Дария Каравацкая – Когда зацветает волчий коготь (страница 4)

– Ваш человек вообще знает, что мы ожидаем его на встречу? – спросил Бруэнс у Орлана, который все еще шагал вдоль зала.

– Он будет с минуты на минуту, не сомневайтесь, дружище.

– Что ж, а пока мы ждём… Эвтилия, не желаете ли чаю? – наконец обратился Бруэнс к девушке, его тон стал чуть мягче, но не терял официальности.

– Благодарю, – вежливо ответила Эва, хотя предпочла бы любой местной чашке с самыми изысканными травами ту свою, уже давно остывшую, с чабрецом и мятой.

Гулкие удары дорогих ботинок главного советника эхом раздавались по залу, пока он наливал чай в фарфоровые чашки. Орлан продолжал свою прогулку от стены к стене, словно загнанный зверь. Внезапно дверь снова открылась, и голос знакомого гвардейца прозвучал четко:

– По вашему указу, господин Томас Сен-Мор. О… и капитан Адам Тибаль.

В зал поочередно вошли две мужские фигуры, резко контрастирующие друг с другом. Первого Эва узнала мгновенно – вчерашний мужчина в черном, ее невольный «спаситель» от морхеймских послов. Он вошел, как появляется тень в ночи – плавно, бесшумно, с безупречной дворянской осанкой. Как и вчера, он был практически весь в черном, лишь белая рубашка и черный жилет с едва заметной вышивкой серебристыми нитями по краям слегка оттеняли его образ. Даже глаза казались сделанными из темной древесной коры. Черные, слегка вьющиеся волосы выглядели так же аккуратно и аристократично, как и короткая густая щетина. Вторая фигура дышала военной выправкой. Крепкие плечи, твердый, отмеренный шаг, сине-серая офицерская форма без доспехов и аксельбантов. Эве сразу бросился в глаза глубокий шрам, рассекающий правый глаз от скулы почти до середины лба, минуя само глазное яблоко. Работа полевого лекаря, и не лучшая – шрам был грубоват, края неровные, явно зашивали наспех. Оба мужчины заняли места за столом напротив Эвы.

– Цветочница? – Томас Сен-Мор едва заметно приподнял бровь.

– Да, «Амелинда» к вашим услугам, – парировала Эва, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Внутри же притаился нервный смешок.

– Хм, – он откинулся на спинку стула, и в уголке его губ дрогнула едва заметная улыбка. В его взгляде Эва отчетливо почувствовала вызов. – Надеюсь, сегодняшнее собрание не помешает вашим… ботаническим развлечениям?

– Томас, вы уже знакомы с нашим царским лекарем? – вмешался Бруэнс, расставляя чашки. Аромат такой ненавистной для Эвы лаванды тут же поплыл в воздухе.

– Мы пересеклись вчера в дворцовом саду, пока я сопровождал морхеймских послов на встречу Совета, – Сен-Мор отвел взгляд и начал с безупречной аккуратностью снимать черные кожаные перчатки, чтобы взять чашку. – Надо же, точно лекарь?

– Увы, всё так, – ответила Эва. – К сожалению, ремесло цветочницы не моя стезя. Но кто знает, может, однажды мне доверят и за бутонами смотреть, – чуть саркастично ответила девушка.

– А разве не подобной цветочной чепухой вы вчера и занимались? – колко бросил Сен-Мор. Ну наглость!

– Сегодня вы говорите про цветочную чепуху, а вчера про опасные травы для токсикологического атласа, – усмехнулась Эва, ее голос был неожиданно уверенным даже для нее самой. – Прошу определиться в версиях, иначе я не смогу подыгрывать вам в этой словесной перепалке.

– Цветы, травы, яды – да все это об одном и том же, – он аккуратно поставил чашку на блюдце и принялся ритмично отбивать подушечками пальцев по краю стола.

– О, вы правы, это действительно одно и тоже, – Эва уловила ритм его пальцев, что-то такое играли музыканты в поместье во времена ее юности, это чувство ностальгии придало ей уверенности. – Как и политика, шпионаж, предательства, не находите?

Она с легкой, почти невинной улыбкой поправила складки платья, но краем глаза заметила, как пальцы Сен-Мора замерли в воздухе перед следующим ударом. На долю секунды ей даже показалось, что он вновь сдерживал улыбку.

– Какая проницательность, – тихо заметил он. – Рекомендую вам оставить цветочки и уйти в политику.

– Довольно пассажей, – властно прервал Бруэнс. – Раз уж мы в полном сборе, приступим. Ситуация с Морхеймом накалена, вы все в курсе. Эвтилия, вы, если верно помню, прибыли к нам из приграничного Миадета?

– Да, всё так, – подтвердила Эва, внутренне вновь напрягаясь. Куда он клонит? При чём здесь может быть Миадет? Мысль о родном городе, зажатом в тиски, заставила ее внутренности сжаться.

– Значит, не понаслышке знакомы с тяжестью их угроз. Морхейм нужен Бертену как сильный союзник. Конфликт необходимо разрешить дипломатично, и советом принято решение направить миссию для заключения брачного договора между нашей царевной и принцем Морхейма. Мир, скрепленный родственными узами, – самый прочный.

– Дорогой Бруэнс, – Орлан снова вскочил, продолжая свою тревожную прогулку вокруг стола. – Все еще считаю ваше решение полным… поспешным. Да морхеймские короли своих родных братьев на завтрак съедают, что уж про жен говорить! Брак с их принцем – не щит. Они используют его как подставу, чтобы поглотить Бертен изнутри. Навяжут свои законы, отожмут ресурсы под видом «союзничества». А как же Ран-Уайат? Принц все еще холост, как мне доложили источники. Или знать Анарая… Они…

– Орлан, да усядьтесь вы в конце концов и успокойтесь! – голос Бруэнса зазвенел раздражением, после глубокого вдоха он продолжил. – Мы топчемся на месте. Повторяю, брак с Анараем исключен из-за их диких нравов. Вы уже не помните, как их королева провела пять лет в подземной пещере просто ради соблюдения «местных традиций»? Владыка этого не допустит. Оставьте эти земли дикарям и варварам. А Ран-Уайат вообще ненадежен, их возможный отказ поставит царевну в унизительное положение. Есть лишь один стабильный и оправданный путь – Морхейм. Родня не пойдет войной на родню.

– Не пойдет, но вот поставить нож к горлу… – начал было Орлан.

– Мои источники уверяют в излишности ваших опасений, – перебил его Бруэнс. – Путь в Морхейм утвержден царем и точка. В отличие от Ран-Уайата, монархи Морхейма уже начали подыскивать невесту принцу. Промедление смерти подобно! Канцлер, прошу детали миссии.

– Что ж, – Орлан повернулся к Сен-Мору, его взгляд стал более спокойным, но по-прежнему деловым. – Томас, друг мой, такую задачу я могу доверить только тебе. – Сен-Мор в ответ лишь сдержанно кивнул. – Капитан гвардии Адам Тибаль и наш лекарь Эвтилия Бовель – вся твоя компания. Как и оговаривали, никаких слуг, пажей, обоза и прочего. Один гвардеец, один лекарь на случай инцидентов. Скорость и незаметность на этот раз главное. Маршрут идет через Царский тракт до Великой горы. – Орлан сделал паузу, пристально глядя на Томаса. В зале повисла тишина. – Там пересечете границу и направитесь в столицу. А для вас, госпожа Бовель, уточню, – он повернулся к Эве, – маршрут пролегает через трактиры и деревни. Ночевать в лесу придется лишь в самом крайнем случае. За вашу безопасность можете не беспокоиться. – Эти слова о ночлеге с двумя малознакомыми мужчинами, сказанные с деловой отстраненностью, все равно вогнали Эву в смущение. Она опустила глаза, разглядывая узор на столешнице, но тут же подняла голову, решив перевести разговор.

– Поняла, господин Орлан, спасибо за беспокойство. Залог успешной миссии кроется в доверии, верно? Хотя подобные походы для меня в новинку… Каково текущее состояние здоровья господина Сен-Мора и капитана Тибаля? И, возможно, у вас будут личные рекомендации по аптечке и сборам, мне бы пригодился ваш совет, – спросила она, обращаясь скорее к Орлану и Бруэнсу, чем к своим новым спутникам.

– Поменьше платьев и побрякушек. Сделайте упор на свое ремесло, – играючи отрезал Томас.

– Благодарю за совет, – парировала Эва, поймав его взгляд. – Как цветочница уточню: какие бутоны вы предпочитаете в этом сезоне? Полагаю, самые ядовитые?

– Если они эффективно сработают, то да, конечно, – ответил Сен-Мор, оценивающе рассматривая ее, чуть запрокинув голову.

– …А у меня от мороза руки зудят и шелушатся, еще старые раны тянет к непогоде, – громко и добродушно вступил Адам, словно разряжая напряжение. – Вы много вещей не берите, только самое необходимое. Если что-то будет непонятно – спрашивайте у меня. Помогу, чем смогу.

– Спасибо, – наличие искреннего союзника под боком дало Эве чувство облегчения и спокойствия. Она настолько осмелела, что задала тот самый вопрос, который пришел на ум самым первым после постановки цели миссии: – Господа, но почему… выбрали меня? Без опыта в таких вопросах.

Девушка четко понимала, что в Совете не место отказу и спорам. Но узнать, существует ли хоть призрачный шанс передать дело в более компетентные руки, чтобы дать реальные гарантии родному Миадету, было для нее важно. Пусть уж «дипломатические покатушки» пройдут как надо, и весь этот бардак на границах поскорее закончится…

– Кхм, отличный вопрос, Орлан. Чем тебе не угодил наш травник Гарольд? Он же был с вашими людьми в Анарае пару лет назад, – Бруэнс действительно задумывался о разумности выбора канцлера.

– Господин Бруэнс, Гарольд так стар, что давно ослеп на один глаз и слышит через слово, – холодно отвечал Сен-Мор, пока Орлан нервно искал нужные слова. – Есть подозрение, что возможная хворь не испугается его дряхлой руки и придется лечить по-настоящему. Госпожу Бовель проверяли наши люди, она подходит для миссии. В отличие от Гарольда, она обладает необходимой остротой зрения, слуха. Этого будет достаточно, чтобы предпочесть ее старику, – Эва почувствовала, как от этих слов неприятно кольнуло внутри. Она не до конца понимала, дипломат пытался принизить ее уровень мастерства, оскорбить или сделать сомнительный комплимент, но напряженное отношение к Сен-Мору не заставило себя ждать.