Дария Стар – Звезда на краю (страница 4)

Я сажусь в машину, хлопаю дверью и завожу двигатель. Рев мотора заглушает мысли, но ненадолго. В голове всё ещё крутится её образ: зелёные глаза, дерзкий взгляд, её уверенность, с которой она выскользнула из моих рук. Она не просто украла мой бумажник – она украла моё спокойствие. И это бесит больше всего.

Я еду по ночным улицам Лос-Анджелеса, пытаясь отвлечься, но её лицо не отпускает. Кто она такая? Почему она так легко выскользнула из моих рук? И почему её глаза… такие опасные? Они будто пронзили меня до самой души, оставив след, от которого мне не по себе.

Ваттс. Район, который не нуждается в представлении. Здесь каждый камень, каждый угол улицы пропитан историей, которую не расскажут в туристических путеводителях. Это место, где жизнь бьётся через край, но не всегда в лучшую сторону. Для меня же это дом. Не идеальный, не безопасный, но свой.

Я паркую свою старую машину у облупившегося дома, который мы с Эмили называем своим убежищем. Двигатель глохнет с хрипом, будто вздыхая с облегчением. Я выхожу, расправляю плечи и вдыхаю прохладный утренний воздух. Рассвет ещё не наступил, но небо уже начинает светлеть, окрашивая горизонт в нежные оттенки розового и оранжевого. Тишина. Только редкие птицы нарушают её своими трелями. Но внутри меня всё гудит, как будто я всё ещё на взводе после ночи, которая, кажется, никогда не закончится.

Эмили дома нет. Её комната тёмная, окно закрыто. Она на ночной смене в кофейне. Она смогла. Она действительно смогла вырваться из этого круга, оставить воровство позади и начать всё с чистого листа. А я? Я всё ещё здесь, в ловушке, которую сама себе создала.

Меня словно кто-то держит. Нет, не кто-то. Майк. Его лицо всплывает перед глазами, как назойливый кадр из фильма, который невозможно выключить. Усмешка, взгляд, полный самоуверенности, будто он повелитель мира. Ненавижу его до боли. Чтоб он сгорел в аду! Но при этой мысли губы сами собой искривляются в горькой усмешке.

Да, только вот котёл у меня будет соседний. Мы с Майком из одной гнилой истории, только он режиссёр, а я – марионетка. Но знаешь, что, Майк? Я не собираюсь оставаться в твоей постановке навсегда. Однажды этот спектакль закончится, и занавес упадёт прямо тебе на голову.

Захожу в дом. Половицы под ногами издают мягкий скрип, словно шепчут приветствие. Это странное ощущение уюта, будто дом оживает, разговаривает со мной. Я поднимаюсь наверх, не включая свет, и направляюсь в душ.

Горячая вода обжигает кожу, смывая всю усталость и грязь прошедшей ночи. Боль от воды смешивается с удовольствием, и это чувство неожиданно приятно. В какой-то момент я закрываю глаза, позволяя горячим струям почти уничтожить все мысли. Почти.

После душа натягиваю старую футболку и шорты, плюхаюсь на диван, который тут же отвечает мне своим привычным мелодичным скрипом. Да, этот дом точно разговаривает. Может, я и правда свихнулась? Или это просто усталость?

Лежу на спине, смотрю в потолок. Там, как всегда, это дурацкое жёлтое пятно. Оно давно должно раздражать меня, но почему-то стало почти родным. И пока я разглядываю его, мысли начинают скользить обратно в ту парковку. Тот парень… Чёрт, я где-то его видела. Но где?

А потом всплывает момент в баре. Как я умудрилась проколоться? Ха, хотите знать? Всё дело в красной кепке. Да-да, одолжила её у одного парня. Ну как одолжила… Украла. Поймали. А всё потому, что там был этот милый Тедди с топором. Вы бы сами не удержались, увидев такое.

Вообще, яркая одежда – это совсем не моя тема. Чёрное, серое, тёмно-синее – вот мой стиль. Я предпочитаю сливаться с тенью, а не выбиваться из неё. Красная кепка? Абсурд, но, видимо, я иногда иду на глупости.

Глаза уже закрываются, а мысли путаются, смешиваясь с усталостью. Дом скрипит, как будто желает спокойной ночи. Ладно, я точно вырубаюсь. До скорого.

Глава 2

Я просыпаюсь от ощущения, будто матрас прогибается под чьим-то весом. Секунду всё кажется нереальным, но потом включается инстинкт. Я резко подскакиваю и наношу удар кулаком, но моё запястье перехватывают. Адреналин бьёт в виски, и я наконец открываю глаза. Всего два человека знают, что ко мне нельзя приближаться, когда я сплю, и только один из них был бы настолько дерзок, чтобы рискнуть это сделать.

– Какого чёрта ты тут делаешь, Роб? – шиплю, стараясь подавить ярость, но мой голос всё равно звучит, как раскалённый металл.

Он ухмыляется, абсолютно невозмутимый.

– Эй, детка, да ты не потеряла хватку, – говорит он, протягивая руку, чтобы коснуться моей щеки.

Я резко бью по его ладони и выскальзываю из постели.

– Как ты сюда вошёл? – бросаю через плечо, направляясь к кухне.

– Разве мне нужны ключи? – отвечает он, как будто это очевидно.

Да, Роб – мастер по замкам. Ему, похоже, плевать на двери, кодовые замки или даже охранные системы. Его спокойствие только злит меня ещё больше.

– Чего тебе надо?

– Собирайся. Есть дело.

Я фыркаю, открывая шкаф, но не перестаю смотреть на него исподлобья.

– Какое ещё дело?

– Босс хочет, чтобы ты прикупила наряд для мероприятия. И я тебя сопровожу.

– Думает, что я не справлюсь одна? – спрашиваю я с сарказмом, закрывая дверцу шкафа с резким хлопком.

– Думаю, он боится, что тебя украдут, – ухмыляется Роб, облокотившись на косяк.

– Ага, конечно. Скорее уж он боится, что я сбегу и так не выплачу ему долг.

Роб подходит ближе. Его голубые глаза впиваются в меня, словно он пытается что-то вычитать в моём лице. Я вижу, как его взгляд становится слишком личным, слишком наглым.

– Детка, – говорит он тоном, от которого я только сильнее стискиваю зубы. – Ему ты давно нужна не из-за долга.

– Ага, может мне тебе ещё сказать спасибо за это. Или после того, как он насильно женит меня на себе? – отвечаю я, бросая на него взгляд, полный ненависти.

Роб тянется к моей щеке, пальцы касаются кожи, и я чувствую, как меня накрывает воспоминание.

Роб выкидывает сигарету и подходит ко мне, его движения медленные, почти ленивые, но в них читается что-то опасное. Его рука тянется к моему лицу, пальцы обхватывают подбородок. Он начинает поворачивать мою голову, словно оценивает меня с разных ракурсов.

Я сдерживаюсь, терплю, потому что понимаю – это, возможно, мой единственный шанс выжить.

Его взгляд становится жёстче. Он смотрит прямо в мои глаза, и от этого взгляда мне хочется отвести взгляд, но я не позволяю себе показать слабость.

– Вот что ты сделаешь, – говорит он тихо, но в его голосе сквозит нечто стальное. Он объясняет план, каждую деталь, каждое условие.

За это он обещает мне пару тысяч долларов. Всего-то. Всё, что нужно, – перевезти посылку через город.

Я соглашаюсь, даже не понимая, во что ввязываюсь. Отчаяние затмевает все мысли.

Я моргаю, возвращаясь в реальность. Роб всё ещё стоит передо мной, его взгляд прожигает меня насквозь.

– Стелла, – говорит он почти мягко, – Мне жаль, что всё так вышло.

Я не отвечаю. Только смотрю на него и думаю, как сильно хочу вырваться из этого замкнутого круга, где его «жаль» ничего не значит.

Тренировка началась вяло, как и следовало ожидать после вчерашнего. Некоторые из ребят перебрали, но отмазки тут не прокатят – тренировка есть тренировка. Хотя честно, пользы от неё я сейчас не вижу. Они катаются по льду, как школьницы на дискотеке, и это, похоже, выводит нашего тренера, Джона Миллера, из себя.

– Все девочки! – его голос раскатывается эхом по стадиону. – Закончим ваш позор, не могу больше на это смотреть!

Я понимаю его. У меня тоже уже нет сил наблюдать за этим цирком.

– Живо тащите свои задницы сюда, сосунки! – орёт он, и по его голосу слышно, что он на грани. – Ти, куда ты смотришь? – его гнев теперь направлен на меня.

– Я предупреждал их, тренер Миллер, – отвечаю я, пожав плечами. – Они взрослые девочки, сами могут за собой следить.

Не успеваю договорить, как чувствую удар клюшкой под зад. Маккелли, наш левый нападающий, не смог удержаться. Мы переглядываемся и чуть не захлёбываемся от смеха, но оба сдерживаемся, чтобы не нарваться.

Тренер замечает.

– Ай, – машет он рукой, едва скрывая раздражение. По стадиону разносится звук сдержанных смешков. – Так, хочу вам сообщить новость. Нас наконец-то купили. Точнее, наш клуб.

На стадионе раздаётся возглас, словно у кого-то выигрышный билет в руках. Радость смешивается с недоумением.

– Поэтому в эти выходные у нас мероприятие, – продолжает Миллер. – Всем быть в смокингах. У кого нет или кто вырос из своего, – он бросает взгляд на Кристофера, нашего правого защитника и моего хорошего друга. Парень за последний год действительно «раздобрел» – и теперь это всё заметно. – Купите себе что-нибудь. Будьте добры, не опозорьте меня.

– Есть, тренер! – хором откликается команда, хотя некоторым явно не нравится идея наряжаться в смокинг.

Мы выходим на лёд, быстро заканчиваем тренировку, и вскоре направляемся в раздевалку.

В раздевалке атмосфера напряжённая, но смешки не прекращаются. Маккелли толкает меня в бок:

– Эй, Ти, ты правда наденешь смокинг?

– А что, есть выбор? – ухмыляюсь в ответ, кидая взгляд на остальных. Все явно в предвкушении выходных, хотя никто этого не признает.

В голове вертится мысль: новая покупка клуба – это шанс. Только вот для кого? Для нас? Или для тех, кто купил нас, чтобы превратить в очередной бизнес?