Данияр Сугралинов – Двадцать два несчастья. Том 8 (страница 23)
Потом шли комментарии совсем уже неадекватные: кто-то требовал засудить Александру Ивановну, кто-то предлагал организовать сбор денег на памятник доктору прямо в центре Морков, а один деятель и вовсе написал, что видел похожего мужика в программе «Пусть говорят».
Я закрыл комментарии, не дочитав, и задумался.
Это какой-то северный пушной зверек, если уж на то пошло. Ладно бы еще это был стрим Лейлы, но ведь нет!
Изрядно взбудораженный, я забегал по комнате и начал лихорадочно размышлять, на руку ли мне этот взрыв популярности или нет. Интуиция твердила, что есть во всем это какой-то неучтенный мною подвох. Может это все дело вылезти боком и жахнуть так, что мама не горюй.
Но толком подумать не успел, потому что мне позвонил Стас.
— Сергей Николаевич! — Голос участкового из Чукши звенел от возбуждения. — Тут такое дело. Мне из Йошкар-Олы звонили, из республиканской газеты. И еще какой-то канал из Москвы, я только название не запомнил, но спрашивали ваш телефон. Я не дал, однако они сказали, что все равно найдут.
— Погоди, Стас, не части. О чем речь вообще?
— Так видео с вами завирусилось, Сергей Николаевич! — аж затрепетал он. — То, которое Пашка записал на собрании в администрации. Это, наверное, из-за того, что вы с Лейлой Хусаиновой дружите! Вы в курсе, что у вас шестьсот тысяч просмотров уже?
— Только что узнал.
— Так вот, они хотят комментарий и почему-то все звонят мне. И интервью еще хотят, так-то! Журналистка, надо сказать, настырная: я ей говорю — он в отъезде, а она мне: мы приедем, подождем. Говорят, удивительный случай, обычно врачей и докторов хают, а тут прям весь район стеной за вас!
Ирония судьбы прям. Мне завтра лететь в Москву, а столичные журналисты собрались ехать в Морки.
— Стас, скажи им, что никаких комментариев. Если будут звонить — я в командировке. Вернусь, тогда и поговорим. А пока мне некогда.
— Но Сергей Николаевич! — взмолился участковый. — Ну вы им сами скажите, а? Мне неудобно! Могу я ваш номер им дать?
— Нет! — отрезал я и отключился.
Не прошло и полминуты, как экран снова засветился, только теперь звонил Наиль.
— Слышали уже, Сергей Николаевич? — спросил он вместо приветствия.
— Про то видео?
— Угу.
— С ним какие-то проблемы?
— Не знаю, — хмыкнул юрист. — Но пару вещей знаю точно, потому что из рабочего чата Девятой городской больницы меня еще не удалили, а там видео обсуждают вовсю. И Харитонов тоже там сидит, а он вдруг заинтересовался вашим новым местом работы.
— Думаешь, попробует подгадить? — спросил я, чувствуя холодок по спине.
— Наверняка. После того суда он чувствует себя как оплеванный. Да и Мельник, говорят, уже связывался с кем-то в Йошкар-Оле. Может, пробивает по вам?
— Понятно. А что второе? Ты сказал «пару вещей».
— А, ну второе мои домыслы, но… — Наиль помолчал, формулируя мысли. — В общем, в комментариях пишут, что в минздраве Марий Эл зашевелились и запросили информацию по моркинской ЦРБ. Кто, что, какие кадровые решения за последние полгода. Пока это не проверка, но… — Наиль помолчал. — Может, это вообще не про вас, а может… Просто понимаете, Сергей Николаевич, наверху не любят народных героев без разрешения.
— Ты это сейчас сам придумал?
— Это еще мой дед говорил, я запомнил. Красиво звучит, да? Еще Ева Александровна прислала двенадцать новых вопросов, но они вас не касаются, там по юридической части и хозяйственной. Я буду выяснять в местной администрации, что к чему. У меня от ее вопросов уже нервный тик на левом глазу.
— Отвечай Еве по существу и максимально развернуто, остальное подождет. Как вернусь — все обсудим.
— Ладно. Но тут вот что, Сергей Николаевич. Во сколько у вас рейс в Москву?
— В семь десять, а что?
— Я сегодня возвращаюсь в Казань, по делам ООО. Давайте я завтра в аэропорт приеду, нужно с вами по документам пройтись. И подписать там нужно.
— Хорошо, Наиль, — не стал я допытываться.
Повесил трубку и решил, что подумаю обо всем этом позже. И так полдня потерял, а еще нужно забежать с гостинцами к Танюхе, съездить к родителям Сереги и успеть на свидание с Аней. С ней я созвонился еще по пути в Казань, но конкретного плана мы так и не составили — договорились, что она сама что-нибудь придумает.
И вот теперь, набирая ее номер, я ожидал чего угодно: ресторана, кино, прогулки по набережной, — но не того, что услышал.
— Сережа, я тут подумала… Сегодня понедельник, а по понедельникам у Азы Ахметовны… это вдова одного театрального режиссера, у нее свой салон, в общем, все там у нее собираются. Такой, знаешь, не совсем домашний вечер, скорее богемное суаре местечкового разлива, там будут артисты, художники, музыканты… В общем, я хочу тебя туда сводить.