Данил Вектор – Сибирский мост. Первый звонок (страница 14)

— Они... они не возьмут нас в плен, Марк, — прошептал итальянец. — Ты слышал, что они делали с другими?

— У нас есть выбор? — хрипло спросил Маркус. — У нас никогда не было выбора, — покачал головой Карло. — Мы его продали, когда подписали контракт. А теперь платим. Натурой.

Снаружи повторили предложение. Тот же голос. Тот же тон.

Маркус взвесил «Глок» в руке. Двенадцать патронов. Против пятерых профессионалов, у которых наверняка автоматы, гранаты, связь. Шансов — ноль. Но сдаться... сдаться этой машине...

Он вспомнил лицо того русского старика, метеоролога. Усталое, спокойное. Человеческое. Тот дал им шанс. Жалкий, ничтожный, но шанс. Эти... эти не давали шанса.

— Нет, — тихо сказал он. Не Карло. Самому себе.

Он встал во весь рост, отойдя от окна, и крикнул в закрытую дверь, на ломаном, но громком русском, вспоминая обрывки из прошлых командировок: — Идите на хуй! Поняли?! На хуй!

Тишина снаружи. Потом — короткая, чёткая команда на корейском. И всё завертелось.

Первый выстрел был не из сторожки. Он пришёл сбоку. Снайпер. Пуля прошила гнилую стену в сантиметре от головы Маркуса и вырвала клок пакли с противоположной стороны. Маркус отпрыгнул, упал на пол, сделал два беспорядочных выстрела в сторону окна. Стекло (вернее, плёнка) взорвалось. Ответный огонь пришёл сразу с двух сторон. Короткими очередями, контролируемыми очередями по два-три выстрела. Пули впивались в стены, выбивая куски трухлявой древесины. Сторожка превратилась в решето за секунды.

Карло, стиснув зубы от боли, приподнялся и из своего «Беретты» выпустил весь магазин в дверь. Дерево раскололось. На мгновение стрельба стихла.

Эту паузу использовали. Не для прорыва. Они просто сменили позицию. Маркус услышал лёгкий шипящий звук и увидел, как в проломленную дверь вкатился небольшой цилиндр. Граната. Но не осколочная. Светошумовая.

Он зажмурился, отвернулся, но было поздно. Ослепительная вспышка и оглушительный хлопок вышибли из него всё сознание. Он на секунду погрузился в белый, звенящий вакуум.

Когда зрение вернулось, он увидел, как дверь отлетает от сильного удара, и в проёме появляется первый темный силует. Низкий, собранный, в шлеме с опущенным забралом. Его автомат (Маркус смутно узнал конструкцию — что-то на базе АК, но модернизированное) был направлен прямо на него.

Маркус попытался вскинуть уже пустой «Глок». Его рука двигалась мучительно медленно, как в тяжёлом сне. Кореец не стал ждать. Одна короткая очередь. Три пули в грудь.

Маркус не почувствовал боли. Только сильный толчок и стремительное погружение в темноту. Последнее, что он увидел, — как второй кореец, перешагнув через его тело, двумя точными выстрелами добивает Карло, который даже не успел вскрикнуть.

Бой длился сорок семь секунд. Снаружи командир патруля, не принимавший участия в штурме, посмотрел на часы, сделал пометку в планшете. Потом отдал приказ. Двое солдат вошли в сторожку, быстро обыскали тела, забрали оружие, документы, карту, которую дал Антон. Вынесли наружу.

— Все ликвидированы, товарищ сержант, — доложил один. — Подтверждаю. Двое. Один тяжелораненый, второй — лёгкий огнестрельное, — добавил второй, тот, что стрелял в Маркуса. — Потери? — Нулевые. — Хорошо. Установите заряды. Уничтожьте строение. Не оставлять следов. — Есть.

Солдаты заложили в углы сторожки небольшие пластичные заряды. Отошли. Сержант дал сигнал. Глухой, приглушённый взрыв — не громкий, но плотный — сложил ветхое строение внутрь себя, как карточный домик. Бревна хрустнули, крыша осела. Через минуту на месте сторожки лежала бесформенная груда обломков, быстро покрываемая свежим снегом.

Патруль собрался, проверил снаряжение. Сержант вышел на связь. — «Скала-1», здесь патруль «Тень-4». Задание в квадрате «Чёрный ручей» выполнено. Диверсанты ликвидированы. Укрытие уничтожено. Возвращаемся на базу. Потерь нет. В наушниках раздался короткий, подтверждающий щелчок. Никаких слов.

Они развернулись и ушли в лес тем же беззвучным, механическим шагом, каким пришли. Через пятнадцать минут от их присутствия не осталось ничего, кроме аккуратных следов на снегу, которые скоро замело.

А в полутора километрах от этого места, в своей избушке, Антон Горский, слушая в наушниках эфир, поймал короткую, зашифрованную перебивку. Он не понял слов, но понял тон. Без эмоциональный, отчётливый тон завершённой работы. Он медленно снял наушники, посмотрел в сторону ручья Чёрного. Ни вспышек, ни звуков выстрелов он не видел и не слышал. Только тот же, всё нарастающий гул из-под земли.

Он тяжело вздохнул, подошёл к столу, вычеркнул из своего полевого журнала карандашный пометку: «Двое, ручей Чёрный. Направлены к заимке. Шансы низкие.»

Рядом он написал другое, тоже карандашом, но с сильным нажимом: «Шансов не было. Совсем.»

Потом закрыл журнал, зажёг новую сигарету и уставился в темноту за окном. Счётчик где-то в невидимом штабе щёлкнул, добавив две единицы к колонке «нейтрализовано». Для полковника Пака это была строка в отчёте об эффективности. Для Чжана Вэя — микроскопическая коррекция в логистической модели. Для мира, который ещё спал в неведении, — ничего.

Глава 13. Совещание в ставке

Подземный центр «Обсерватория» был похож не на кабинет министров, а на главный пост управления масштабной инженерной катастрофой. Воздух гудел от низкочастотного гудения серверов и был стерильно-холодным. В центре зала вместо голограммы Земли висел чёрный тетраэдр «Ковчега-2», испещрённый светящимися слоями данных, и рядом с ним — схематичная звёздная карта с тусклой красной точкой, ползущей по вектору к Солнечной системе.

Сергей Михайлович Стрелецкий стоял у пульта, его взгляд скользил не по лицам, а по цифрам на табло: запас ресурсов, готовность сил, потери. Справа, на экране, Чжан Вэй изучал свой терминал. Полковник Пак Чоль сидел с планшетом, его поза была безупречно прямой. Алина Космодемьянская, подключённая к системе кабелем, смотрела на центральную голограмму так, будто пыталась силой воли разгадать её последний секрет.

— Начнём с диагноза, — голос Михалыча прозвучал без преамбул. — Доктор Космодемьянская. Угроза. Только факты, которые влияют на стратегию.

Алина щёлкнула пальцем по планшету. На голограмме всплыла трёхмерная схема. — Объект, условно «Ковчег-2». Не корабль в привычном смысле. Это автономный разведчик-передатчик. Его цель — найти потенциальных союзников в борьбе с цивилизацией-агрессором, условно «Пожиратели». Всё его содержимое — не готовое оружие. Это библиотека физических принципов. Ключевой принцип — управление локальной гравитацией через матрицу на основе квантовой запутанности.

Она вызвала новую схему — сложную решётку из силовых линий. — Технология позволяет создавать стабильные гравитационные коридоры. «Небесный Мост» — не метафора. Это инженерный проект. Кольцевая структура, создающая постоянный восходящий поток. Эффективность вывода грузов на низкую орбиту — рост в 3000% по сравнению с ракетными методами. Стоимость — падение на 95%. Без этого моста мобилизация ресурсов Луны и астероидов невозможна.

— Сроки постройки, — отчеканил Чжан Вэй с экрана. — Двадцать лет, — сказала Алина и, увидев, как сжимаются челюсти у Михалыча, поспешила добавить. — Но. «Ковчег-2» также передал данные по материалам. Мы можем синтезировать композит на основе его обшивки. Прочность выше нашего титана в 80 раз при вдвое меньшем весе. С этим материалом сроки падают. Если дать приоритет всем ресурсам первый испытательный подъём через два года. Полноценный рабочий цикл — пять-семь.

— Переходим к угрозе, — Михалыч жестом остановил возможные вопросы. — Тактические параметры «Пожирателей».

Алина переключила картинку. На звёздной карте красная точка превратилась в схему флота: несколько крупных объектов-маток и рои меньших аппаратов. — По данным архива, их тактика стандартна. Они не ведут манёвренных боёв. Они навязывают свои правила. Флот образует сферическое построение — «Кокон». Внутри него создаётся стабильное гравитационное поле, которое гасит любую внешнюю кинетическую энергию. После этого запускаются терраформеры — нанороботы, которые разбирают планету на атомы за несколько месяцев. Их слабость — само построение. Для поддержания «Кокона» нужна абсолютная стабильность гравитационного фона. Нарушь стабильность — строй рухнет.

— Как нарушить? — спросил Пак Чоль. — Гравитационным резонансом, — ответила Алина. — Если мы создадим серию контролируемых гравитационных возмущений на нужной частоте — это вызовет каскадный сбой. Проект «Вихрь». Для его работы нужна энергия, сравнимая с одновременным подрывом десятка термоядерных зарядов в магнитосфере.

— Стратегия обороны, — Михалыч повернулся к остальным. — Исходные данные: 47 лет. Враг применяет тактику «Кокона». У нас есть технология для создания гравитационного оружия и строительства орбитальной инфраструктуры. Задача — создать систему, способную нанести неприемлемый ущерб. Чжан Вэй, логистический каркас.

На экране Чжан Вэй показал серию графиков. — План «Жатва времени». Он делится на пятилетки. Первая пятилетка: полная переориентация промышленности ВОП. Приоритет 1: производство композитных материалов. Приоритет 2: строительство «Небесного Моста». Приоритет 3: развёртывание автоматических добывающих комплексов на Луне. Все проекты, не связанные с выживанием, замораживаются. КПД экономики должен вырасти на 400% за пять лет. Это потребует перевода на военное положение и централизованного распределения всех ресурсов.