Данияр Сугралинов – Явная угроза (страница 56)
Окрестности утонули в реве, завоняло жженым мясом, донесся лязг металла, хлопки. Ояма взмыл в небеса, чтобы наблюдать за сражением сверху.
Поле боя напоминало око дракона, радужка состояла из демонов, черный расширенный от ужаса зрачок — легатов и нежить. Окутанный дымом зрачок сужался, победа была делом времени. Легаты взрывались вспышками мертвого света, но урон демоны получали небольшой. Те, кто особо пострадал, уходили в тыл, их сменяли свежие силы.
Войска союзников заколыхались, задвигались и потекли к легатам, за ними устремились смертные, но подключать своих Ояма не спешил.
Сообразив, что им не выиграть, легаты всеми силами ударили в одно место и прорвали оцепление, устремившись к Видерлиху. Прислужников оставалось немного, но они, усиливаясь за счет гибели своих, успешно выполняли главную функцию — связывали демонов боем.
Влившиеся в ряды демонов неумирающие внесли свой посильный вклад: заискрили всеми цветами кастуемые заклинания. Ояма приблизил картинку: отчаянный гном из клана Скифа, лавируя между демонами на танке, затаился у подножия холма и дал залп по
Гном уцелел, вылез наружу и, прихрамывая, побежал прочь.
— Да что ж вы все… — бормотал он. — Помогите… На помо…
Поганище настигло его, наступило, оставив лепешку, а после здоровенный демон, скалясь, разрубил прислужника напополам гигантской секирой.
— Вот теперь — пора, — скомандовал Ояма.
Бахиро издал радостный клич и первым рванул на врага.
Ояма, зависнув в воздухе в высоком прыжке, ускорил собственный временной поток и первым делом убедился, что его способность принимать на себя урон по близким коснулась каждого соплеменника. Скиф получил нечто подобное, ступив на Путь пожертвования, однако талант Оямы имел другую природу —
Убедившись, что все односельчане в связке и никто не упущен, Ояма перевел взгляд на склон горы, где кипел бой. Семь легатов Чумного мора, прорвав оцепление демонов, ускользнули бы, не подключись генералы Преисподней.
Каждого Ояма если и не знал лично, то хотя бы слышал о них в те древние времена, когда имена Молоха и Улцибера, генералов победоносных легионов Андары, гремели на весь Дисгардиум. Астарот до причастия к Хаосу был примерно на уровне Авада — легатом, зато его генерал Люций прославился не только ратными подвигами, но и тем, что стал последним наместником. Власть в Андаре не передавалась по наследству, а избиралась голосованием и утверждалась владыками.
И вот сейчас великие Молох, Улцибер, Астарот и чертов Аваддон, поняв, что их легионеры не поспевают за беглецами, в мгновение ока перенеслись к легатам Чумного мора. Повелители нежити, выглядевшие муравьями под ногами демонов, застыли спиной к спине и что-то ожесточенно друг другу кричали. Сфокусировавшись на них, Ояма на пару секунд вышел из убыстрения.
— …полный призыв! — завопил эльф-нежить. — Нельзя умирать, я только что получил статус!
— Я тоже! — одновременно крикнули еще двое.
— И я! Надо делать полный призыв!
— И потерять мобильность? Отбой! — рявкнул медведь-нежить. — Бережем ульты, Ядро уже призывает нас! Прикрою отход!
Семерку легатов накрыло силовым куполом, а под их ногами по поплывшей земле расползлись ядовито-зеленые прожилки, которые корнями вросли в подошвы.
Купол, выставленный друидом, выдержал лишь один удар Молоха, но легатам хватило времени, чтобы уйти: в пару мгновений они словно расплавились, растеклись булькающей лужей такого же ядовитого цвета и всочились в землю у копыт Аваддона. Единый удар четырех генералов — и несколько запоздалых атак подключившихся демонов ушли в никуда. На склоне горы не осталось ни единого представителя Чумного мора. Почти…
— Ушли! — раздосадовано взревел Аваддон и от души дал пинка единственному оставшемуся поганищу, отчего в воздухе повисла взвесь гноя.
Отправив скаутов к Видерлиху, генералы Преисподней, а также предводители неумирающих — император Крагош, Лисента, Первая среди дриад, и тролль Декотра, лидер последователей Морены — устроили военный совет. Однако единомыслием здесь и не пахло, хотя и генералы уменьшились до размеров титанов, и Ярый призывал всех к спокойствию.
— Я был таким же орком, как ты, император! — втолковывал Аваддон Крагошу, а тот стоял с непроницаемым лицом и лишь издавал приглушенное рычание. — Мы на одной стороне!
— Орк, предавший заветы предков, не орк! — ревел император.
— Да сами справимся, без смертных, — рокотнул Молох. — Приказ Скифа не допускает толкований — разбить орду нежити, что мы уже сделали, и сравнять с землей ее город.
— Сколько там до него? — решил уточнить Астарот. — Тридцать верст?
— Примерно, — ответил Ярый и покачал головой. — Но сравнять не получится. Это подземный город, если вы понимаете, о чем я.
— Вырождаются смертные, — притворно вздохнул Улцибер. — Слишком много значения придают хитросплетениям слов. Не сравняем с землей, так превратим в пылающий котлован!
Аваддон же поднял голову, посмотрел туда, где чуть выше на склоне сидел, слушая их, Ояма, и спросил, вроде бы ни к кому конкретному не обращаясь:
— Интересно, что бы сказал мудрый Масу Ояма?
Подумав, упомянутый Ояма решил поучаствовать в совещании и позволил себя увидеть, мягко опустившись на ноги между Крагошом и маленьким седовласым гномом по имени Хинтерлист. Заговорил он, глядя прямо в глаза Аваддона, горящие жерлами вулкана:
— Скажу прямо. Неумирающие и смертные, которых я здесь вижу, слишком слабы. Демонам хватает силы, но не хватает ума правильно ее использовать.
— Мудрость так и плещет, — проворчал Молох.
Повисшую тишину нарушило хмыканье орка Хорваца:
— Внесу маленькую ремарку, великий Ояма. Мы, может, и слабы, но не намного слабее нежити. Ту пару сотен уровней разницы между нами и легатами мы компенсируем божественными артефактами и свитками могущественной магии…
— Заткнись! — раздраженным рыком перебил его Аваддон. — Впредь это касается всех неумирающих, кроме человека Ярого, назначенного главным, закройте свои рты и не открывайте, пока не дадут слова!
— Да гоните их прочь! — лениво проговорил Молох. — Никого из них я бы не взял даже в когорту «свежего мяса»! А тут, гляди-ка ты, осмеливаются стоять рядом с высшими и чего-то вякать!
Всех неумирающих, кроме Ярого, словно корова языком слизнула. Произошло это так быстро, что только Ояма заметил, кто это сделал — Астарот. Выкинув щупальца-крюки, он мгновенно поддел каждого лишнего и забросил обратно в ущелье с порталом. От такой быстрой расправы Крагош, Лисента и Декотра, решившие, что неумирающих не изгнали, а уничтожили, потеряли дар речи и в дальнейшем обсуждении не участвовали.
— Что там насчет тупых демонов, Ловчила? — словно ничего не произошло, напомнил Аваддон.
Остальные генералы смерили Ояму взглядами, попробовали прощупать разум, но тщетно.
— Барьер, в который вы уперлись, — ответил тот. — Новый бог Кими, покровитель одного из легатов, выставил его.
— Ты приложил руку к ослаблению барьера?
— Кими держал бы его сколь угодно долго, если бы я не рассек его энергетические каналы в Астрале, — кивнул Ояма. — И, судя по тому, что я видел в ореолах остальных легатов Чумного мора, за каждым из них стоит Новый бог-покровитель.
Аваддон первым понял, к чему клонит бывший друг:
— Это все усложняет. Даже великие князья избегали прямых столкновений с Новыми…
— Причем тогда, когда те были слабее, — добавил Ояма. — Сейчас же их будет сразу семь, а то и девять, ведь именно столько легатов у…
— Их будет семь, — вмешался Ярый, взгляд его остекленел. — Только что от Скифа и его соратника Хеллфиша поступила информация — один легат ушел в другой мир и не вернется до завтра, другой окончательно развоплощен, так как… — Глаза его распахнулись от удивления. — Так как был «угрозой» и изгнан Скифом! А это значит, что и другие легаты — «угрозы»!
Пожав могучими плечами, защищенными шипованными наплечниками, Молох прогрохотал:
— Небесный арбитраж продолжает играть в равновесие? Неважно. Приказ призвавшего нас бывшего демоноборца есть приказ. Да и потом, разве кто из нас откажется померяться силой с Новыми богами? Чего терять время, идем на Видерлих?
Другие генералы его поддержали, и даже Крагош рыкнул что-то одобрительно. Аваддон же пристально посмотрел Ояме в глаза и протянул ему руку:
— Спасибо. Предлагаю на время забыть былые разногласия и сделать то, чего от нас ждет паренек.
— Скиф? — Лицо Оямы посветлело, морщинки разгладились. — Мой ученик?
— Ну да, кто же еще? Мой первый инстига и лидер Летучего отряда! Эх, знал бы ты, какой он был неудержимый в битвах легионов! Сам князь Белиал дал ему…
— Плевать мне, что ему дал демонический бог, — отмахнулся Ояма. — Но ты прав, забудем о разногласиях… на время.
— Отлично! — Аваддон широко улыбнулся, обдав его жаром. — Ну что, Масу, подеремся, как в старые добрые времена? Плечом к плечу?
Ояма кивнул и ответил на рукопожатие. Ответил так, что чуть не раздробил лапу демона, и Аваддон едва заметно поморщился.