Дарья Актуру – Путь домой или огненные нити судьбы (страница 3)

– Нет, – я покачала головой, поджимая губы.

– Чего? Почему это?

– Сколько еще детей он продал за это время? Что, если прямо сейчас у него в руках невинный ребенок? Мы не можем это просто так оставить. Не после того, что он делал со мной.

– Ты как это себе представляешь? – Фредо поймал мой взгляд. – Даже если ты не ошиблась, и это правда он. Что ты предлагаешь? Пойти запечь его как картошку на глазах у всей деревни?

– Мы можем выманить его в рощу, а там…

– Арья! – Фредо взял меня за плечи и встряхнул. – Белки и люди – это не одно и тоже. Как минимум, он сильнее тебя.

– Но не когда я дракон!

Едва утихшая злость начала нарастать по новой. Я чувствовала, как она жаром течет по венам, заставляя каждую клетку тела гореть от негодования. С губ сорвался тихий драконий рык.

– Да что с тобой? Почему, будучи мальчишкой, ты мог тягаться с огромным мужиком? А сейчас, имея огнедышащего дракона, ты отсиживаешься в стороне? У нас есть шанс сделать этот мир чуточку лучше, так почему нет?

Фредо молчал. Я видела, что он подбирает слова, но была так зла, что не собиралась давать ему шанса объясниться. Не в этот раз. Фредо так ловко жонглировал словами, что из любого нашего спора вечно выходил победителем. Он всегда и во всем был прав, в отличие от меня.

– Не хочется руки марать? Не надо. Я тебе докажу, что сама справлюсь.

Не дожидаясь ответа, я выпустила в его сторону облако дыма и сбежала обратно на площадь, мгновенно затерявшись в толпе. Я не хотела, чтобы Фредо мне помешал. Негодование во мне нарастало, и все мое естество требовало справедливости.

Народ продолжал веселиться. В центре площади плясали шуты, распевая похабные песни. Поддатые мужики с красными носами, вдоволь напившись медовухи, так и норовили обнять какую-нибудь из молодых девиц. Торгаши звенели монетами в мешках. Солнце тем временем спрятало за горизонт последний луч.

Влившись в толпу, я стала высматривать лицо со шрамом. Я была уверена, что работорговец останется на ярмарке до последнего зеваки. Нужно было только его найти.

Думай, думай. Куда пойдет такой человек? Он явно не будет привлекать к себе внимание. Особенно с его-то шрамом. Значит, смешается с толпой.

Большинство мужиков уже изрядно опьянели, поднимая кружки за здоровье короля. Идеальный вариант. Выпить в компании – дело святое. Никому в голову не придет заподозрить в чем-то дурном доброго собутыльника. Я направилась к мужикам, сидевшим за столами возле бочки с медовухой.

– Налей-ка и мне, – я стукнула монетой о прилавок, обращаясь к маленькой полной женщине.

Я взяла кружку и прислонилась к стене, внимательно оглядывая людей вокруг. Долго ждать не пришлось. Из-за дальнего стола поднялся нужный мне человек. Оглядевшись по сторонам, он двинулся к краю площади. Отвратительный шрам не сглаживали даже зимние сумерки. Фредо был неправ. Это лицо я не спутаю ни с одним другим.

Работорговец прошел мимо главной улицы и свернул на улочку поменьше. Я следовала за ним тенью. Благо, все фонари унесли для освещения ярмарки, и тьма укрывала меня своим покрывалом. Единственное, что меня могло выдать, – скрип снега, поэтому мне приходилось держаться на расстоянии, но я не спускала глаз с фигуры впереди.

Я не представляла, что собираюсь предпринять. Я ненавидела Фредо за его безразличие, за его малодушие. За то, что он не пошел со мной, зная, что мне может грозить опасность.

Ну и хорошо. Я больше не маленькая девочка. Я сама разберусь с мерзавцем и докажу брату, что не нуждаюсь в его опеке.

Когда работорговец скрылся за груженой телегой, я последовала за ним.

Это было глупо. Тем более, я знала, с кем имею дело.

Боль пронзила затылок, на минуту затуманив зрение. Я стояла, прижатая к телеге, с ножом у горла и чувствовала спиной прохладу металла.

Это что? Клетка?!

– Второй раз за день мне попадаешься. Эх, не любит тебя, видно, судьба. Ну ничего, я о тебе позабочусь, – работорговец растягивал слова, обнажив в мерзкой улыбке кривые желтые зубы. – Сейчас я открою твой новый дом, ты туда послушно залезешь и будешь сидеть тихо. Мы же не хотим испортить такую милую мордашку, правда?

Он угрожающе провел ножом по моей щеке.

Страх и злость, кипевшие во мне пару часов назад, сейчас казались мелкой лужей против океана паники, что, набирая мощь, готовился обрушиться на меня волной. Это не могло повториться снова. Я не могла снова оказаться в клетке.

Я лихорадочно всматривалась в темноту пустой улицы в надежде увидеть Фредо. Он должен быть тут. Он не мог меня так бросить. Но Фредо по-прежнему не было, и паника накрыла меня, смывая человеческую сущность.

Мое дыхание стало чаще и глубже. Я чувствовала жар, исходящий из сердца. Он охватывал все мое тело, делая его невыносимо горячим.

– Что ты… – работорговец отдернул от меня руку и отступил на пару шагов. Его и без того безобразное лицо искривилось от ужаса.

Мои пальцы обрастали когтями, из спины вырывались мощные крылья, все мое тело меняло форму. Длинный хвост взметнулся и сбил работорговца с ног. Он упал в свежий снег, не выпустив из рук нож, и, выругавшись, стал быстро отползать в попытке спастись.

Хах. Как бы не так. Я – дракон. И я буду решать свою судьбу.

Во мне все трепетало от осознания собственной мощи.

– Р-р-разорвать или сжечь? – прорычала я, наклонив морду к работорговцу и обдав его дымом.

Я убивала сотни несчастных зверей, поддаваясь инстинкту охотника, но всегда делала это быстро, не заставляя их мучиться. Сейчас же меня вела жажда мести. Я была полностью в ее власти. И не могла решить, чего мне хочется больше: разодрать жертву когтями или, не торопясь, жечь живьем. А может, откусить голову? Или все вместе?

Нож, который работорговец держал в руках пару мгновений назад, отскочил от моей чешуи.

– Смело, но бессмысленно. Я неуязвима, – прорычала я, оскалив зубы.

Я обдала его столпом пламени, и он завизжал от боли, скрючившись на черной мерзлой земле, выступившей из-под растаявшего снега. Я видела, как горит на нем одежда, как краснеет его кожа, опаляясь пламенем. Как его лицо искажает болезненная гримаса. Но мне этого было мало. Он делал ужасные вещи и заслужил участь куда хуже.

Я провела огромным когтем по земле рядом с ним, словно большая кошка развлекалась с мышью. Работорговец дрожал от страха, сжавшись в комок. От его одежды остались лишь догорающие лоскутки, обнаженное тело было ярко-красным.

Я прижала его лапой к земле, и он застонал. Он по-прежнему был жив. Мне не было его жаль. Наоборот. Я наслаждалась его страданиями. Я запустила когти в тело, и они, разрывая плоть, прошли насквозь, нанизав его, словно на вилы. Работорговец еще еле слышно постанывал, когда я подняла его в воздух, но его конечности уже безвольно болтались.

«Клац», – щелкнули мои челюсти, завершая последний штрих в восхитительной картине мести. Я сплюнула в снег голову со шрамом и положила рядом с ней тело. Я смотрела на это, оскалив окровавленные зубы в хищной улыбке, и ликовала. Я победила. Больше никому не запереть меня в клетке. От когда-то грозного торговца людьми осталось лишь обезглавленное тело. Он лежал с неестественно изогнутыми руками и ногами. Безобразная голова со шрамом валялась рядом, а кровь растекалась вокруг, окрашивая снег в алый.

Я стояла посреди пустынной улицы, моя чешуя вздымалась от частого дыхания. Безумная радость мести утекала, как вода сквозь пальцы, оставляя после себя ужас от содеянного. Я так презирала людей за их жестокость, что не заметила, как стала такой же.

Я медленно принимала человеческий облик, пытаясь свыкнуться с этой мыслью. Я упала перед телом на колени. Искалеченный труп выглядел ужасающе: обгоревшая кожа, вываливающиеся внутренности и голова рядом. Мне стало дурно, желудок скрутило. Работорговец, несомненно, был ужасным человеком, заслуживающим смерти, но давало ли мне это право становиться его палачом?

Я обхватила себя руками. Меня трясло. Слезы капали из глаз, расплываясь темными пятнами на подоле платья. Но плакала я не от жалости. Единственное, что я ощущала в тот момент, – это пустота. Она разрасталась чернильным пятном, пожирая все хорошее у меня в душе.

Тихий всхлип из-под телеги вернул меня в реальность. Я была так занята, что, обманувшись пустотой улицы и теменью в окнах домов, совсем не подумала об опасности быть замеченной. Мое сердце дрогнуло, когда я шагнула ближе. Я уже знала, что там увижу. Точнее, кого. Мы и сами с Фредо, будучи детьми, частенько прятались под чужими телегами, надеясь стащить что-нибудь вкусное.

Ребенок лет восьми с красным от мороза и слез лицом испуганно смотрел на меня из-под телеги. Потрепанная шубка, сползшая на бок шапка, сопли, свисавшие с носа. Я не могла понять, мальчик это или девочка. Но это не имело значения. Важно было, что ребенок видел меня. Видел, как я превращаюсь в дракона и изрыгаю пламя, как убиваю человека и снова становлюсь собой. И конечно же, он расскажет об этом всей деревне.

Все внутри меня похолодело. Я в который раз за день не знала, что мне делать. Появление работорговца запустило цепочку событий, где я, стараясь все исправить, делала только хуже. Было неправильно лишать жизни ребенка. Но и позволить ему раскрыть мою тайну я не могла.

Чертов Фредо! Надоели эти его вонючие штучки. Строит из себя обиженного, лелея свою гордость, пока я разбираюсь с неприятностями, в которые не попала бы, если б он пошел со мной.