Даниил Ходунов – Пламя Роузей. Книга первая (страница 10)

«Ну, вроде этот Густав улыбается… Настроен незлобно, кажется», — промелькнуло у него.

— Лорд Роберт, принцесса желает, чтобы вы провели с ней некоторое время, — объявил Густав.

Подходя к карете, Роберт спросил:

— А чего она хочет?

— Сейчас сами узнаете.

Андрес открыл дверцу. Когда Роберт стал заходить, Густав успел шепнуть ему на ухо:

— Кажется, она в хорошем настроении.

Он похлопал юношу по плечу, дверь закрылась, и армия вновь тронулась в путь.

Роберт оказался в небольшой, но уютной карете с двумя бархатными диванами. На одном из них восседала Диана.

Она с улыбкой поднялась, взяла его за руку и усадила рядом.

— Роб… Так я тебя называла в детстве, да?

Роберт холодно посмотрел на неё. Её пальцы были мягкими, но от прикосновения захотелось отдёрнуть руку.

— Да. Именно так.

Диана грациозно развернулась и, словно кошка, опустилась на диван напротив.

— Представляешь, сколько времени прошло? Лет семь уж точно я тебя так не звала…

Роберт откинулся на спинку дивана, не сводя с неё пристального взгляда.

— А теперь, — продолжила она, — я скоро стану королевой всей Альтерии, когда мой отец её захватит.

Роберт удивлённо поднял бровь:

— Всей Альтерии? Во-первых, с чего ты взяла, что вы покорите Воздух, Землю, Воду и Свет? Во-вторых, разве наследный принц — не Ральф?

— Мы уже почти истребили Воздух, стёрли с лица земли Солнце. Ты представляешь? Ни одного гражданина, города — пепелища. А Солнце… когда-то это была сильная страна.

— Почему для тебя лишить жизни целый народ — предмет гордости? — не сдержался Роберт.

Она встала:

— Потому что эти животные, эти наглые твари, притесняли нас, Огонь! Мой прадед умер из-за них!

— Но это сейчас не важно, — махнула она рукой, и тон её сменился. — Ты спросил, почему королева буду я, а не мой брат?

Она подошла и уселась к нему на колени, одной рукой обвив его шею. Роберт напрягся, но не отодвинулся.

— Потому что я рожу наследника. Идеального Хранителя Пламени. Твой синий огонь, мой королевский красный… Только представь, кровь Роузей и Фонтайнов в одном теле. Пламя, которое будет слушаться его с рождения. Он будет лучшим королём мира!

Она приблизилась к его уху, слегка коснулась губами мочки, потом медленно, словно вкушая, провела языком по щеке к его губам. Перед самым поцелуем прошептала:

— А я буду лучшей матерью-регентом для своего сына.

Роберт отчётливо слышал и запоминал каждое её слово, но сознание разрывалось между шоком и странным, запретным наслаждением. Пальцы вцепились в край дивана.

После долгого поцелуя она отодвинулась на волосок и спросила:

— А ты меня ещё любишь?

Роберт, всё ещё в оцепенении, не мог отвести взгляд от её лица, находящегося так близко.

— Я спросила, любишь ли ты меня ещё? Ведь в детстве ты признавался!

Роберт хотел солгать, но, выдохнув, выдавил:

— Я тебя ненавижу.

— Ненависть и любовь… разве это не одно и то же? — с хитрой улыбкой произнесла Диана и снова поцеловала его.

После нескольких минут молчаливых поцелуев она сказала:

— Я вижу по твоим прекрасным глазам, что ты очень умён. Но все мужчины в конечном счёте охвачены похотью и думают именно ей, — она положила ладонь ему на промежность.

Роберт резко оттолкнул её. Ладонь горела там, где она коснулась.

— Я такой же, как все! Но свою голову и свои мысли я тебе не отдам.

Диана, усмехнувшись, вернулась на свой диван.

— Я тебя недооценила. Думала, вырос обычным беглым лордом. А тут выясняется — троих моих воинов убил лично, с командирами врагов короны дружишь, окреп, вытянулся… Выше меня на голову, хотя я далеко не маленькая. Кстати, ты единственный мужчина, который… не хочет меня.

— Тебя это раздражает? Или обижает? — бросил он.

Диана с той же ухмылкой встала, постучала в стенку кареты. Армия вновь остановилась. Дверь открыл Андрес.

— Уведите его обратно, — холодно приказала Диана Густаву.

Роберт поднялся и вышел. Вслед ему прозвучали её слова, полные уверенности:

— Я в любом случае получу всё, что хочу! И тебя получу!

Когда дверь закрылась и карета вновь тронулась, Диана опустилась на диван, запрокинула голову и, внезапно растрёпанная и задумчивая, уставилась в узорчатый потолок.

Король Осфальд наслаждался отдыхом в саду роз, когда к нему приблизился один из помощников.

— Ваше величество, вас вскоре будут ждать в тронном зале жрецы и лорд Ричард, — почтительно доложил он.

Король коротко кивнул, не отрывая взгляда от сидевшей рядом девушки, чьё лицо озаряла безмятежная улыбка. Увидев кивок, помощник уже собрался удалиться, но был остановлен голосом монарха:

— Позаботься, чтобы эта роза посетила мои покои с наступлением ночи.

— Она будет там с заходом солнца, ваше величество! — громко и чётко подтвердил помощник, склонив голову.

Король поднялся с резного кресла в беседке, утопающей в алых бутонах. Он поправил на плечах тяжёлую, бордово-красную накидку, на спине которой огненной нитью было вышито родовое знамя Роузеев — роза, объятая пламенем. Мгновенно настроение сменилось с расслабленного на деловое, и он направился ко дворцу. Воины королевской гвардии в серебристо-красных латах, а также его личный палач и правая рука, сир Алойз, замершие у входа и в тени беседки, тотчас же влились в свиту, замершим строем последовав за повелителем.

На вершине величественной каменной лестницы, ведущей в замок, Осфальд обернулся. Его взгляд скользнул по призамковой площади, где кипела жизнь: смеялись дети, торговали купцы, звенел молот кузнеца. Ласковое солнце освещало счастливые лица его подданных.

— Счастливый народ — отражение сильного правителя. Мне нравится, как вы дополняете меня, — произнёс король, вдыхая полной грудью воздух, пропитанный запахом хлеба и дыма.

Он усмехнулся про себя:

— Интересно, говорил ли нечто подобное король Солнца, глядя на свой народ?

Проведя так ещё несколько мгновений, он развернулся и твёрдым шагом начал подниматься в цитадель власти.

Величественные дубовые двери тронного зала, украшенные барельефами с символами нации Огня, бесшумно распахнулись перед ним. На пороге короля уже ждал Генрих.

— Мой король, приветствую вас, — произнёс десница, опускаясь на одно колено.

Осфальд прошёл мимо, не замедляя шага:

— Вставай, правая рука. Дела не ждут. На колено в ответ при всём параде присесть не смогу — протокол не велит, — бросил он с лёгкой, привычной шуткой.

Генрих поспешил изобразить учтивый смешок и, стараясь обогнать размеренный шаг королевской гвардии, устремился вслед за монархом.

Длинный коридор, обрамлённый шеренгами неподвижных стражников в красно-серебряных доспехах, привёл их к подножию ещё одной лестницы, ведущей уже непосредственно в тронный зал. Только здесь Генриху удалось поравняться с королём.