Даниил Ходунов – Пламя Роузей. Книга первая (страница 4)

— Господин Густав, на восточной части крепости мы получили сигнал — сорванное знамя. Ловчие в ожидании вашего приказа.

Солдат, отдышавшись от бега, выпалил донесение. Густав выслушал и обернулся к принцессе, понизив голос:

— У нас всё готово. Начинаем?

Диана, не сводя взгляда с командующего Алана, едва заметно кивнула. На её губах застыла тонкая улыбка.

— Что? Почему она кивнула? — закричал Алан, хватая за рукав своего помощника. — Только что к ней подошёл этот скользкий уж Густав и что-то прошептал! Почему она кивнула?!

В сознании щёлкнуло. Холод пробежал по спине, и пальцы сами собой сжали эфес меча. Тут что-то не так. Проклятая Леди — не может быть всё просто. Почему я сразу не додумался?

Не успели его слова растаять в воздухе, как все, кто был на стене и у ворот, услышали новый звук. Из глубины крепостного двора, из-за их спин, приближался тяжёлый, зловещий лязг — ритмичный скрежет и стук множества доспехов. С каждой секундой он нарастал, превращаясь в гулкую поступь смерти.

— Твою мать! Мы просчитались! — рванулся вперёд Алан. — Они атакуют с тыла! Все, разворот! Мечники — вперёд, прикрывайте! Лучники, стреляйте во всё, что движется в их проклятых доспехах!

Смятение, затем яростная перестройка. Самая задняя линия мечников стала передовой. Солдаты, спотыкаясь, разворачивались, поднимая щиты. Среди них, в самом центре, оказался Роберт. Сердце колотилось в груди, но пальцы сами нашли рукоять отцовского меча. Под свист первых выпущенных со стены стрел он, не дожидаясь приказа, одним из первых бросился навстречу надвигающейся из двора стальной волне.

— Познайте силу дома Фонтайн! Примите острие моего меча — в прошлом меча моего отца! — его крик, полный отчаяния и ярости, потонул в общем гуле.

За счёт яростного разбега ему удалось сбить с ног и поразить первого врага, пронзив прямым ударом в сочленение лат. Кровь брызнула на клинок.

— Их меньше, чем нас сейчас! — пытался он убедить себя, отскакивая. — Но если учесть, что половина наших — лучники…

Не договорив, услышал новые звуки — глухие удары и крики уже сверху, со стены. Задрав голову, Роберт с ужасом увидел, как тела товарищей-лучников, пронзённые кинжалами в спину, падают с парапета вниз, на каменные плиты двора. А следом, будто адский град, на поле боя обрушился дождь огненных стрел — теперь их выпускали уже захваченные стены. Стрелы с шипящими горючими наконечниками впивались в землю, в щиты, в живую плоть.

Страх сжал горло, но решимость была сильнее. С криком Роберт бросился вперёд, уложив ещё двух солдат дерзкими, почти отчаянными выпадами. Но когда оглянулся, чтобы найти опору в строю, сердце упало. Первые три-четыре ряда мечников полегли почти полностью. Позади, у ворот, тоже бушевала резня. Двор утопал в хаосе и крови, усеянный телами, из которых, словно колья, торчали всё те же огненные стрелы.

— Лорд-командующий! Это провал! Мы проиграли! — в истерике кричал помощник, схватив Алана за плащ. — Я лучше сам…

Алан резко ударил его по щеке. В этот миг раздался оглушительный треск, а затем грохот падающего дерева.

Главные ворота, сдерживавшие основные силы Дианы снаружи, рухнули.

Во двор хлынула лавина. Ещё больше солдат в кроваво-серебристых доспехах, свежих и яростных. Кольцо сомкнулось окончательно.

Лицо Алана исказилось гримасой горького прозрения. Он вдохнул полной грудью и закричал, перекрывая гвалт битвы:

— СЛОЖИТЕ ОРУЖИЕ! Я ПРИКАЗЫВАЮ! БРОСЬТЕ ОРУЖИЕ — НЕМЕДЛЕННО!

Роберт замер. Посмотрел по сторонам. У его ног лежали те, с кем он вчера делил хлеб и смеялся на тренировках. Шансов не осталось. Приняв судьбу, он, следуя приказу, медленно, с ощущением ледяной тяжести в руках, вложил залитый кровью отцовский клинок в ножны. Выпрямился и замер.

Довольная, величественная, принцесса Диана входила в покорённый замок. Её взгляд, как шило, был прикован к Алану. Тот же, в свою очередь, опустошённо смотрел на тело помощника. Тот лежал лицом вниз, и из затылка торчало короткое оперение арбалетного болта.

— Спускайтесь, командующий Алан, — голос Дианы звенел, как сталь о камень. — Сегодня вы, наконец, спустя… сколько уже идёт война? Четырнадцать лет, кажется?.. сдали свою крепость.

Она сделала паузу.

— Но вы не гордитесь этим. Просто ваша крепость никому не была нужна. А вот как стала нужна — так сразу и пала. Прекрасная логика, не правда ли?

— Воины! — скомандовал Густав. — Выстроить всех уцелевших! Поставить на колени перед их госпожой!

К Роберту подошёл коренастый имперский солдат. Тот самый, что видел, как этот юнец отправил на тот свет троих его товарищей. Он грубо толкнул Роберта в спину.

— Пошёл, сучонок! Повезло тебе, что приказ отдали! А так бы я тебе глаза выколол и помочился прямо в дырки!

Роберт резко остановился, обернулся. Взгляд — холодный, бездонный — встретился с взглядом солдата.

— У тебя не было бы ни единого шанса против меня. Деревенская тварь.

— Дорогие мои воины! — возвысила голос Диана, поднимаясь на импровизированные ступени из обломков у ворот. — Умоляю вас, не добивайте никого прямо сейчас. Сначала я хочу на них посмотреть. Поэтому — ведите их ко мне!

— Повезло тебе. Опять, — прошипел солдат, грубо хватая Роберта за плечо и направляя в сторону, где уже собирали пленных.

— Итак, собаки. Вот вы и передо мной, — голос Дианы разрезал тишину. — Сколько же вас?

Один из знаменосцев подошёл и, склонив голову, доложил:

— Сорок четыре, ваше высочество.

— Поняла. Спасибо. Я — ваша госпожа. И каждый из вас должен мне свою жизнь. Но по какой-то причине… вы ополчились против меня и короны.

Пауза. Взгляд медленно скользит по рядам.

— Первый шаг к искуплению. Достаньте ваши мечи и положите перед собой на землю.

Роберт начал медленно осматриваться. Они в плотном кольце из сотен солдат Дианы, смотрящих сверху вниз с плохо скрываемым презрением. Каждый из этих воинов готов по первому же знаку обнажить оружие. Он перевёл взгляд на своих. Те, стиснув зубы, неохотно, но повиновались — звук падающего на камень металла отдавался в тишине глухим, похоронным звоном. Но Роберт ждал. Он следил за Аланом, чтобы повторить его поведение.

— Вы — моя принцесса. Но я не разделяю взгляды ни ваши, ни вашего отца. Поэтому я готов принять смерть, — голос бывшего командующего, стоявшего на коленях чуть ближе к ней, прозвучал хрипло, но твёрдо.

— Вот так? — едва уловимо приподняв бровь, спросила она. — То есть ты… не присягнёшь мне?

Алан медленно вытер с лица засохшую кровь товарищей, плюнул к её ногам на полированные сапоги и выдохнул:

— В этой жизни — никогда.

Диана, не меняя выражения лица, резко ударила его носком сапога по лицу, приказав оттащить вперёд, подальше от остальных пленных.

— Тогда пусть ты, лежа, — она жестом велела бросить его ничком, — будешь смотреть… — наступила каблуком на его голову, с силой прижимая щёку к холодной земле, — как твои выжившие солдаты все, по одному, будут присягать мне!

Роберта переполняла ярость. Каждая клетка тела рвалась вскочить, отрубить эту ногу. Но стальная петля обстоятельств сжималась невыносимо туго.

Она, надавливая каблуком всё сильнее, повела взглядом по рядам.

— Давайте по очереди. Начнём… с тебя.

— Я… клянусь вам в своей верности, моя принцесса, — выдавил один из солдат, не поднимая глаз.

— С-стойте. Подождите, — неожиданно вступил лорд Густав.

Принцесса медленно повернула к нему голову. В её глазах вспыхнуло опасное любопытство, смешанное с раздражением.

— Как вы смеете, лорд Густав, прерывать клятву, данную мне?

— Тысяча извинений, ваше высочество. Но взгляните, прошу вас.

Он указал рукой на меч, всё ещё лежавший перед Робертом.

— Чей это клинок валяется на земле? Твой, мальчик?

Принцесса Диана убрала ногу с головы Алана. Её шаги, лёгкие и почти неслышные на каменной мостовой, приблизились к Роберту. Она присела на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Конечно, его, — её голос вдруг смягчился, в нём зазвучали ноты восхищения и странной, леденящей радости. — Эти карие глаза и чёрные волосы… я узнаю их из тысячи.

Среди выживших защитников прошёл сдержанный ропот. Они переглядывались, пытаясь понять смысл происходящего. Лишь Алан, с трудом приподняв голову, чтобы разглядеть, к кому подошла Диана, от бессильной злости снова ударился лбом о землю.

— Наконец-то я тебя нашла, — прошептала она, почти ласково. — Сколько лет прошло… Как мой отец приказал разыскать сыночка Джеральда Фонтайна, который, как трус, поджав хвост, сбежал с той церемонии…

Из рядов пленных донеслись сдавленные возгласы, шёпот недоумения.

— ЗАТКНИТЕСЬ, ПСЫ! — прогремел рык сэра Андреса, и тишина воцарилась мгновенно.

— И вот я нашла тебя, — продолжила Диана, её пальцы потянулись к его щеке, но он резко отвёл голову. — Я узнала тебя. И заметь — не по мечу. Не по этой волчьей голове на гарде… Я узнала тебя по твоему красивому личику. Ты с возрастом становишься всё больше похож на своего отца…

Роберт молча смотрел ей в глаза. В его взгляде — только ненависть, чистая, неразбавленная.

— И да, я могу так говорить. Ведь я в тот день лучше всех разглядела голову твоего отца, лежавшую у моих ног. А знаешь, это было даже жёстко. Прямо у вас дома, в Шио… Лорд Джеральд мёртв. А вот его старший сын, красавчик Роберт, стоит передо мной на коленях…