Даниил Ерохин – Нашествие (страница 5)

– Остальные, за мной! – скомандовал Ульферт. – Кавалерия и остальные воины понадобятся мне в другом месте.

Ульферт помнил, что там, куда направляется он, будут нечистые всадники, а среди пешей нежити могут оказаться и стрелки. Потому наследнику понадобятся все его конные рыцари, всадники из отряда Эльмана, маги и лучники, чтобы противостоять им.

И остальные пехотинцы, включая наёмников, которые отвлекут на себя пехоту врага, пока кавалерия сражается с нечистыми всадниками.

Может и гренадёры в первом же бою себя хорошо проявят.

Наследник уже составлял в голове план, согласно которому построит всю пехоту в поле, разместив впереди пикинёров. И пока пикинёры принимают на себя основной удар пехоты и кавалерии нежити, врагов будут обстреливать оставшиеся с Ульфертом стрелки Робина и маги, а потом окружат пехотинцы. А кавалерия либо столкнётся с нечистыми всадниками, либо снесёт вражеских стрелков и довершит окружение остальных сил нежити.

Осталось теперь увидеть местность, где пройдёт битва. Ведь там не только поля, но и виноградники, и, конечно же, будут дома и каменные ограды, разделяющие земли фермеров. Скорее всего, по прибытии на место, придётся вносить поправки в план и попытаться использовать особенности местности против врага.

Как раз во время этих размышлений к Ульферту подскакал Эльман и предложил отправить своих наёмников-полукровок в обход, когда отряд столкнётся с врагом в виноградниках. Командир объяснил, почему это стоит сделать.

– Я сам задумывался над этим. – кивнул в ответ Ульферт. – Нежить сама по себе не ходит. Значит, где-то будет тот, кто ими управляет. Я разрешаю тебе провести этот манёвр. Только не увязни со своими воинами посреди виноградников. И возьми кого-то из боевых магов – потому что твоим воинам их собственными силами будет трудно противостоять магии.

– В этом-то трудностей не будет. Главное, чтобы манёвр наш оказался ненапрасным. – ответил Эльман.

– Если не найдёшь колдуна позади вражеских сил, возвращайся к нам и бей в тыл врагам, с которыми остальные мои воины будут биться. – сказал Ульферт.

– Как не найти? – усмехнулся Эльман. – Если он и не прячется где-то, значит, будет среди своих… злых творений. Либо одно, либо другое. Третьего не дано.

– И хорошо бы. – сказал Ульферт. Вдалеке он уже видел виноградники.

Где-то в этих местах находится винодельня, основанная его братом Арделланом. Он ведь не только постоялый двор построил неподалёку от подножья Снежных гор, но ещё и винодельню, чтобы чем-то себя занять на время изгнания.

И это временное занятие оказалось довольно увлекательным и прибыльным. Но теперь Арделлан не управляет всем этим напрямую, просто не всегда хватает времени. Он ведь уже три месяца как король, а потому назначил руководить постоялым двором и винодельней слугу Жака, которого Ульферт видел всего пару раз. Наследник слышал, что этот Жак очень хорошо справляется со своими обязанностями.

Робин и воины, выделенные ему Ульфертом, а вслед за ними несколько лекарей, среди которых, конечно же, оказалась Мэри, спешили вслед за менестрелем. А сам командир стрелков хотел узнать подробности происходящего в той деревне.

Он, не поворачиваясь в седле и смотря вперёд, спросил у менестреля, что же тот, всё-таки видел.

– Да толком-то ничего. Я прибыл в деревню, увидел неразбериху и стычки и понял, что происходит, только со слов какого-то землепашца. – сказал менестрель. – Хотя кое-что увидел слишком близко.

– Что же? – спросил Робин.

– Один оживший мертвец чуть не укусил моего коня за круп! Зато успел зубами вонзиться в чехол арфы… – произнёс с сожалением менестрель. – и показал следы укуса на чехле.

– Понятно… Я даже не знаю, чего нам ожидать. С таким колдовством я ещё не сталкивался. Не просто скелеты, а мертвецы какие-то кусающиеся. Нет, скелеты, конечно, тоже из могил иногда поднимаются из-за чёрной магии, их же не всегда магией создают. Но та нежить, которую ты описываешь… – сказал Робин.

– Я так понял, что кто-то натворил зло в деревенском кладбище. – ответил менестрель. – Я слышал, что из-за подобного поступка началась Забытая война в землях эльфов.

– Не слышал о такой… Наверно, эльфы о ней не любят говорить. Кхм-кхм, ладно… Значит сейчас мы вернём покой тем, чьи могилы были осквернены. – решительно сказал Робин и оглянулся. – Эй, Мэри! Ты сможешь оказать помощь сельчанам, пока мы нежить оттеснять будем? Вдруг их тоже покусали?

– Попробую! Но… я ещё ни разу не слышала, чтобы нежить кусалась. Они так могут и заразу какую-нибудь распространить да грязь в раны занести!.. – лекарка поравняла свою лошадь со скакунами Робина и менестреля.

– Пустяк. Наши доспехи невозможно зубами прокусить. Значит и заразы не надо бояться. Надеюсь, что плеваться эта нежить не умеет. – отмахнулся Робин. – А ты, менестрель, оставайся позади… Тебя как звать-то?

– Орвин Птица-с-Флейтой.

– Чего? – удивился Робин.

– Да это прозвище. – хохотнул менестрель. – Кто-то посчитал, что называть меня Скворцом или Соловьём или ещё как слишком скучно и в народе закрепилось такое вот… Птица-с-Флейтой.

– Так у тебя же в чехлах только арфа с лютней. – сказал Робин.

И Орвин достал откуда-то флейту. Теперь у командира стрелков отпали вопросы.

Пять минут дороги пролетели быстро. Робин, Орвин и Мэри направили животных к невысокому холму, который дорога огибала и дальше тянулась к деревне, и поднялись на него.

Трава ещё была зелёной, хотя несколько пожелтевших листьев ветер умудрился притащить даже сюда из ближайшего леса. Погода стояла в эти дни довольно ветреная, она гнала холодные ветра и дождевые тучи, предрекая наступление осени.

С холма открывался вид на всю деревню, до которой осталось меньше ста метров.

Как только остальные воины, отданные Ульфертом под командование Робина, добрались до холма, командир стрелков уже оценил обстановку.

Робин видел, как большое число оживших мертвецов ломилось в несколько домов на западной окраине деревни. Но их попытки не могли увенчаться успехом. Эти мертвецы не имели при себе никакого оружия. И били голыми руками в деревянные двери и ставни, да каменные стены. А в ответ их из окон осыпали посудой, небольшими поленьями и даже табуретами. Во многих окнах было видно крестьян, отбивающихся вилами, лопатами, мотыгами и цепами, словно это копья и топоры. Похоже, люди успели вовремя спрятаться в домах и успешно оборонялись.

Робин повернулся к своему отряду и отдал распоряжения.

– Стрелки, оставайтесь на этом холме и обстреливайте врага. Маги, создать огненные руны прямо на входе в деревню! Пехота, спускаемся к деревне, поднять щиты, выставить копья вперёд! Через руны не переступать – пусть под ним сначала нежить пройдётся. Смотрите, чтобы у вас не осталось ни одной царапины после боя! Лекари, держаться позади! Создавайте ваши магические круги лечения и идите вслед за пехотой!

Воины поспешили выполнять приказ, а Орвин спросил у Робина:

– А мне что делать?

Этот вопрос менестреля заставил Робина на секунду растеряться, но командир быстро собрался:

– А ты… сочиняй балладу об этом дне. Что я ещё могу тебе придумать?

– Да мне, похоже, в ближайшее время придётся не только об этом дне балладу сочинять. Ведь наследник Ульферт упомянул, что нежить сразу в нескольких местах этих земель появилась… – ответил Орвин. – Полагаю, предстоит написать целую сагу о спасении этих земель.

А сам Робин уже снял с пояса рог и приготовился в него трубить, чтобы привлечь внимание нежити. Но сейчас он выжидал, чтобы воины успели занять позиции.

Нежить была так увлечена попытками прорваться в закрытые двери и окна, из которых торчали вилы и лопаты, что не заметила, как пехота спустилась с холма встала перед созданной магами линией магических рун.

Робин протрубил в рог. Это не был какой-то из боевых сигналов, а просто протяжный звук, чтобы привлечь внимание.

Часть мертвецов услышала это и отвлеклась от дверей и окон. Они медленно поплелись в сторону ощетинившейся копьями пехоты. Тут же их накрыл залп стрел и болтов, выпущенных стрелками по приказу Робина. Но упало только несколько врагов, тех, кому выстрелы попали в голову. Остальные невозмутимо продолжили идти, не обратив внимания на торчащие из их тел оперённые снаряды.

Затем их накрыли разные заклинания, созданные боевыми магами. В толпу ударили одновременно молнии, ледяные глыбы и огонь.

Огонь заставил воспламениться нескольких мертвецов, но те сделали ещё несколько шагов прежде, чем упасть.

Молнии с характерным треском и фиолетовыми вспышками сразили группу нежити мгновенно.

А лёд оказался не так хорош. Холодные глыбы уничтожили нескольких мертвецов, которых задели во время полёта, и кого-то обездвижили, сковав собой. Но результат их попаданий оказался также малоэффективен, как предшествовавший этому залп стрелков.

Затем нежить ступила на огненные руны, которые взорвались как только впередиидущие мертвецы шагнули на них. Часть врагов пламенем уничтожило сразу, а оставшиеся не обратили на это никакого внимания и приблизились к стене копий и щитов, шагая по свежему дымящемуся пеплу.

Копейщики первого и второго рядов кололи копьями, но могли лишь удерживать нежить на расстоянии, потому что не каждый укол попадал в голову, а как они уже успели понять на примере залпов своих соратников, стоявших на холме, эти враги не обращали внимания на другие раны, кроме тех, что приходились по головам.