспозиция со стульями и партами, аккуратно расставленными вдоль стен и по центру, щедро усыпанными пылью и мелкой листвой. Среди них кое-где угадывались очертания музейного инвентаря. На стенах сохранились некоторые плакаты и вывески, выцветшие, с отслоившейся краской, они, как и много лет назад, все так же призывали к учебе, труду, борьбе за общее благо. Лозунги читались даже сквозь въевшуюся грязь на флажках, ставших буровато-серыми вместо ярко-красных. Конь брезгливо поморщилась. Коллекция в противоположном углу показалась ей куда более приятной. Там у окна была расставлена различная народная утварь: от бусинок с колечками до грубых корыт, имелась даже прялка, увешанная седым кружевом паутины. Интересно, сколько можно было бы выручить за все это, если выставить на продажу в интернет? Ведь раз есть заказчики всякой макулатуры, значит, и ценители прялок с корытами найдутся. Но Центнер вряд ли одобрит такой креативный подход… Конь оглядела старинные вещи в последний раз и направилась в противоположную часть помещения, оставив основную экспозицию доживать свой век в забытьи. Справа от входа стоял длинный стеллаж с полками, полными книг и журналов, сбитых почти в одну сплошную массу за годы простоя. Если искать нужную здесь, на это уйдет куча времени, ведь они все выглядят старыми, и вряд ли на обложках можно будет хоть что-то различить. Центнер сказал, что искать следует в подсобке, а не на полках музея. Только вот никакой подсобки тут не было, да и откуда ей взяться в обычном классе, переделанном под музей? Разве что заглянуть за этот стеллаж…

Конь свернула за угол, где заляпанное грязью окно слабо освещало узкое пространство сквозь выгоревшую до состояния марли занавеску, как вдруг заметила на полу в тени полки притаившееся чудовище. Похоже, зверь влез через разбитое окно и спрятался в темном углу комнаты, дожидаясь ночи, но неопытная сталкерша потревожила его убежище, и вот он припал к полу, вытаращив глаза и ощетинив клочковатую шерсть, готовый броситься в любой момент. Конь ахнула и шарахнулась назад за стеллаж, чтоб между ней и хищником было хоть какое-то препятствие, но, похоже, перестаралась и промахнулась, задела плечом стенку и повалилась назад, попутно зацепившись ногой за витрину. Стеллаж дрогнул и угрожающе зашатался, стряхнув с себя облако пыли. С верхней полки с грохотом упал бюст вождя и застрял в полу головой вниз.

Оглушенная и перепуганная девушка попятилась, пока не уперлась спиной в забытый посреди класса стул, ни на минуту не сводя глаз с прохода между стеллажом и стеной. Оттуда вот-вот должно было выйти озлобленное животное, рыча и капая на пол слюной. Потом оно прыгнет, а у Коня даже отбиваться нечем – нож и баллончик она оставила снаружи, только эта дурацкая кучка костей в кармане лежит. Талисман, блин! Конь мельком глянула по сторонам в надежде найти что-то поблизости, чем можно будет отбиться, когда… Но зверь почему-то не торопился выходить. Более того, не слышно было ни рычания, ни звука шагов, вообще никаких признаков жизни. Конь тихонько поднялась, отошла к углу с выставкой сельского инвентаря и схватила первую попавшуюся палку с рогатиной на конце. Кажется, такими таскали горшки из печи, но сталкерша собиралась прижать ей зверя к полу, если выдастся возможность. Вооружившись, она направилась за стеллаж.