Dark Colt – Кавказ. Пленница Кайсара (страница 3)

Внезапно её отвлёк голос подруги от восхищенных взглядов на девственные красоты Кавказских гор:

– Извини, что мешаю любоваться здешними красотами! – Зарема наклонилась к ней и тихо попросила: – Сходи, пожалуйста, в дом. Передай тётушкам, что через минуту я выйду к обряду, и спроси, готов ли мой пояс. Я оставила его у них.

Алина кивнула и поспешила отлучиться. В женской половине охраны не было, таков был обычай. Она прошла мимо ворот и задержалась у стены, где горел факел. Там, в полутени, снова почувствовала на себе тот самый взгляд. Слегка вздрогнула, за спиной послышались шаги. Но когда оглянулась, никого не было. Только тень у стены, чуть темнее остальных.

– Ты чужая здесь, – голос прозвучал тихо, прямо у её уха. Она не заметила, как он подошёл.

Алина обернулась, и столкнулась с его глазами. Он стоял слишком близко, так, что её плечо почти касалось его груди. От него исходило тепло, запах кожи и табака, и что-то ещё, острое, тревожащее.

– Кто… вы? – выдохнула она, чувствуя, как пересохло горло.

Зарема говорила, что в этой части двора запрещено появляться мужчинам. Так почему он вдруг оказался здесь?..

Опешила от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

Он чуть наклонил голову и шагнул ближе, не прикасаясь, но вторгаясь в её пространство. Тёмные глаза держали так прочно, что мир вокруг будто исчез.

– Тот, чьё слово здесь тяжелее шума музыки, – сказал он тихо, хрипловато. – Тот, кто уже решил.

Алина раскрыла было рот, но его голос скользнул к самому уху, оставляя тёплый след в памяти:

– Возвращайся к свету, чужая. В тени тебе не место.

Он отступил в темноту, оставив её в замешательстве. Алина стиснула пальцы на подоле, сердце билось слишком быстро. Она вернулась в дом к женщинам, передала слова Заремы, но странное чувство не отпускало, никто не заметил, что рядом со стеной стоял чужак. Никто, кроме неё.

И у Алины возникло острое ощущение тревоги, что эта встреча не была случайной. Однако, одновременно чувствовала лёгкость, неизвестно по какой причине уверенность, что именно этот мужчина не причинит ей вреда…

Свадьба продолжалась. Танцы сменялись застольем, музыка – выстрелами в воздух. Алина постепенно расслаблялась, улыбалась, даже несколько раз вышла танцевать, чувствуя, как чужой мир принимает её, как кружево вплетается в ткань праздника.

Но иногда… её взгляд невольно искал того, чьё имя она уже запомнила. И каждый раз, когда встречалась с его глазами, внутри что-то сжималось и расправляло крылья одновременно.

Кайсар как призрак мелькал лишь перед её глазами, словно никто и не замечал его присутствия. Он словно изучал всё, выбирал момент.

***

Ночь опустилась быстро. В горах темнеет резко, и вскоре костры во дворе стали единственными источниками света. Праздник входил в самую жаркую фазу, музыка гремела, смех и тосты не смолкали. Женщины сидели ближе к дому, мужчины шумели у ворот.

Алине стало тесно в этом гуле. Она вышла во двор, сделала круг, будто проверяя, не нужна ли помощь Зареме, и, заметив, что за ней никто не следит, направилась к калитке. Охранники всё также, по требованию старейшин рода, стояли у главного входа, и в заднем дворе их не было. Там было тише, и тропка вдоль стены манила прохладой.

Она закрыла глаза, делая глубокий вдох, и сама не заметила, как её шаги увлекли вдоль стены, туда, где под звёздным небом раскинулось селение у подножия гор.

Воздух был свежий, прохладный, пах дымом и горной полынью. Звёзды висели так низко, словно зазывали следовать за ними. Она остановилась, зачарованно глядя вперед, и в этот момент грубая рука схватила её за локоть.

– Ну-ка, красавица, откуда такая? – голос был хриплым, пьяным. Перед ней стоял крепкий парень в дешёвой куртке, явно не из родни. Его взгляд был дерзким, а рука слишком смелой. – Не местная, да? Здесь таких не жалуют, но для меня сделаем исключение…

Алина попыталась вырваться, но хватка усилилась. Сердце ухнуло вниз.

– Отпусти! – прошептала она, чувствуя, как его пальцы больно впиваются в кожу.

– А если не захочу? – ухмыльнулся тот, поднося лицо слишком близко. Его дыхание пахло перегаром, и отвращение сжало Алине горло.

И в этот момент кто-то появился за её спиной. Тень шагнула вперёд, и рука чужака внезапно исчезла с её локтя. Мужчина отлетел назад, будто его ударила невидимая сила.

– Она не твоя, – холодно сказал Кайсар, заслоняя её собой. Его голос был спокоен, но в нём слышалась сталь. – Убирайся. Здесь чужих трогать без спроса нельзя.

Парень пробормотал что-то и, споткнувшись, поспешил скрыться в темноте.

Алина стояла, ошеломлённо глядя на него. Его глаза были всё те же: чёрные, властные, жгучие. Он посмотрел на неё, наклонился чуть ближе, и она услышала его тихие слова:

– Запомни! В этих горах не любят приезжих. Но пока я рядом, тебя не тронут.

Он говорил тихо, почти интимно, и от этого слова обжигали сильнее. Его плечи заслоняли полнеба, грудь находилась так близко, что она чувствовала её тепло, а запах кожи и табака впитывался в память.

Позади послышались шаги охраны, они заметили её отсутствие и засуетились. Когда один из них схватил её за руку с укором: «Алина Викторовна, нельзя уходить одной!», она только кивнула. Никто, кроме неё, не знал, кто спас её секунду назад. Но она ещё ощущала жар его взгляда, будто тень Кайсара осталась рядом, растворившись в ночи.

Глава 4

Алина не могла выбросить из головы то, что произошло во дворе, а затем и за калиткой… Его голос всё ещё звучал у самого уха – низкий, густой, обжигающий. Его запах, табака и горячей кожи, словно впитался в её память. И самое страшное, уверенность в его словах:

«Тот, кто уже решил».

Она знала, что это было не наваждение. Она видела его, чувствовала дыхание. Но как объяснить то, что объяснению не поддаётся?

Зарема уверяла, что в женскую половину мужчинам вход закрыт. Это закон гор, святыня, которую не нарушают даже самые дерзкие. Но, тогда как Кайсар оказался там, где его не должно быть?

Сказать подруге?

Нет!

Зарема только засмеётся, обвинит её в излишней впечатлительности:

«Тебе просто показалось, Алиночка. Тут все свои».

Но Алина была уверена, что ей не показалось.

Она молчала, не желая показаться параноиком, но чувство тревоги не отпускало. Что-то было не так. И теперь она ощущала это каждой клеточкой, будто тень всё ещё следовала за ней, даже в шуме и свете праздника.

Музыка вновь захватила двор, барабаны отбивали ритм, голоса гостей перекрывали друг друга, тосты лились рекой. Но для Алины весь этот шум звучал глухо, будто сквозь толщу воды. Она сидела рядом с Заремой, улыбалась в ответ на её шутки, но внутри всё ещё пульсировала память о чужом взгляде в темноте. Казалось, он не исчез, а растворился где-то рядом, в каждом углу, в каждой тени.

И именно в этот момент Зарема, сияя от радости, наклонилась к Алине и шепнула:

– Пойдём со мной. Сейчас будет наш танец с Тимуром, мне нужно переодеться. Тётушки приготовили для обряда другой наряд.

Алина встала вместе с ней. Подруги направились к дому. К женской половине, где ждали старшие женщины. Каменный двор затихал за их спинами, и звуки зурны становились глуше. Вокруг была тишина и мягкий свет фонарей. Для знатной семьи Заремы всё было устроено достойно: просторные комнаты, зеркала, отдельные залы для мужчин и женщин. Здесь ценили традиции и одновременно умели показать богатство, чтобы род Хаджиевых убедился, что их невеста входит в достойный дом.

Они шагали бок о бок по узкому двору. Каменные стены поднимались по обе стороны, фонари здесь горели реже, и каждая тень казалась глубже, чем обычно. Зарема то и дело поправляла подол, чтобы не зацепиться каблуком, и торопливо шептала:

– Быстрее, тётушки будут ждать…

Алина протянула руку, поддержала её за локоть, когда ткань платья задела камень. В этот момент из темноты впереди словно выросли двое мужчин. Их силуэты перекрыли проход, широкие плечи, быстрые движения, чужие лица.

– Что вы?.. – успела вскрикнуть Зарема, но один из них шагнул к ней слишком резко.

Алина действовала инстинктивно. Толкнула подругу вперёд, к свету, туда, где виднелась дверь дома, и крикнула:

– Беги!

Зарема споткнулась, но сорвалась с места и побежала к дому. Подол платья мелькнул в отблесках огня. Мужчины рванули за ней, но Алина, заслоняя дорогу, резко вскинула руки. Её сердце колотилось, ноги будто налились свинцом.

– Не смейте! – выдохнула она.

Один из незнакомцев схватил её за запястье. Она дёрнулась, пыталась вырваться, но каблук скользнул по влажному камню, и Алина потеряла равновесие. Внезапно упала на колено, ладони больно ободрались о грубую поверхность.

Тени вокруг будто ожили. Один из мужчин шагнул было к ней, но легкий вскрик Алины сбил его с толку, и он замешкался. В ту же секунду из самой глубокой темноты выступил высокий силуэт. Он двигался быстро, властно, словно сам выбирал, кому быть добычей.

Это был Кайсар.

Его лицо на миг высветил огонь факела: жёсткие скулы, чёрные глаза, сжатые губы. В них читалась ярость, от того, что он упустил Зарему.

Он резко схватил Алину за плечо, дёрнул вверх, легко подняв с пола, будто она ничего не весила. Его пальцы вонзились в её кожу, дыхание хлестнуло горячим ветром.

– Глупая курица! – процедил он сквозь зубы, тёмный голос был полон ярости. – Встала между мной и моей целью. Теперь сама отвечай за последствия!