Дарья Андреева – Параллель (страница 32)

– Узнаете заведение? – пробасил Центнер.

– На школу похоже, – предположил Грач. – Почти как наша. Тогда уже строили такие?

– Когда «тогда»? – фыркнул сталкер. – Ну ты даешь, парень. Это типовая конструкция. Они по всей стране одинаковые строились. Только у вас до сих пор стоят и детишек принимают, а тут – вот.

– Принимают желаемое за действительное, – вставил Блеск и выдал невинную улыбочку в ответ на предупреждающий взгляд старшего.

– Через парадный мы не пойдем, там во дворе хрень какая-то. Не знаю что, но чуйка не пускает – уж больно чисто там и воздух какой-то… – Центнер поморщился. – Не важно, в общем. Зайдем с бокового, вон там.

Он зашагал между тонких стеблей молодой поросли по намеченной заранее тропке вдоль стены, следом поспешил его неизменный напарник. Пока все отвернулись, Грач решил воспользоваться возможностью и хотя бы издали поглядеть, что там за хрень напугала здорового и непрошибаемого сталкера. Парень отошел на несколько шагов, выглянул из-за угла во двор и… ничего не увидел. Как и говорил Центнер, двор школы был пуст и на удивление чист: асфальтированная площадка потрескалась и выгорела, но не заросла, а сорняки пробивались только на прямоугольниках клумб. Даже деревья, обступившие здание вплотную со всех сторон, словно соблюдали невидимую черту. Двери главного входа были открыты настежь, так и приглашая войти во всеми забытый дом знаний, оживить воспоминания из детства.

– Ты чего застрял? – Девичий голос у самого уха заставил подскочить. Грач обернулся. – Что ты там увидел? – спросила Конь.

– Да не знаю, – пожал тот плечами. – Вроде и ничего, а вроде и странно как-то…

Подул легкий ветерок, и девушка втянула носом встречный воздух.

– Как будто цветами пахнет. Слышишь?

– Ага, – кивнул Грач и взял девушку за руку. – Пойдем-ка отсюда, Кри… Конь. Не нравится мне это.

Та возражать не стала. Она хотела бы высказаться по другому поводу, чтобы он хоть изредка звал ее по имени, а не этой дурацкой кличкой, прицепившейся к ней по глупой случайности. Кто ж знал, что попытка отвадить эту странную парочку выйдет боком, а Илья, ох, простите, Грач, проникнется к ним с первого дня. Конь утешала себя только тем, что все эти неудобства не навсегда и стоит немного потерпеть, как в скором времени у них будет все, о чем они оба мечтали долгими вечерами, сидя на старой кухне в съемной квартире и потягивая дешевое пиво. Сколько продлится это самое скорое время, она предпочитала не думать.

Центнер привел их к черному ходу в виде старой двери, оббитой листовым железом, с которого кривыми лоскутами, похожими на сухие осенние листья, свисала ржавчина. Рядом лежал толстый ствол поваленного дерева. Судя по следам на земле, упало оно почти вплотную к двери, но кто-то уже сместил его в сторону так, чтобы проход открылся хотя бы наполовину.

– Ага. Пришлось повозиться. – Центнер проследил за взглядами товарищей.

– Но это не тот затык, о котором ты говорил? – уточнил Блеск.

Сталкер мотнул головой.

– Не. Тот дальше будет.

Все по очереди протиснулись в полуоткрытый дверной проем и, поднявшись по короткой лесенке, вышли в просторный холл на первом этаже. Несмотря на выбитые стекла в окнах и просто открытые рамы, тишина стояла такая, что уши закладывало. Четверка на какое-то время замерла в нерешительности, побаиваясь нарушить столь глубокую тишину. Наконец Центнер сделал шаг вперед, и под его ногами натужно заскрипело. Деревянный, с облезлой краской, пол коварно прогибался, а кое-где провалился совсем, обнажив бесплодное земляное нутро. Повсюду валялся мусор, в основном старые книги и тетради, смокшаяся бумага которых уже никогда не найдет своих читателей, а еще стекла и куски обвалившейся штукатурки. Кто-то выволок в холл несколько стульев – они так и остались стоять как попало.

– Нам туда. – Центнер указал в конец коридора, где пол особенно прохудился. – Идем, не задерживаемся, на ерунду не отвлекаемся и не забываем под ноги смотреть. Ясно? Блеск, иди в конец, чтоб эти двое не застряли.

Сталкер зашагал осторожно, но в темпе, остальные же могли только стараться поспевать за ним. Конь не совсем понимала, к чему такая осторожность. Для нее это была обычная заброшка, коих она успела повидать за свое детство немало. Даже пахло тут совершенно обычно: сыростью, пылью, старой побелкой. Разве что отсутствовал привычный для заброшек запах туалета, что логично объяснялось ее расположением. Грач, шедший впереди, тоже не проявлял признаков беспокойства, и девушка, немного расслабившись, попыталась заглядывать по пути в открытые двери классов. Впрочем, кроме беспорядка в виде разбросанных бумаг, учебников и плакатов, перевернутых парт и стульев она ничего не увидела. Все полезное отсюда вынесли давным-давно. Но зачем тогда Центнер их сюда приволок?

Перешагнув дыру в полу, провожатый исчез за углом. Грач поначалу замешкался, но сильная ручища ухватила его за ворот куртки и утащила следом, где за поворотом скрывались ступени на второй этаж. На двух нижних остановился Центнер.

– Наверх нам не надо. Тут просто стоять надежнее. Слишком пол проседает, – пояснил он, когда все остальные разместились вокруг.

– И че теперь? Где твой затык? – нетерпеливо потер руки Блеск, прислонившись к обшарпанной стене. – И чего это так болотом несет? Фу!

– Чуете, да? – старший оглядел товарищей. – Это и есть самый затык.

Конь с Грачом растерянно сморщили носы. Пахло тут и впрямь не очень, будто где-то рядом прорвало канализацию.

– Так ты грязи испугался что ль? – засмеялся Блеск. – Ну даешь! Не ожидал от тебя.

– Ну давай, слазь вниз. Я погляжу, как ты по ней пройдешь. Заодно и проверим, безопасно ли. – Центнер скинул рюкзак и устроился на пару ступенек повыше, явно намереваясь задержаться тут на какое-то время. – Мне как раз вон туда попасть надо.

Он указал наискось от лестницы на дверь, у порога которой доски пола едва держались и были покрыты темными влажными пятнами.

Блеск пожал плечами и, недолго думая, шагнул вперед. Как и ожидалось, размокшее дерево не выдержало и с тихим треском провалилось вниз, куда следом ушла и нога сталкера. Подошва ботинка не нашла твердой поверхности даже после того, как колено коснулось уровня пола. Черная, как гуталин, маслянистая жижа словно не имела дна – сталкер взмахнул руками в поисках опоры, стремительно заваливаясь набок, туда, где покрытие испортилось еще больше.

Конь с Грачом зачарованно наблюдали за происходящим, уже догадываясь, чем все может закончиться, но ни один из них не шевельнулся, поддавшись животному оцепенению.

– Тащите его назад! Чего встали?! – рявкнул Центнер.

Те вздрогнули и почти одновременно подхватили Блеска под руки, затаскивая его на лестницу. Подоспел и старший, ухватил товарища за рюкзак и рывком втащил наверх.

– Ну что? Довыделывался?

– Ну и гадость! Фу! – Тот мотал испачканной ногой, стряхивая с обуви и штанины комья черной вонючей грязи, которая на воздухе постепенно сохла и становилась серой. – Что это такое? Ой, жжется!

Блеск запаниковал, но тем не менее сообразил второпях сбросить ботинок вместе с носком со ступни, где уже начинала краснеть раздраженная кожа. Центнер щелкнул раскладным ножом и срезал часть заляпанной посеревшей грязью штанины, затем достал флягу и щедро полил ногу водой.

– Маловато, надо еще.

Грач принялся доставать свои запасы воды. Его примеру последовала и Конь.

– Ну вот. Видишь, до чего довело твое разгильдяйство? – проворчал Центнер, заталкивая пустую флягу и нож обратно в недра рюкзака. – Вода кончилась, и ты без ноги!

– Все нормально у меня с ногой! Щиплется только… Что ж ты мне сразу не сказал, что там это… ну, это самое!

– А глаза тебе на что? Какой дурак лезет вперед, не проверив?! Дети, вон, и то умнее тебя оказались!

Блеск пробормотал что-то неразборчивое, сконфуженно поглаживая поврежденную точно огнем кожу, и принялся рыться в мешке, прикидывая, чем бы ее обмотать.

– Мне кажется, тут врач нужен, – осторожно заметила Конь.

– Потерпит. У меня заказчик ждет, а из-за этого олуха я деньги терять не собираюсь. И так возимся тут, ходим туда-сюда…

Пострадавшего оттеснили на верхние ступеньки, откуда тот хмуро наблюдал за тем, как остальные члены отряда принялись совещаться. Центнер вкратце пояснил, что за той самой дверью находится школьный музей, точнее, когда-то находился, и что там теперь – одной Зоне известно, но пресловутый заказчик убеждал, якобы в запасниках есть некая очень нужная ему вещь. По словам сталкера, покупатель являлся фанатом вещиц исторической ценности, причем порой вещиц весьма неоднозначных. Впрочем, для Центнера это быстро перестало быть странным, платил тот всегда исправно и вовремя, а что клиент собирает – это уже не его дело. Старший рассказал, что понял сразу: ему с его габаритами тут не пройти, даже если он снимет с себя поклажу и костюм, думал прикинуть остальных товарищей, но Блеск сам себя вычеркнул из кандидатов, и вот остались двое.

– Что у вас по весу?

Конь с Грачом переглянулись. Оба не сторонились физической нагрузки и не имели проблем с лишним весом, но разница, естественно, была.

– Шестьдесят восемь, – озвучил Грач.

– Пятьдесят пять, – отозвалась Конь.

Центнер присвистнул.

– Мне и надеяться не стоило. Этот, – он кивнул на Блеска, – тоже не пушинка. А пушинка у нас, выходит, ты.