Даниил Ходунов – Пламя Роузей. Книга первая (страница 6)

Утро наступило хмурое, промозглое. Арне стоял на капитанском мостике в своём парадном генеральском мундире, который требовал устав. Взгляд был прикован к мрачному силуэту, выраставшему из морской пелены. Замок Рокфуд. Волны с глухим рокотом разбивались о подножье острых, как кинжалы, скал, опоясывающих его основание. Эти скалы и делали крепость неприступной с моря.

Вокруг кипела работа. Солдаты, закалённые в боях «кровавые воины», проверяли оружие, переругивались. Младшие командиры, позвякивая доспехами, вели жаркие споры о том, кому выпадет честь встать рядом с принцем в час атаки. А Арне просто ждал. Стоял и ждал, ощущая тяжесть в груди.

Прошло ещё некоторое время, когда из люка, ведущего в нижние палубы, донёсся охрипший со сна голос:

— Ну что, дядя, дождался меня? — Ральф появился на палубе, щурясь от тусклого утреннего света. На нём был мундир, надетый кое-как, волосы всклокочены, но в глазах, хоть и воспалённых, горел знакомый азарт.

Арне сначала нахмурился, вся вчерашняя злость хлынула обратно, но, увидев эту улыбку, сдался. Он тяжело вздохнул и дал племяннику шуточного, но чувствительного подзатыльника.

— Дядя, ты в хорошем настроении перед великой битвой! — рассмеялся Ральф, потирая затылок.

— Юмор юмором, — мгновенно перевёл тон Арне, его лицо вновь стало жёстким, как складки на мундире. — А теперь взгляни-ка. Забудь на миг, что у нас есть план. Смотри на крепость, как если бы мы только что подошли. Что ты видишь? И какие были бы у нас варианты?

Ральф повернулся к борту. Его взгляд скользнул по гигантской стене, вздымавшейся к низким облакам. Затем опустился к подножию — к тому хаосу острых каменных зубьев, которые разрывали бы в клочья любой корабль, осмелившийся подойти вплотную. Он обернулся, окинул взглядом армаду — больше сотни кораблей, чёрных от воинов, готовых к броску. И в его глазах вспыхнул стальной блеск.

— Если бы не наш план… Допустим, мне прямо сейчас нужно захватить замок, имея лишь то, что я вижу. Правильно я понимаю вопрос?

Дядя молча кивнул.

— Тогда… — Ральф выпрямился, голос окреп, потерял хрипотцу. — Я бы расставил корабли в широкий полукруг, метров за двести от этих скал. Приказал бы выкатить на палубы все требушеты и катапульты, зарядить их не горшками с горючкой, а самыми тяжёлыми каменными глыбами, что у нас есть в трюмах. И по моей команде… — он сделал паузу, — одновременно выпустил бы весь этот каменный дождь. Не в стену. В основание скал. Если предположить, что у нас около двухсот машин… Два залпа, нет, три! После такого обстрела осколки и целые глыбы этих скал рухнули бы вниз, на те самые «зубы», что мешают подойти. Разбили бы их, образовали проход. И тогда мы спокойно заводим корабли, ставим лестницы — и на стены.

— Браво, племянник, — не скрывая искреннего удивления, произнёс Арне. Голос его смягчился. — Умно. Очень умно. Только ты не учёл одного: замок стоит на уступе. От уровня воды до подножия стены — добрых сто метров.

— Не забывай, дядя, у нас лестницы двойные, складные! — парировал Ральф, и у него опять натянулась улыбка.

В этот момент к ним подбежал молодой солдат.

— Ваша светлость принц! Ваше сиятельство лорд Арне! Время — семь часов утра. Вы приказывали оповестить вас, когда наступит данный час!

Солдат, отсалютовав, умчался обратно в суматоху подготовки. Арне и Ральф переглянулись. Ни слова не было сказано, но в этом взгляде прочлась решимость. Они одновременно кивнули друг другу и развернулись, чтобы направиться в каюту командования. Пора было отдавать приказ, от которого зависела судьба королевства. Начинался захват Рокфуда.

Если на палубе царила предбоевая суета, то в каюте командующего стояла тишина, нарушаемая лишь мерным скрипом корабельных балок. Там, за столом, заваленным картами и сводками, сидел единственный человек — младший генерал Кариус, замещающий командование в случае непредвиденных проблем. Его лицо, испещрённое шрамом от старого ожога, было сосредоточенным.

— Мой принц, лорд Арне, — встретил он их, приложив ладонь к виску в безупречном воинском приветствии.

— Так, что у нас по плану? Говори быстро, — отрезал Ральф, тяжело опускаясь в своё кресло. Вино утренней прохлады, казалось, немного прояснило его голову, но в глазах ещё стояла мутная пелена.

Кариус засуетился, нервно перебирая разбросанные по столу бумаги.

— Вот, кажется, эта! — наконец сказал он, поднимая испещрённый пометками лист.

— Да, всё верно. Как вы и расписали, — он мельком взглянул на нагрудные серебряные часы. — Через двенадцать минут с нашего флагмана будет дан сигнал огненными стрелами в небо.

— Да-да, после этого выйдут тараны, — перебил его Ральф, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотнику.

— Дай ему договорить до конца, Ральф! — резко оборвал его Арне. — Мы обязаны просчитывать каждую мелочь. Каждая ошибка стоит жизней.

Кариус сглотнул, но, собравшись, продолжил более уверенным тоном:

— После сигнала три наших специальных корабля, оснащённых усиленным железным дном и таранным носом, выдвинутся вперёд. Их задача — на полном ходу проломить внешнее кольцо скал у восточного мыса, где порода наиболее хрупка. Расчёты инженеров подтверждают возможность.

Ральф задумчиво уставился в деревянные половицы, лишь изредка кивая под монотонный отчёт Кариуса. Ведь это был его план, рождённый в одну из редких трезвых ночей. Но сейчас слова генерала звучали для него как отдалённый гул.

Кариус продолжал говорить о диспозиции абордажных команд, но Ральф и Арне его уже не слушали. Дядя пристально смотрел на племянника.

— О чём ты думаешь? — тихо спросил Арне. — Ты придумал гениальный план. Без моих подсказок. Так о чём эта задумчивость?

Ральф медленно перевёл взгляд сначала на Кариуса, который замолчал, почувствовав напряжение, затем — на дядю.

— Иди, жди нас снаружи, — тихо, но не допускающим возражений тоном сказал принц. — Мы скоро подойдём. Будем начинать.

Кариус, не сказав ни слова, щёлкнул каблуками и быстро покинул каюту, оставив родственников наедине с гулом моря и тяжестью невысказанного.

— Я не понимаю, зачем мы это делаем, — произнёс Ральф, едва дверь захлопнулась.

— Как это, Ральф? Всё же просто! — Арне развёл руками, но в его жесте была тревога, а не уверенность.

— Да, я в идеале помню слова отца, — Ральф говорил монотонно, как заученную молитву. — Золотые и серебряные шахты, находящиеся в городе Рокфуд, в Чёрной Гавани. Далее — лорды и жители, отказавшиеся от верности короне. Поэтому шахты нужно отнять. Вернуть. Вернуть их верность короне.

— Ну и что здесь не так? — спросил Арне, но в его голосе уже не было недоумения, а лишь усталая готовность услышать то, чего он боялся.

Ральф резко выпрямился, положил ладони на стол. Взгляд, внезапно прояснившийся, стал жёстким и острым, как клинок. Он смотрел прямо в глаза дяде.

— Мне всё это понятно, дядя. Всё, кроме одного. Для чего он приказал мне резать всех — всех подряд — мирных и солдат, на пути к цитадели лордов? «Чтобы не оставалось свидетелей бесчестья», — так он сказал. Какое бесчестье? Мы возвращаем своё!

Тяжёлое молчание повисло в душной каюте.

— Почему ты не говорил мне раньше? — наконец выдохнул Арне, и в его голосе прозвучала боль.

— Оттягивал как мог, — Ральф отвернулся, снова глядя в пол. — Не ожидал, что это наступит так скоро. Что день «Х» станет просто… завтрашним утром.

Дядя тяжело вздохнул, будто поднимая непосильную ношу.

— И что ты надумал?

— Я знаю, что ты сейчас скажешь, знаю твой совет, — горько усмехнулся Ральф. — Что ты после смерти сына, после сдачи полномочий и отставки стал пацифистом. Я слышал это сто раз. Но… — он замолк, ища слова. — Ладно ещё солдат. Солдат, который с оружием в руках выбрал свою сторону. Но мирные люди? Женщины, старики, дети в лавчонках и на пристани? Это же моё население, дядя! В какой бы политической обстановке ни находилось сейчас королевство, они-то тут при чём?

— Но я знаю, что ты сейчас ответишь, — с бесконечным огорчением сказал Арне, закрывая глаза.

— Да, я знаю, что ты знаешь! — вспыкнул Ральф, и в его голосе впервые за этот разговор прорвалась отчаянная злость. — Я не могу ослушаться приказа отца. Короля.

— А я думаю — можешь! — вдруг рявкнул Арне, с силой ударив ладонью по столу. Карты и чернильница подпрыгнули. В его глазах горел неожиданный, яростный огонь. Огонь того самого «дракона Нации Огня», о котором так легкомысленно шутил Ральф.

В этот момент дверь с треском распахнулась. На пороге стоял бледный Кариус.

— Ваше высочество! Лорд Арне! Две минуты! Прошу вас, на палубу! Сигнал вот-вот будет дан!

Слова повисли в воздухе, острые и неумолимые. Дядя и племянник в последний раз пристально посмотрели друг другу в глаза. В этом взгляде было всё: годы молчаливого понимания, боль утрат, тяжесть долга и тлеющая искра только что родившегося бунта. Не сказав больше ни слова, они разом поднялись и ускоренным шагом направились на палубу, навстречу гулу ветра, запаху моря и началу дня, который должен был принести славу или бесчестье. Решение было отложено, но уже не отменено.

По их выходе на палубу их ждал строй, выстроенный в пять плотных рядов — все, кто находился на этом флагманском корабле.

— Не смогу сказать речь так, чтобы все разом услышали, — начал Ральф, медленно обводя взглядом лица воинов. — Но вы послушайте.