Дарья Акулова – Семь бед и змеиный завет (страница 71)

Она вдруг тоже встаёт.

– Я пойду, пройдусь. Волк возвращается.

Смотрю в сторону берега, куда он ушёл вслед за Айдаром. Тучи рассеиваются не так быстро, как я хотела, солнце уже клонится к горизонту, и тепла от него всё меньше. Но как же Арлан прекрасен в его лучах.

Умай, спаси меня.

Я снимаю покров невидимости, когда он подходит ближе и садится со мной.

– Что? – спрашиваю.

– Ничего. Сейчас я обниму тебя и ты согреешься.

– Я не об этом, – говорю. – Я имею ввиду, как там Айдар? И надень что-нибудь, пожалуйста. Чтобы не было контакта с моей кожей.

Арлан щупает рубаху на ветке, а потом надевает её. Не уверена, высохла она или нет, потому что когда я прижимаюсь щекой к его груди, всё ещё чувствую прохладу. И всё же расслабленный выдох вырывается из моих лёгких. От Арлана тепло, как от самого жаркого очага.

– Всё хорошо, змейка. Мы поговорили.

– Что он сказал?

– Сказал, чтобы я берёг тебя, иначе он отвалит Нурай крупную сумму, чтобы она перерезала мне горло во сне.

Я смеюсь. Смеюсь и плачу. Арлан прижимает меня к себе сильнее.

– Я люблю тебя. Но и Айдар для меня не пустое место. Он мой друг и…

– …если бы ты стала баксы-Беркутицей, ты бы вышла за него замуж.

– Я не это хотела сказать!

Я толкаю его в живот, и теперь смеётся он. Слышу, как стучит его сердце, и мне так хорошо, но мрачные мысли снова возвращаются.

– Я теперь убийца, Арлан? – спрашиваю, когда мы немного посидели в тишине, наслаждаясь близостью и теплом друг друга, которые теперь не нужно скрывать. Только как теперь целовать его и при этом не убить?

– Нет, конечно нет.

– Но после моего прикосновения он умер.

– Коркыт умер, потому что пришло его время. Он ведь сам сказал тебе, что живёт уже слишком долго.

– Не явись к нему я со своими дурацкими вопросами, он прожил бы ещё дольше.

– Они не дурацкие. Ты пытаешься узнать, какова твоя цель. А его время уже давно подошло к концу. Настало твоё.

– Мне страшно.

– Я буду рядом, обещаю.

Нурай отходит подальше от лагеря, даже дальше того места, где они привязали лошадей. Солнце заходит, и до темна все должны собраться вместе на ночлег – так они условились.

Девушка с рыком выхватывает кинжал и вонзает его в ствол, которому не посчастливилось в этот момент оказаться рядом. Ей хочется кричать, но она не может, не хочет, чтобы её услышали, а только вдобавок больно ударяет кулаком по дереву. Костяшки тут же неприятно отзываются, и она садится, сползая спиной по стволу и прижав ушибленную руку к себе. Шипит от боли и потирает её. Злится. На кого? На них? На себя?

Что-то странное происходит с ней с тех пор, как эти трое появились в её жизни. Сказать им правду или не стоит?

Нет. Не стоит. Всё само как-нибудь решится. Сейчас она успокоится и вернётся в лагерь.

– Итак, Арлан, что ты знаешь о жынах?

– Ничего. Не сталкивался с ними. Они ведь показываются только баксы, разве нет?

– Хм.

Айдар откидывается на камень позади себя, используя его как опору. Мы только что поужинали, и Айдар наконец собрался рассказать, что он видел тогда у реки перед грозой.

– Со мной разговаривал один жын. Он был такой весь… – Айдар задумался на секунду. – Облачный? Будто сделан из облака. И он сначала назвал меня именем моей прапрабабушки.

– Что? – удивляюсь я. – Откуда он знает твою прапра?

– Сказал, что служил ей.

– Служил? – переспрашивает Арлан.

Когда двенадцатилетних баксы забирают на обучение после Посвящения, никто не знает, как и чему именно их там учат, какие знания передают. Баксы – посланники Духов в нашем Среднем мире, их знания и истинные умения покрыты туманом сакральности.

– Я знаю, что не должен рассказывать обычным людям ничего о том, что узнал в Бурабае, – продолжает Айдар. – Но что-то здесь не так. И я не знаю, как в этом разобраться. А вам я доверяю. Всем вам. – Он улыбается, обводя нас троих взглядом. – Жын сказал, для того, чтобы не развеяться, он должен найти баксы, которой будет служить. А из Бурабая мне известно, что сильнейшие баксы заключали такие союзы с жынами и становились сильнее в своей магии.

– Его бабушка была почти легендарной, – подтверждаю я. – Вы наверняка слышали о ней. Она могла летать и разгонять тучи руками.

– Айганым? – тут же в один голос спрашивают Арлан и Нурай.

Айдар кивает.

– У баксы может быть несколько таких помощников, – продолжает он. – Чем их больше, тем могущественней баксы. Всё зависит от её сил и воли. Этот воздушный жын, по всей видимости, был лишь одним из тех, кто служил моей прапра. И при встрече сразу сказал, что чувствует её во мне.

– Ты же потомок, может, поэтому? – предлолагает Нурай.

– Но мужчин-баксы никогда не было, – отрицаю я. – Силы передаются по женской линии. Его прапра не оставила дочери, дальше были только сыновья, внуки, правнуки.

– Да, жын и сам удивился, что я баксы-мужчина. И сказал, что хотел бы служить мне.

– Ого, – присвистнула Нурай.

– А ты?.. – спрашивает Арлан.

– Я отказался. – Айдар опускает взгляд.

– Значит, жын и сам толком не знает, почему чувствует в тебе твою бабку?

Айдар отрицательно мотает головой.

– А тебе не кажется это странным? – Нурай прищуривается. – Ты, мальчик, получаешь силу, которая не была доступна другим мужчинам, теперь к тебе является жын, который думает, что ты – это твоя прапра, и хочет тебе служить, а ты в это время продолжаешь отрицать свою магию?

– Нурай, не налегай, – одёргивает её Арлан, и она обиженно складывает руки на груди.

– Конечно, мне кажется это странным, Нурай! – передразнивает её Айдар. – И у меня плохое предчувствие. – Он вздыхает. – Будто мы что-то упускаем. Будто что-то творится прямо у нас под носом, а мы не замечаем. Это так раздражает. Если бы я учился лучше, может, я знал бы сейчас больше, знал, что происходит, смог бы помочь Инжу развить её магию и мы бы уже всё знали?

Айдар раздражённо отшвыривает от себя веточку прямо в огонь и хватается за голову.

– Прошлого не воротишь, Айдар, – с сожалением говорю я.

– Я знаю, знаю. – Он снова вздыхает. – Но что нам делать?

– Следовать старому плану, – уверенно говорит Арлан. – Змейка должна что-то узнать, и она узнает. А дальше будем действовать по ситуации.

Глава 29. Доброволец

До Тараза одиннадцать дней пути. Арлан переживает, так как город находится уже на территории Волчьего ру, а ему там не рады.

– Что ищешь, Инжу? – спрашивает Нурай, подъезжая к нам с Сабазом.

Зулмат тянется к морде моего коня, выпятив губы, но тот недовольно дёргает головой, и я чуть не роняю книгу, и пытаясь её удержать, теряю страничку, на которой остановилась.

– Не задирайся, Зулмат, – хмурится Нурай. – Он хочет идти быстрее, но почему-то из-за Акку мы тащимся.

Я оборачиваюсь. Айдар на белой кобыле действительно идёт самый последний. Может, это из-за жары? Приближается день летнего Солнцестояния.

– Скоро привал, – пожимаю плечами я. – Напьются воды и с радостью поскачут дальше.