Даниил Старчуков – Уроки французского (страница 13)

Вернувшись в кубрик, мы застали там Себастьяна, который позвал нас на перекур. Я отказался, а Николя согласился и ушёл с ним. Я начал готовиться ко сну. Постепенно все ребята собрались в кубрике; пришёл и тренер Бонне, который сразу поднялся на второй этаж. Спать никто не спешил – мы болтали до глубокой ночи, часов до двух или трёх. Первому заснувшему – им оказался Себастьян – мы разрисовали лицо, изобразив у него на лице очки.

Наш ночной гам не понравился тренеру. В наказание он устроил нам внеочередную тренировку.

– Тренер, это уже не смешно, – пробурчал Жан-Клод.

– О, я вижу, у тебя ещё есть силы разговаривать! – строго ответил Бонне. – Всем дополнительно по десять отжиманий!

Он ходил, между нами, поправляя технику:

– Ниже, парни, опускайтесь ниже. Похоже, ваша физподготовка не так хороша, как навыки пустой болтовни.

После последнего отжимания я наконец упал на кровать. Плотно закрыл глаза и почувствовал, как мягкость матраса словно обволакивает меня, унося прочь усталость и напряжение. Тёплое прикосновение подушки, лёгкий запах свежего белья – всё это было словно нежное объятие, в котором хочется раствориться и забыть обо всём. В этот момент кровать перестала быть просто местом для сна – она стала островком покоя и безопасности, где каждое движение приносило облегчение, а тело отдыхало, словно в самых тёплых и ласковых руках. И я погрузился в сон, мягкий и глубокий, как никогда раньше.

ГЛАВА 10 «РИТМЫ НОЧИ»

Я лежал в полудрёме, сквозь сон ощущая чьё-то присутствие в общей комнате. Раздался шорох, щелчок включённой колонки – и вдруг оглушительный трубный сигнал, оповещающий подъём. Я медленно зашевелился, как сонная черепаха, которую вытащили из панциря и поставили на холодный пол. В ответ по комнате поползли недовольные стоны.

– Подъём, парни! – прогремел голос тренера. – Время утренней пробежки!

Луи тут же нырнул под одеяло, а Себастьян, приоткрыв один глаз, уставился на циферблат и охрипшим голосом простонал:

– Тренер… шесть утра… Может, не надо?

– Надо ещё как надо, ночные разбойники! – Тренер направился в ванную, оставив музыку играть на полной громкости.

Наш "дружный отряд" начал подниматься с кроватей. Кто-то зевнул, кто-то выругался, а кто-то – судя по глухому стуку – и вовсе свалился на пол.

Холодная вода окончательно добила остатки сна. Мы построились на улице, но Себастьян задержался у зеркала.

– Кто-нибудь объяснит, откуда у меня на лице очки, да ещё и нарисованные несмываемым маркером?! – Он повернулся к нам, и его возмущённое лицо вызвало хохота.

– Очень смешно, – буркнул он, тщетно пытаясь стереть узор влажными салфетками.

Солнце уже поднялось над сопками, окрашивая небо в золотистые тона. Мы размялись и тронулись в путь – сначала нехотя, потом быстрее, втягиваясь в ритм. Тренер бежал впереди, казалось, он был непоколебим, как скала.

После пробежки мы, разгорячённые и проголодавшиеся, первыми ворвались в столовую. Мы сдвинули два стола вместе, чтобы сесть всем составом. В зале было немноголюдно – лишь несколько таких же ранних пташек, как мы. Тали среди них не было.

До следующей тренировки оставалось два часа, и мы отправились исследовать «Территорию победы». В дальнем углу, за кустами, обнаружили дыру в заборе, от которой уходила узкая, почти незаметная тропинка. Обменявшись взглядами, мы молча решили: запомнить этот маршрут на будущее.

После короткого отдыха, едва успев перевести дух и восстановить силы, мы вновь отправились на тренировку – на этот раз в бассейн. Вода обещала стать для нас не только испытанием, но и своеобразным полигоном, где каждая минута требовала максимальной концентрации и выносливости. Погружаясь в прохладу, мы чувствовали, как напряжение в мышцах сменяется новым приливом энергии, но одновременно нам становилось ясно: впереди ждало ещё более суровое испытание, которое потребует от нас всего запаса сил и мужества.

Тренировки оказались настолько изнурительными, что мы брели обратно в лагерь, едва переставляя ноги. Занятия в бассейне выжали из нас все соки. Пропустив обед, мы возвращались в лагерь совершенно обессиленными. Ужин проглотили, почти не чувствуя вкуса – тело гудело от усталости, мысли путались. Единственным желанием было рухнуть на койку и провалиться в сон.

Николя шел рядом со мной, как вдруг он резко дёрнул меня за рукав:

– Смотри!

На площадке у качелей сидела Таль. Она раскачивалась, откинув голову назад. Свет фонарей играл в её волосах, а длинные тени от качелей скользили по песку.

– Привет, Матисс! – она вдруг заметила нас и махнула рукой, будто мы встретились не в полумёртвом состоянии после тренировки, а на каком-нибудь курорте.

Николя мгновенно преобразился. Всё его утомление куда-то испарилось.

– О, нас зовут! – он толкнул меня локтем так, что я едва удержался на ногах.

Я сделал вид, что не понимаю его намёков, но он уже шагал вперёд, расставив руки в театральном жесте.

– Привет, неизвестный мальчик! – Таль улыбнулась и ему.

Её подружки переглянулись, сдерживая смех.

– Ну ты даёшь, – одна из них покачала головой. – Как тебя зовут-то?

– Меня?! – Николя с пафосом прижал руку к груди. – Николя! – он ткнул себя пальцем, будто представлялся не девчонкам из соседнего отряда, а самой королеве.

– А я Виолетта, – рыжеволосая девчонка протянула ему руку с преувеличенной важностью.

Николя схватил её ладонь и с комичной галантностью поднёс к губам:

– Очень приятно, мадемуазель.

– Вот и познакомились! – Таль хлопнула в ладоши. – Мальчики, не хотите с нами на дискотеку?

Я нерешительно переступил с ноги на ногу:

– Да я не знаю даже…

– Ты что, с ума сошёл?! – Николя вскрикнул и толкнул меня так, что я едва не слетел с тропинки. – Мы согласны! Конечно согласны!

– Отлично, – Виолетта лукаво прищурилась. – Тогда ждём вас.

Но Николя, не выпуская её руки, вдруг наклонился ближе:

– Кстати, у тебя такое интересное имя… Откуда ты?

Виолетта загадочно улыбнулась:

– Из города, где даже скучные истории становятся приключениями. А ты угадай, из какого.

Виолетта подмигнула, и этого оказалось достаточно – Николя превратился в настоящий ураган. Он тащил меня за руку, бормоча, что-то по типу:

– Это наш единственный шанс, ты понимаешь? Если сейчас сдуешься – проспишь всю жизнь!

В кубрике царило невероятное оживление. Николя, размахивая руками как Николай II, подбивал ребят на "маленькую победоносную войну" – так он пафосно называл наш предстоящий побег на дискотеку. Я же отвернулся к окну, достал телефон.

Первое сообщение – от Мадлен Лефевр. Фотография в парке: она смеётся, обняв своего парня. "Он наконец приехал!" – сияла подпись. Пальцы сами собой набрали: "Очень рад за тебя". Ложь далась удивительно легко – но почему-то на душе стало пусто и холодно.

Следующее – от Мартина Дюваля: "Цивилизация на подходе, команда собрана. Только тебя не хватает!" Отписался автоматически: "Сейчас на соревнованиях. Как вернусь – обязательно сыграем".

Последнее сообщение – от мамы: "Сынок, как ты? Напиши, когда освободишься". Тут уже не отделаешься парой формальных слов. Подробно расписал весь день: изнурительные тренировки в бассейне, ужин, планы на вечер…

Только закрыл мессенджер – Николя дёрнул за плечо:

– Всё погнали!

Но в этот момент в стеклянной двери мелькнула знакомая фигура. Тренер Бонне! Мы замерли, будто зайцы, ослеплённые фарами.

– Чёрт побери! – прошипел Николя, сжимая мою руку до боли.

Мы прижались к стене, затаив дыхание, пока тренер не вошёл в помещение. Как только дверь захлопнулась за его широкой спиной – мы рванули к чёрному ходу на веранду. Прохладный ночной воздух ударил в лицо, когда мы выскользнули в спасительную темноту.

На дискотеке царила атмосфера разгорячённой свободы. Басы мощных хитов били прямо в грудь, заставляя тела танцующих сливаться в едином ритме. Воздух был густым от смешения духов, пота и чего-то запретно-сладкого. Я прислонился к колонне, наблюдая, как Николя и Виолетта двигаются в такт музыки – их тела то сближались до опасной грани, то отдалялись, оставляя между собой натянутую нить напряжения.

Когда зазвучал медленный мотив, толпа словно вздохнула. Люди расходились, обнажая пространство. И тогда я увидел её. Таль стояла у стола, её глаза блестели в полумраке, а пальцы нервно перебирали край платья. Наши взгляды встретились – и в её зрачках я прочитал немой призыв.

Как только я сделал первый шаг, из толпы вынырнул какой-то парень. Но Таль ловко увернулась от его протянутой руки и буквально вплыла в мои объятия. Её тело прижалось так близко, что я почувствовал каждый изгиб через тонкую ткань её платья. Грудь мягко упёрлась в меня, сохраняя упругое сопротивление при каждом нашем движении.

Мои ладони скользнули по её талии, ощущая под пальцами трепет мышц. Мы кружились медленно, но с каждым оборотом её бёдра прижимались ко мне всё сильнее.

Таль слегка наклонила голову и положила её на моё плечо. Между нами оставалась определённая дистанция, но этого хватало, чтобы почувствовать её тепло.

– Ты хорошо танцуешь, – тихо сказала она, и в её голосе звучала искренняя радость.

Наши движения были лёгкими и естественными, будто мы танцевали вместе всю жизнь. В этот момент всё вокруг будто замерло – только музыка, мягкий свет и это особенное чувство взаимного понимания, которое не требовало слов.