Данияр Сугралинов – Двадцать два несчастья. Том 8 (страница 25)

Пока я разглагольствовал, Танюха открыла холодильник, доставая молоко, и я невольно заглянул внутрь. На полках стояли яйца, пачка сливочного масла, контейнер с гречкой, кефир, сыр, помидоры и зелень. Совсем не тот холодильник, который я видел совсем недавно, когда там обитали пельмени, сосиски и литровая бутылка майонеза.

— Что ты смотришь? — спросила она подозрительно.

— Смотрю и радуюсь. Кефир, помидоры, зелень, яйца. Все правильное. Кефир, к примеру, полезнейший ферментированный молочный продукт, по нему накопились работы по микрофлоре и обмену веществ. Помидоры, особенно тушеные, дают ликопин, который усваивается именно после тепловой обработки. Яйца — отличный источник не только чистейшего легкоусвояемого белка, но и холина, особенно желток.

— И на фига этот холин мне нужен? И так жопа жирная, аж на коленях висит.

— Ничего там у тебя не висит, не выдумывай. Он очень важен для памяти, внимания, передачи нервных сигналов. Еще он помогает предотвращать накопление жира в печени, а главное, холин поддерживает целостность клеток.

— Так, погоди, — она выставила палец и наморщила лоб, — я хочу нормальный список. Что покупать, чтобы без всей этой дорогой импортной ерунды, типа чиа, и чтобы реально помогало. Степка, дай-ка сюда листок.

Степка, не отрываясь от телефона, протянул назад свой альбом для рисования. Танюха вырвала последний лист и шлепнула его на стол рядом с ручкой.

— Диктуй.

— Не список нужен, а принцип, — поучительным тоном сказал я. — Ешь все разноцветное. Ягоды, рыбу, овощи, орехи, бобовые, крупы из цельного зерна, немного оливкового масла. Это называется средиземноморский тип питания, по нему доказательная база такая, что даже студентам-медикам на первом курсе рассказывают.

— Разноцветное типа, угу. Блин, Серега, мне бы конкретику. А то колбаса тоже разноцветная, а ты ее забанил.

— И майонез разноцветный бывает, и гамбургеры, — поддакнул Степка, а Танюха хохотнула.

Я выдохнул, забрал у нее ручку и начал писать, комментируя вслух:

— Ладно, ребятишки. Давайте тогда по порядку. Жирная рыба. Скумбрия, сардины, горбуша, селедка — два–три раза в неделю. Там омега-три, EPA и DHA, которые снижают риск сердечных проблем. По ним столько исследований, что можно обои клеить.

— Скумбрию я ем, — сказала она с гордостью. — Степка не любит, но когда горбушу запекаю, то нормально хавает. Как ты советовал, еще делаю ему рыбные котлетки, типа наггетсы, он их капец трескает.

— Да, — хвастливо подтвердил Степка.

— Молодец. Дальше — шпинат, брокколи и вообще зелень с крестоцветными: цветная и белокочанная капуста. Шпинат — один из самых питательных продуктов по плотности микроэлементов на калорию. Брокколи не вари до каши, чуть обжарь с чесноком минуты три, чтобы хрустела.

— Брокколи я до сих пор не полюбила, — призналась Танюха, наливая мне чай. — Но ем. Через силу.

— Чеснок, кстати, тоже в деле. По нему показано снижение давления и холестерина, два–три зубчика в день желательно.

— Чеснок типа ем, — она хмыкнула. — Правда, от меня потом клиенты шарахаются. Так что не часто.

— Ну и пусть шарахаются, здоровье дороже. Потом — орехи. Грецкие в первую очередь, по ним сильнейшая база по сердцу и сосудам. Горсть в день, граммов тридцать. Только сырые, не соленые. А вообще, все полезно, и кедровые, и лесные, и макадамиа. Миндаль тоже годится, — я посмотрел на Степку, — и для него полезно. С его непереносимостью лактозы миндаль хороший источник кальция.

— О. — Танюха округлила глаза. — Я и не думала. Будешь теперь есть миндаль, Степка.

Степка вздохнул, но от комментария воздержался.

— Давай дальше. Бобовые. Чечевица, горох, нут, фасоль. Клетчатка, магний, длинное насыщение. Не толстеют от них, а наедаются, и это принципиальная разница.

— Зоя мне говорила, что от фасоли жопа конкретно растет и целлюлит.

— Зоя путает фасоль с пирожками. Фасоль и бобы вообще очень полезны. Ничего там от них не растет. А целлюлит не от этого.

Степка хихикнул, не отрываясь от экрана. Танюха бросила в него полотенцем, но он увернулся и показал язык. Я взял второе полотенце и тоже бросил. От неожиданности Степка не успел среагировать и получил полотенцем в лоб. Танюха заржала и показала ему язык. Степка возмущенно посмотрел на нее, на меня, затем не выдержал, и тоже заржал.

— Семена льна, — продолжил просвещать я народ, записывая. — По ним показано улучшение давления и липидного профиля, небольшой, но стабильный эффект. Можно в ту же овсянку, как ты со шротом делаешь. Оливковое масло нерафинированное, экстра верджн, в салаты. Основа средиземноморского питания, убедительные обзоры по сосудам и воспалению. Но ты и так уже на нем сидишь, да?

Я покрутил головой, но не увидел оливкового масла.

— В шкафу, — вздохнула она. — Не веришь мне, что ли? В темноте держу, чтобы не окисливалось типа, сам же говорил.

— Умница. Столовой ложки в день хватит. Литрами его пить не надо. Потом куркума, по ней показано снижение маркеров воспаления, но она почти не усваивается без черного перца. Запомни это правило хорошенько. Щепотка перца с куркумой обязательна.

Танюха кивнула, мол, запомнила, затем помешала кашу, попробовала с ложки и поморщилась — видимо, пересолила или недосолила.

— А шоколад? — спросила она с надеждой, добавила немного соли в кашу и еще раз попробовала. — Скажи, что шоколад можно. Мне это для морального духа. Ты же говорил, что черный можно?

— Ну да, только не черный, а темный, от семидесяти процентов какао. Какао-флаванолы улучшают сосудистые показатели. — И улыбнувшись, припечатал: — Граммов двадцать в день.

— Двадцать граммов, — произнесла она скорбно. — Это два квадратика.

— Ну извини. Мы сейчас про пользу, Тань.

— А свекла? — спросил вдруг Степка, оторвавшись от телефона. — Нас в школе спрашивали, какой овощ самый полезный.

— Свекла очень хороша, — ответил я ему. — В ней есть полезные нитраты, они в организме превращаются в оксид азота, а тот расширяет сосуды и помогает снизить давление. Тоже своего рода суперфуд, да. Я потому борщ и люблю. И винегрет.

— Прикольно, — сказал Степка и вернулся к телефону, очевидно, исчерпав свой интерес к диетологии. Хотя по оттопыренному уху было видно, что слушает.

Я дописал список и подвинул листок к Танюхе. Она взяла, пробежала глазами и нахмурилась.

— Подожди. Тут ни спирулины, ни годжи, ни асаи, ни чиа. Вообще ничего из того, что Зойка рекламирует.

— Потому что все это маркетинг. Да, не вредно и слегка полезно, однако и близко не превосходит чернику с грецкими орехами, а стоит в разы дороже. За деньги, которые ты потратила на чиа, купила бы лучше килограмм шпината и получила вдвое больше пользы. Но раз уж купила, доедай свой чиа. Можно перемалывать с семенами льна и добавлять в супы, в фарш, в кефир или каши. Будет действительно вполне полезно.

Танюха посмотрела на свой пакетик чиа, потом на мой листок, потом снова на пакетик. Вздохнула, поморщилась и зашвырнула его на верхнюю полку.

— Ладно, Зойке скажу завтра, что к чему. Но она типа обидится.

— Зойка переживет. Тань, суть простая: не отдельные продукты творят чудеса, а общий рацион. Рыба, ягоды, овощи, орехи, бобовые, цельные крупы. Зеленый чай, кефир, морковь, апельсины. Имбирь помогает при тошноте и снижает воспаление. Авокадо улучшает холестериновый профиль. Морские водоросли ценны по йоду, но осторожно, если переборщить, навредишь щитовидке. Кроме того, где йод, там и ртуть может быть. Так что надо смотреть, кто производитель.

— Все-все-все. — Она выставила ладони. — Хватит. Я уже записала. Разноцветное, рыба, орехи, бобовые, овсянка, зелень, оливковое масло. Это главное, да?

— Нет, Тань, главное — это база. Помнишь ее?

— Сон, ходьба, не жрать на ночь. Типа того?

— Типа того, — улыбнулся я.

Танюха выключила плиту, разложила кашу по тарелкам — трем, включая мою, хотя я не просил — и села напротив. Каша оказалась вкусной: тыква разваренная, нежная, чуть сладковатая, корица в меру. Чиа едва ощущались, мелкие скользкие зерна, ни вкуса, ни запаха, пережить можно.

Я доел кашу и невольно огляделся. У Танюхи на кухне было уютно: свежие занавески, чистая плита, на подоконнике горшок с геранью, которой раньше точно не было. Линолеум, кажется, перестелила — прежний был в трещинах, а этот лежал ровно и пах еще немного новизной. И я вдруг снова подумал о собственной квартире, и мне стало неловко.

— Тань, — сказал я, — у меня к тебе разговор. Деловой.

— Ого, типа деловой, значит? — Она подняла бровь. — Ну давай.

— Мне надо ремонт делать в квартире. Не капитальный, но серьезный: обои содрать, стены подготовить, потолки, полы подновить, мебель частично заменить. Сам я этим заниматься не успеваю, мотаюсь между тремя городами и одной деревней. Ты же клинингом занимаешься, у тебя в этой сфере наверняка есть знакомые люди, бригады. Возьмешься?

Танюха уставилась на меня и даже жевать перестала.

— То есть как — возьмусь? Типа прораб?

— Типа генеральный подрядчик, — уточнил я. — Найти бригаду, выбрать материалы, проконтролировать, чтобы не схалтурили. У тебя глаз наметанный, ты точно заметишь, если что-то не так сделают. Ну и я оплачу, разумеется, и работу, и твое время.

Она прищурилась, и я прямо увидел, как в голове у нее закрутились шестеренки.

— Серег, у меня один из клиентов недавно делал ремонт, и ребята, которые у него работали, остались без заказа. Нормальные, не кидалы. Обои, шпаклевка, ламинат — все умеют. Хочешь, я с ними переговорю, прикину смету?