Даниил Зверков – Последняя королева Ноктиры: Пробуждение Аронеллы (страница 14)

Каэль бывал в Талирионе не раз. Обычно не задерживался дольше чем на пару дней: получить заказ, выполнить, получить плату – и снова в дорогу. Иногда, правда, позволял себе небольшую паузу. Заходил в таверну, брал эль, иногда находил женщину на ночь – чтобы забыться, сбросить напряжение, хоть ненадолго перестать быть ведьмаком. Город как город. Шумный, грязный, вечно пахнущий рыбой и потом. Но здесь платили, и платили хорошо. И здесь можно было хоть иногда отдыхать от охоты.Он миновал ворота, даже не взглянув на стражников – те лишь проводили его взглядами, но останавливать не стали. С мечом на поясе и мешком за спиной он выглядел как наёмник, каких здесь тысячи. Да и кто не знает ведьмаков? С ними связываться себе дороже.Дорогу к порту он помнил хорошо. Башня стражи возвышалась у самой воды – старая, каменная, с узкими бойницами и тяжёлыми дверями. Каэль толкнул створку и вошёл внутрь.Внутри было шумно. Несколько стражников перебирали бумаги, двое спорили о чём-то у окна. Каэль поднялся наверх без спроса – знал, куда идти.

Капитан сидел за массивным столом, заваленным бумагами. Маркус Рейвен – высокий, широкоплечий, с седыми короткими волосами и шрамом через левую бровь. Поднял глаза, узнал, хмыкнул.

– Ведьмак. Давно не видел. Думал, сдох где-нибудь в лесу.

– Рад тебя тоже видеть, Рейвен, – Каэль сбросил мешок на пол, достал лапу. Тяжёлая, когтистая, она глухо стукнула о дерево стола. – Твоя тварь.

Рейвен присвистнул. Поднялся, подошёл ближе, осмотрел трофей со всех сторон. Потом посмотрел на Каэля с неподдельным удивлением.

– Та самая, что зарезала Ведьмака Дарена и троих моих людей?

– Тела я не видел – коротко ответил Каэль.

Рейвен покачал головой.

– Эту тварь уже полгорода боялось.Сначала мои люди. Потом Дарен, хоть и был опытным, а сгинул за день. После него никто не соглашался идти. Даже цену вдвое подняли – молчали. – Он снова глянул на лапу. – А ты справился.

Каэль пожал плечами. Ему не нужны были похвалы.

– Просто повезло. Она уже была ранена, когда я её нашёл.

Рейвен хмыкнул.

– Ранена или нет, а голова всё равно твоя. – Вернулся к столу, выдвинул ящик, достал кошель. Бросил Каэлю. – Здесь договорено. Как всегда.

Каэль поймал кошель, сунул за пояс, не пересчитывая. С Рейвеном они работали не первый раз – капитан не обманывал.

– Если задержишься в городе – работа найдётся, – Рейвен кивнул на лапу. – Этих тварей становится всё больше. А мы не справляемся.

Каэль остановился у двери.

– Откуда они берутся?

Рейвен пожал плечами.

– А кто ж знает. Появились пару лет назад. Сначала редко, теперь всё чаще.С каждым годом их больше наружу выходит, плодятся черти. И землетрясения эти… Тоже начались примерно тогда. Может, связано, может, нет. – Он махнул рукой. – Нам платить надо, а не гадать. Ты если что – заходи. По старой памяти.

Каэль кивнул и вышел.

На улице постоял мгновение, глядя на толпу. Деньги были, время было. Можно было взять комнату, поесть, а может, и найти кого-то на ночь – сбросить напряжение после долгой охоты.

Он двинулся в Нижний город.

Нижний город встретил его привычной вонью. Каэль шёл не спеша, разглядывая вывески. «Сломанный якорь» нашёл сразу – старая, покосившаяся вывеска с ржавым якорем качалась на ветру.Он толкнул дверь.Внутри было шумно. Человек двадцать, не меньше – торговцы, моряки, грузчики, пара подозрительных типов в углу. Пахло жареным мясом, пивом и дымом. Каэль сразу прошёл к стойке, занял место так, чтобы видеть вход и весь зал. Это уже ритуал.

За стойкой возился Борун как всегда.Как только он заметил Каэля, кивнул:

– Ведьмак. Давно не заходил. Думал, сдох где.

– Почти, – Каэль бросил на стойку пару монет. – Комната нужна. На пару дней.

Борун сгрёб монеты, кивнул на лестницу.

– Вторая налево. Мира принесёт ужин, если закажешь.

– Закажу. И эль.

Каэль сел за свободный маленький стол у стены. Через минуту перед ним поставили кружку и тарелку с мясом и хлебом. Он ел медленно, слушая гомон.

Кто-то говорил о неудачных сделках или же политике, кто-то жаловался на то,что ему изменила жена или же о мелких философских вопросах жизни… Некоторые, совсем незаурядные умы , вели беседы о бабах и погоде.

– …а я тебе говорю, Аурелийский Король опять пошлины поднял. Теперь вино с юга втрое дороже, – бубнил толстый торговец за соседним столом.

– А ты не бери вино, бери пиво, – отозвался его собеседник.

– Пиво у нас своё есть. Я про дело говорю. Торговля встаёт.

Каэль покосился на них, усмехнулся про себя. Люди вечно озабочены тем, что им не изменить. Торговля, пошлины, налоги,измены,подпольные игры – шум ради шума. Полтора века он смотрел, как они суетятся, воюют, мирятся, снова ссорятся, а в итоге всё остаётся по-прежнему. Только монстры меняются.

В другом конце зала двое спорили о политике:

– Серафин Талирис опять никого не приняла.Что ж это за Коровела у нас такая! Говорят, уже полгода из дворца не выходит.

– А что ей выходить? Её корабли и так всё контролируют. Море – её, порты – её. Остальное неважно.

– Ну да. А северяне? Король Борн Варкар, говорят, опять в горы ушёл с отрядом. Никого не слушает.

– Северяне всегда сами по себе. Им наши проблемы до одного места.

– А медведь он и есть медведь, – хохотнул кто-то.

Каэль поморщился. Про Короля Севера и хорошего своего друга Борна он слушать не хотел – слишком личное. Но и остальной трёп… Люди говорят, будто знают, о чём говорят. А на самом деле просто перетирают слухи, которые сами же и придумали. Никто из них не видел ни Серафин, ни Борна, ни других правителей. Но каждый знает, как надо.

Он отхлебнул эля. Хернёй люди маются. И ладно бы ещё дело делали – так нет, одни разговоры.

И вдруг – странное ощущение. Не угроза, нет. Что-то другое, неуловимое. Каэль поднял глаза, повёл взглядом по залу.

Из кухни вышла девушка с подносом.

Тёмные волосы, бледная кожа, обычное серое платье. Ничего особенного. Но когда их взгляды встретились – на одно короткое мгновение, – внутри у Каэля что-то шевельнулось. Древнее чутьё, доставшееся от мутаций.

Девушка отвела глаза, прошла мимо, поставила кружку дальнему столу. Каэль проводил её взглядом, пытаясь понять, что вызвало это ощущение. Странная она какая-то… но с чего бы?

– О, а вот и мой любимчик!

Каэль обернулся. Рядом с ним стояла Лита – рыжая, с дерзкой улыбкой и глубоким вырезом на платье. Он знал её по прошлым приездам. Она работала в «Сломанном якоре» не то официанткой, не то кем-то ещё, но всегда была рада его видеть. Особенно когда у него водились деньги.

– Каэль, милый, я уж думала, ты меня забыл, – она присела рядом, положила руку ему на плечо. – Сколько месяцев прошло? Полгода? Год?

– Восемь, – ответил он сухо, но руку не сбросил.

– Восемь месяцев! – Лита картинно вздохнула. – А я всё ждала. Думала, ну где же мой северный волк?

Каэль усмехнулся. Он знал, что ей нужно – те же самые деньги, что и всегда. И ночлег, и небольшой подарок. Но сейчас ему это было даже на руку. После долгой охоты хотелось простого человеческого тепла, без лишних вопросов.

– Комната наверху, – сказал он. – Зайдёшь позже?

Лита улыбнулась, чмокнула его в щёку.

– Как освобожусь, милый. Жди.Она упорхнула, виляя бёдрами.

Каэль допил эль и только тут вспомнил про ту странную девушку. Посмотрел в сторону кухни, но её уже не было.

Да ладно, – подумал он. – Показалось.

Он поднялся наверх, в свою комнату. Бросил мешок в угол, положил меч рядом с кроватью. Лёг, глядя в потолок.Через час пришла Лита. И он забыл обо всём – о твари, о Валрике, о странной крови на поляне, о разговорах про королей и пошлины. Осталась только ночь, тепло чужого тела и тишина.

А утром она ушла, забрав пару монет со стола. Каэль даже не проснулся.

Глава 4

Город ещё спал.

Только редкие факелы горели на углах, да где-то в порту перекликались ночные сторожа. Туман стелился над мостовыми, влажный, липкий, пахнущий солью и гниющими водорослями.Гретт спустился в канал, как делал это каждое утро последние десять лет.Работа у него была простая – проверять стоки, убирать засоры, следить, чтобы вода уходила в море, а не заливала подвалы. Грязная работа, но платили исправно, а больше ему ничего и не надо было

.Он шагнул в воду по щиколотку, поморщился от холода. Вода сегодня казалась странной – тяжелее, что ли? И цвет… в темноте не разобрать, но вроде бы темнее обычного.

Гретт наклонился, зачерпнул ладонью.