Дарья Актуру – Путь домой или огненные нити судьбы (страница 4)

Фредо всегда знал, что делать, в отличие от меня. Поэтому он мастерски бросал меня в неудобных ситуациях, заставляя выкручиваться самостоятельно, а сам в это время развлекался, наблюдая за моими тщетными попытками.

– Эй, малыш. Я знаю, ты видел ужасное, и тебе очень страшно. Но я не злая, правда. Этот человек делал плохие вещи и полностью заслужил свою участь, – обратилась я с милой улыбкой к ребенку. – Давай мы с тобой договоримся. Я дам тебе пару монет и отпущу, а ты никому не расскажешь про меня, хорошо?

Наверное, это все же был мальчик. Они смелее. Он еще пару раз хлюпнул носом и вылез из-под телеги. Я дала ему золотых монет, и он, не оглядываясь, побежал обратно на площадь.

Я в последний раз взглянула на труп, перешла через дорогу и свернула на соседнюю улицу. Нужно было найти Фредо и убираться отсюда, пока мальчишка не осмелел и не проболтался об увиденном.

***

Фредо либо совсем за меня не переживал, либо старательно это скрывал. Нашла я его на нашей телеге, вальяжно потягивающим медовуху из кружки. Был уже глубокий вечер. Народ потихоньку расходился, площадь понемногу пустела. Снимали гирлянды, уносили фонари, разбирали прилавки. Стихали и разговоры.

Я подошла к брату вплотную и прошептала на ухо:

– Я его убила.

– Поздравляю тебя.

Он все так же спокойно прикладывался к кружке. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Казалось, он мне не верит. Может быть, он принял мои слова за шутку?

– Как ты это сделала? Сунула нож под ребра? Или перерезала горло?

– Я… – сознание заботливо подсунуло картину кровавой расправы, которую я помнила до мельчайших деталей. – Я обернулась драконом и… не смогла остановиться.

Фредо перевел на меня снисходительный взгляд:

– Вот как? Чудесно.

– Фредо, там был мальчик. Он все видел. Он меня видел. Я дала ему пару золотых монет за молчание. Но ты же знаешь, ребенок не может не похвастаться такой историей друзьям. Если он укажет на меня при встрече… Людям только дай повод найти виновного во всех их бедах. Может, они и не поверят ему, но за нас возьмутся. И у нас больше не будет спокойной жизни. Нам нужно бежать скорее. Пока он не указал на меня.

Я вывалила на Фредо все, что крутилось у меня в голове, и стояла, теребя в руках край плаща в ожидании его решения.

– Беги, раз тебе это нужно.

– А ты? Как я без тебя?

– Когда ты шла убивать работорговца, я тебе не был нужен. Ты все решила сама. Вот и разбирайся дальше сама.

Он выделил последнее слово, и я поняла, что у меня остался только один выход. Я опустилась на колени, обхватив его ноги руками, и выдавила пару скупых слез:

– Фредо, пожалуйста! Я все испортила. Я не знаю, что мне делать дальше. Мне не справиться без тебя. Прошу!

Во мне ворочались злость и отчаяние. Такое его поведение раздражало меня больше всего. Невероятно внимательный и заботливый временами, чаще всего он был бесчувственным, беспощадным, гордым и не терпящим ни малейшего неповиновения. Фредо не был бы собой, если б не заставил меня умолять его снизойти до помощи мне. А я, огромный дракон, валялась у него в ногах, потому что не умела по-другому.

– Пойдем. Нам нужно украсть лошадей.

Глава 3

Мы с Фредо договорились встретиться у небольшой рощи за деревней. Возвращаться домой мы побоялись: мало ли кто из наших соседей мог прознать о случившемся? Скрываться от погони лучше всего до ее начала. Поэтому мы решили поскорее убраться как можно дальше от этих мест.

Я ждала брата, прислонившись к дереву. Здесь меня никто не мог увидеть, и я сняла плащ. Морозный воздух приятно холодил кожу, и даже дышать было легче. Лунный свет пробивался сквозь деревья и отражался от свежего снега. Легкий ветерок покачивал ветви, а ночное небо было так низко, что, казалось, достаточно протянуть руку, чтобы схватить звезду.

Я чувствовала угрызения совести за то, что опять создала Фредо проблемы. Надо было послушать его и не лезть. Сейчас бы мы уже были на пути домой. Продолжили бы тихую спокойную жизнь, а не бежали бы среди ночи в поисках новой. Внутренний голос подсказывал, что такой, как раньше, она уже не будет. Я расправилась с человеком и не знала, что чувствовать по этому поводу. С одной стороны, я приходила в ужас от своей жестокости и силы. С другой – собственная мощь приводила меня в восторг. Мы могли бы отлавливать подобных злодеев, совершая над ними свой суд, и делать мир лучше. И, может быть, вслед за миром впоследствии изменились бы и люди. Это казалось мне совершенно логичным. Я словно нашла смысл в череде бессмысленных дней, что мелькали мимо меня все эти годы.

Фредо появился очень тихо и незаметно, словно сами тени соткали его из своих одеяний. Вслед за поводьями в его руках из темноты возникли две послушные лошадки. Казалось, даже им передалась наша осторожность. Животные тихонько ступали по заснеженной земле, иногда качая гривами, но не издавали ни звука.

– Какую выберешь? – спросил Фредо, протягивая мне поводья.

Я глянула на лошадей. Одна спокойно стояла на месте, рассматривая деревья вокруг, словно до нас ей не было никакого дела.

«Ну прямо как Фредо», – подумала я.

Вторая же, наоборот, нетерпеливо топталась на месте. Ее хвост метался из стороны в сторону. Лошадь, казалось, с интересом разглядывала нас. Было в ней что-то, напоминавшее меня, и я выбрала ее. Мы забрались в седла и отправились в путь.

***

Скакали мы, наверное, всю ночь. Все мое тело затекло, спина болела, дико хотелось есть и спать. Рощи сменялись полями, поля – лесами. Луна совершала свой путь по небосводу следом за нами. Лошади начинали запинаться от усталости, но Фредо не давал нам ни минуты передышки.

Когда солнце начало проблескивать первыми лучами на горизонте, мы подъезжали к третьему селу на нашем пути.

– Отдохнем немного в этой деревне и с заходом солнца отправимся дальше, – скомандовал Фредо.

Я в ответ лишь кивнула. Я так устала, что была готова уснуть прямо в седле. Мы въехали в деревню и постучались в первый же дом. Хозяин разместил нас в хлеву и гостеприимно предложил молоко и хлеб. Прошло примерно полтора дня, как мы выехали из дома. Мы расседлали лошадей и сразу легли спать.

Мой сон был беспокойным. Обезглавленное тело работорговца возглавляло разъяренную толпу деревенских жителей, гнавшихся за мной с вилами и факелами. Я бежала от них босиком по снегу, то превращаясь в дракона, то снова становясь человеком. Моя драконья сущность, казалось, не могла больше оставаться взаперти и всеми силами рвалась наружу.

Вздрогнув, я проснулась. Начинало смеркаться, Фредо мирно посапывал рядом, закинув руки за голову.

«Такой милый, когда спит», – отметила я, рассматривая его профиль. Нос с горбинкой, ямочка на подбородке и темные короткие волосы, которые Фредо так любил взъерошивать. На нем по-прежнему была красивая богатая одежда, а на мне – все то же простое деревенское платье.

Я села и запустила руку в мешок с нашими немногочисленными пожитками. Ткань плаща, что Фредо украл для меня, приятно скользнула по коже. Я поднялась и, вытянув его из мешка, накинула на себя. Глубокий капюшон, блестящая застежка и невероятный малиновый цвет, оттеняемый золотой полосой по краю ткани. Плащ и вправду был красив, как моя чешуя. Я раскинула руки и немного покружилась, с восторгом наблюдая, как развевается взметнувшаяся в движении ткань.

«Потрясающе. Жаль только, что в дороге он будет слишком привлекать внимание», – я грустно вздохнула и убрала плащ обратно в мешок.

Я разбудила Фредо, и мы, поблагодарив хозяина дома, снова отправились в путь при свете луны. Наша деревня находилась в самой северной части материка, и мы двинулись на юг, планируя осесть где-нибудь в центре страны, подальше от нашего старого дома.

За все время, прошедшее после нашего побега с ярмарки, мы с Фредо так и не поговорили о случившемся. Возможно, мы оба не хотели поднимать неприятную тему, но прошли уже почти сутки, и разговор был нужен. А потому, поравнявшись с братом, я осторожно начала:

– Ты злишься?

– Нет.

Сухой короткий ответ противоречил смыслу сказанного. Фредо, может быть, уже не злился, но еще далеко не успокоился.

– Мне очень жаль, что так получилось. Жаль, что из-за меня мы снова бежим. Жаль, что из-за этого пострадал ты.

– Все нормально.

Фредо явно не был настроен на разговор. Но мысли, что крутились у меня в голове, не давали покоя и упорно рвались наружу. А потому я набралась смелости и дала им волю:

– Но мне не жаль, что я так поступила. Да, это было ужасно, но я чувствовала себя такой настоящей, сильной, способной на все. Я думала об этом, и мне в голову пришла идея. Мы с тобой можем охотиться на подобных мерзавцев, очищая от них наши земли. Ты все продумаешь, чтобы нас не поймали, а я буду с ними расправляться, быстро и легко. Вместе мы будем отличной командой и сделаем все чисто. Что скажешь?

– Нет.

– Но почему?

– Просто не хочу.

– Это то дело, которым я могла бы принести пользу миру. Люди станут чуточку добрее, когда их, например, перестанут грабить в лесу.

– Ты очень наивна, раз так думаешь. Ты не сможешь поймать всех. А даже если представить, что у тебя получилось… На их место придут другие, более жадные и беспощадные. И кроме того, хоть ты и неуязвима, ты все равно подвергаешь себя опасности. И меня, между прочим, тоже. Из-за этой твоей безрассудной справедливости мы сейчас скачем по морозу в темноте неизвестно куда. Ты такой жизни хочешь? Быть всегда в бегах? Не иметь дома, куда можно вернуться? Потому что я – нет. Если ты не намерена продолжить путь в одиночестве, разговор закончен.