Даринда Джонс – Вторая могила слева (ЛП) (страница 37)

— Я повзрослел — все изменилось, — не сдавался он.

В его глазах я видела стальную решимость. Ту самую, благодаря которой наша школьная футбольная команда выигрывала три года подряд. Проклятье.

— Вот что я тебе скажу, — начала я, входя в режим переговоров, — покажешь мне свое — я покажу тебе мое.

— Хочешь сказать, я должен быть первым?

Я улыбнулась, подтверждая его слова.

— Черт побери, всегда я должен быть первым, а потом половина из вас, девчонок, идет на попятный и сбегает, так и не показав свое.

Наверное, у него огромный опыт в этой области.

— Ты мне не доверяешь? — спросила я, изо всех сил стараясь выглядеть обиженной.

Рот Нила превратился в тонкую линию.

— Ни капельки.

Я развела руками, показывая на окружающую нас обстановку.

— Чувак, мы же в тюрьме. Если я не выполню свою часть сделки, посади меня в одиночку, пока не выполню.

— Могу я получить это в письменной форме?

Мне хотелось большего, мне было нужно больше. Так же нужно, как воздух. Во всем, что касалось Рейеса, мой аппетит был ненасытным.

— Да хоть кровью напишу.

Издав долгий задумчивый вздох, Нил наконец заговорил:

— Думаю, кровью не обязательно. Так и быть, расскажу тебе одну историю. — Он пожевал губу, выбирая, что рассказать. — Ладно, это случилось, когда я был еще охранником. Мы получили донос, что назревает драка. Жестокая резня между Саут-Сайдом и арийцами. Напряжение между ними было хоть ножом режь, и на третий день мы и сами поняли, что скоро произойдет что-то ужасное. Зеки собрались во дворе, косились друг на друга, потихоньку сходились, пока главари обеих банд не оказались нос к носу. А посреди всего этого стоял Фэрроу. Мы сильно удивились.

— Почему? — поинтересовалась я, хотя сама чувствовала, что мои глаза от удивления вот-вот на лоб полезут.

— Потому что он не принадлежал ни к одной группировке. Это редкость, но иногда случается. Заключенные редко действуют в одиночку. А с ним все именно так и было. Причем весьма успешно.

— Итак, он посреди драки…

Даже зная, что после этого с Рейесом ничего не случилось, я все равно не могла унять бешеный ритм сердца.

— Прямо в эпицентре. Мы глазам своим не верили. И вдруг люди стали падать. Фэрроу шел сквозь толпу заключенных, а они падали на землю. Без сознания. — Нил замолчал, погрузившись в мысли.

— Дальше-то что? — спросила я в благоговейном ужасе.

— Добравшись до главарей, Фэрроу стал с ними говорить. Большинство оставшихся уже отступили. На одних лицах было изумление, на других — страх. Главари осмотрелись, увидели, что произошло. Парень из Саут-Сайда поднял руки и свалил. А главарь арийцев пришел в ярость. Может быть, подумал, что Фэрроу предает свою расу или еще что.

— Они такие чувствительные на этот счет.

Нил кивнул:

— Ариец врезал Фэрроу по лицу и стал на него орать. А потом — никто ничего даже понять не успел — рухнул на землю.

Я взвилась с места и уперлась ладонями в стол.

— И что же сделал Рейес?

— Сначала мы не знали, — Нил взглянул на меня снизу вверх, — а потом, просмотрев записи камер наблюдений, поняли: он к ним прикасался, Чарли. Идя сквозь толпу, он просто трогал каждого за плечо. И все падали, как мухи.

Наверное, я стояла с отвисшей челюстью дольше, чем было надо.

— Ворвались охранники с оружием, всех обыскали и посадили в изолятор. — Нил покачал головой, предаваясь воспоминаниям. — Кто знает, сколько в тот день было спасено жизней. Включая мою.

Я снова удивилась:

— А твоя-то причем?

Пару секунд он изучал свои руки, затем ответил:

— Я не такой смелый, каким притворяюсь, Чарли. Арийцы пообещали прийти за мной. Одному из них я перешел дорогу, посадив в одиночку за то, что он швырнул поднос в другого заключенного. — Нил тяжело посмотрел на меня. — Я знаю, что из той заварухи живым бы не выбрался. Мне было до чертиков страшно.

— Здесь нечего стыдиться, Нил, — пожурила я его, не забыв приложить к словам и соответствующий взгляд, а потом озвучила очевидное: — Значит, он спас и твою жизнь.

- И я хочу ответить ему тем же.

— Позволь мне кое о чем спросить. — Подозрение сверлило мне мозг. Лучший друг Рейеса со школьных времен сидел с ним в одной камере. — Сокамерник Рейеса, Амадор Санчес, случайно не был членом Саут-Сайда?

Нил задумался.

— Кажется, да. Был.

Интересно, не потому ли вмешался Рейес?

— Думаю, Фэрроу в любом случае остановил бы драку, — проговорил Нил, словно прочитав мои мысли.

— С чего ты так решил?

— Когда мы ворвались во двор, я направился прямиком к нему. Чтобы удостовериться, что больше никто не пройдет мимо него. С одной стороны, потому что не хотел, чтобы ему причинили вред, а с другой, потому что уже немного знал, на что он способен. И мне не хотелось, чтобы пострадал кто-нибудь из моих сослуживцев. Я приказал ему лечь на землю и присел рядом с ним, когда тактическая группа распространила по двору слезоточивый газ. На мне был противогаз, но я наклонился к нему… я должен был знать…

— Что знать?

— Я спросил, почему он остановил драку.

— Что он ответил?

— Поначалу отнекивался. Сказал, что не знает, о чем я говорю. Потом вообще отказался отвечать. Может быть, из-за газа.

— А потом?

— Когда мы сопроводили людей в изолятор, он словно поджидал, когда придет его очередь на обыск, наклонился ко мне и сказал, что за тысячи лет службы видел достаточно войн.

Точно зная, что имел в виду Рейес, я тяжело вздохнула.

Нил окинул меня любопытным взглядом.

— Что он имел в виду? Ни в какой войне он участвовать не мог. Полагаю, на этот вопрос можешь ответить ты. — Он переплел пальцы. — Твоя очередь.

Ладно, я должна быть с ним честной, но выложить все подчистую не могу.

— Не знаю, как сказать, — нерешительно начала я, — но Рейес однозначно видел войну собственными глазами. Множество войн. — Я покосилась на Нила, пытаясь понять его реакцию. — Много веков он был полководцем. Только руководил армией не из этого мира.

— Он пришелец?! — Нил едва не орал.

— Нет, — сказала я, давясь смехом. — Ничего подобного. Я не могу рассказать тебе всего… Просто он сверхъестественное существо.

— Ну все. — Нил встал из-за стола. — Ты идешь в одиночку.

Он схватил меня за руку и поднял со стула, хотя, надо признать, осторожно.

— Ты чего? Я же тебе все дерьмо вываливаю!

— Нет, это дерьмо ты мне уже вывалила. Мне нужно новенькое, свеженькое дерьмо с дымком. А ты жульничаешь.

— Ничего подобного. Я…

— Знаешь, скольким людям я рассказывал эту историю? — Он наклонился, понизил голос до резкого шепота, будто кто-то мог услышать. — Представляешь, каким бредом это звучит?

Мы двигались к двери.