Данияр Сугралинов – Инициал Спящих (страница 39)
В поле зрения проявился таймер, отсчитывающий последние тридцать секунд до срабатывания
Я достал лук. Натянул тетиву, ощущая, как материализуется стрела, влил тысячу единиц
Выстрел превзошел все ожидания: эпический щит, до того изрядно потерявший в
Подняться я ему не дал, окончательно разбив шлем сильными ударами и парой
–
Таймер проклятия тикнул, снимая с Терри последний процент жизни.
Под звучание фанфар над ареной закружилась надпись: «Скиф победил Терри! Скиф – чемпион турнира «Буйной фляги»!»
Что тут началось! Восхищенного Ташота перебивали визжащие девчонки, кто-то бранился, оплакивая проигранное, кто-то сыпал проклятиями в адрес «лузера» Терри, что-то возбужденно кричал мастер Сагда… Я помог воину подняться, и, в отличие от Плазмы, он пожал мне руку:
– Слава богу, эпик восстановился, – сказал он, подбирая щит. Смахнув с лица кровь, Терри оскалился. – Я смотрел то видео с Утесом. Ты натурально задрот, Скиф! Так прокачать безоружку… Тебя любой клан в открытом мире сразу в основу на зарплату затащит!
– Не ожидал, что ты серьезно будешь сопротивляться, – сказал я. – Плазма говорила, что все решено и ты сольешь ей турнир. Мол, серьезные люди…
– Кто? Плазма? Деньги тебе предлагала? Да она знатная разводила, слушай ее больше! – воскликнул Терри. – Она так прошлый полуфинал типа выиграла. Понятно, никаких денег тому лоху никто за слив не заплатил.
– Думал, вы с ней договорились, – сказал я, вспомнив, как они разговаривали перед финалом.
– А, да. Она предлагала мне слить бой, решив ставить на тебя, чтобы отбить проигранное.
– А ты?
– Я отказался, и она побежала ставить на меня. Вот же не повезло дурочке, да?
– Так ты тоже ставил перед финалом, я видел…
– Скиф, я в порядке, не парься. – Он приобнял меня за плечи и повел с арены. – Я поставил сотню на свой проигрыш, так что был бы в плюсе при любом исходе. Ладно, идем внутрь, сейчас будет награждение.
Зрители возвращались в таверну, а у барьера остались только Ташот, Сагда, Мэнни с Трикси и мои девчонки. Принимая поздравления, я ощутил цепкий взгляд наставника безоружного боя. Он кивнул, хапнул меня за голову, уперся лбом в лоб и тихо проговорил:
– Завтра в восемь утра возле моей школы. В тебе есть потенциал, парень.
Интерлюдия 1. Беллами
Комната для чрезвычайных совещаний по особым проектам Беллами Дрейку никогда не нравилась. Настоящая нора в подземном бункере безо всякой связи. Непроницаемые для любых излучений и волн стены капсулировали, казалось, не только пространство, но и время. Такой клаустрофоб, как Беллами, мог бы согласиться посовещаться в этом бункере раз в год, но только за очень большие деньги. Причем всего минут десять. И то не факт.
Но должность обязывала. В последнее время проекты «Пилигрим» и «HCMO[1] – Калийское дно» стали пересекаться, и подобные встречи проходили все чаще. Предыдущая была месяц назад, и вот снова – то, что нельзя озвучивать в самом надежном виртуальном мире, в отдельном рабочем пространстве сотрудников компании, обсуждалось в реале. В настоящем бункере на глубине в три тысячи метров.
Глава проекта «Пилигрим», вечно молодой Киран Джексон, человек с индийскими корнями и собственным островом в Тихом океане, работал в «Сноусторме» так долго, что из присутствующих никто не мог похвастаться б
Оба руководителя сейчас угрюмо переглядывались, слушая доклад ответственного за проект «Пилигрим».
– Как видите, дальнейшее развитие темы HCMO не представляет для нас интереса, – подвел итоги докладчик.
– Какова максимальная продолжительность игровой сессии контрольных образцов? – осведомился Джексон.
– Двадцать один час, Киран, – ответил докладчик. Джексон требовал, чтобы сотрудники обращались к нему по имени. – У всех испытуемых капсулы негражданского образца с урезанным функционалом. Поддержка жизнеобеспечения в них отсутствует.
– Отобрать десять наиболее успешных испытуемых. – Киран рублеными фразами говорил куда-то в пустоту. – Обеспечить их капсулами с жизнеобеспечением. Мягко порекомендовать постепенно увеличивать продолжительность игровых сессий, начиная с двадцати четырех часов, с шагом на шесть. Фиксировать все отклонения в бытовом и игровом поведении, отслеживать малейшие изменения в структуре головного мозга.
– Что с остальными? – поинтересовался Говатски.
– Зачистить, – отмахнулся Киран, недовольный тем, что приходится разъяснять простейшие вещи. – Инсульт, инфаркт, организуйте им что-нибудь. Трагические случаи в капсулах неграждан происходят каждый день.
– Принято, – кивнул Питер.
– Ладно, по HCMO на сегодня закончим. Или есть еще какие-то вопросы по Калийскому проекту?
– Нет, Киран, все понятно, – отозвался Питер.
Беллами подумал, что идея отдавать неигровых персонажей в управление людям – затея глупая. Но она была тесно связана с его «Пилигримом», и в успехе он был заинтересован не меньше самого Говатски. Дождавшись, пока предыдущий докладчик освободит место, он собрался духом и вышел на всеобщее обозрение.
– Белл, прошу, – кивнул Киран.
– Коллеги, я сразу к делу, – прочистив горло, начал Беллами. – Как вы знаете, помимо моей основной деятельности в проекте «Пилигрим», я также руковожу департаментом «угроз». Так сложилось исторически, я был одним из инициаторов этого направления и продолжаю за ним наблюдать. Как вам известно, объект «Патрик» – единственный относительно успешный опыт переноса человеческого сознания в Дисгардиум. Патрик О’Грейди, инвалид Третьей мировой войны, судимый за массовое убийство – для тех, кто не в курсе, он расстрелял собственную невесту и друзей за день до свадьбы, – был приговорен к смертной казни. Его перевели к нам в тюрьму для исполнения приговора. Три года назад нам удалось полностью перенести его сознание в неигрового персонажа Патрика О’Грейди, созданного нами за год до эксперимента. Реальное тело при этом подверглось ЭВС – эффекту внезапной смерти, причем без каких-либо нарушений в жизнедеятельности организма. Разум испытуемого перенесся в виртуальный мир, а тело погибло: мозг перестал подавать признаки активности, сердце остановилось. Это стало отдельной темой наших исследований…
– Белл, – прервал его Киран. – Ближе к делу.
– О’кей, – согласился Дрейк. – Все мы помним, как праздновали первый успех. Нам казалось, что осталось повторить все сопутствующие условия, и – готово! Перенос можно ставить на поток, решая проблему перенаселения и осуществляя первый этап проекта «Пилигрим». Но радовались мы рано, ни с одним из последующих образцов повторить перенос не удалось. Более того, и поведение оцифровавшегося Патрика не поддавалось рациональному объяснению. Тщательно подготовленная легенда – история его персонажа – посыпалась, он сохранил отрывочные фрагменты памяти из прошлой жизни. Его разум отторг навязанные воспоминания и по сей день путает реальные события из земной жизни с фальшивыми. В какой-то момент мы уже поставили было на нем крест, решив изолировать, но кое-что изменилось.
– Что именно? – спросил кто-то из команды Говатски.
Беллами по привычке, забыв, что он в реале, всмотрелся в профиль над головой задавшего вопрос, перевел взгляд на бейдж: «Макс Колесников».
– Я уже упоминал, что курирую департамент «угроз», Макс? – Он обращался к Колесникову, но, рассказывая, постепенно обводил взглядом всю аудиторию. – Эта саморегулируемая система создана специально и убивает несколько зайцев. Во-первых, выводит из мира дисбалансных игроков, а таковые всегда будут, ведь все предусмотреть невозможно. Во-вторых, и это маркетинговая фишка, наличие «угроз» дает обычным игрокам будоражащий кровь геймплей и элемент неожиданности. В-третьих, то, о чем мы не говорим. Ярлык «угроза миру» навешивают от начала двадцатого века. Коммунизм, ядерная война, исламские террористы, наркокартели, глобальное потепление, бунт машин, лунные повстанцы, перенаселение – благодаря всему этому человечество обучается объединяться перед лицом общей угрозы. После глобализации мира людям нужны новые угрозы, чтобы сохранять единство и оставаться управляемой толпой. Теперь реальные угрозы сменились надуманными из Дисгардиума. Но недавно в Дисе обнаружилось нечто новое – вполне существенная, настоящая опасность. Не созданная намеренно.
– Белл, спасибо за отступление, но давай ближе к делу, – сказал Киран.
– Уже, – кивнул Беллами. – Все слышали, что в Дисе появилась угроза с потенциалом А-класса? Именно Патрик, как оказалось, инициировал цепочку крайне маловероятных событий. Во время помутнения рассудка он исчез из города привязки и забрел в зону, недоступную обычным игрокам. Неписи туда не суются, они просто не замечают этот район. На краю локации – она называется Болотина – есть лагерь неписей, дающих квесты на местных монстров, но уже в десяти километрах оттуда начинается «слепая» зона. Игрокам туда не добраться – их засасывает трясина, а если они используют