Даниэль Рэй – Повелитель Лжи (страница 49)

Сапфир вытащила клинок, мешающий нормально смотреть на противников, и швырнула его наземь. Она не собиралась бороться с людьми, которые ненавидели ее просто за то, что она существует.

К сожалению, прием устрашения пламенем перестал действовать. На нее кинулись со спины. Сработал щит, и нападавшего отбросило в сторону. Другой навалился сбоку и тоже пал жертвой фейской защиты. Принцесса сменила тактику и спрятала меч в креплении за спиной.

Теперь она распихивала противников и использовала фейский щит, чтобы как можно быстрее отделаться от них.

Защита вокруг тела замигала красным, сообщая, что мана в рунах практически иссякла. Сапфир хотела нарисовать новую руну и укрепить барьер, но пальцы не успели вывести и двух закорючек. Щит обрушился, и неизвестный ребенок в перемазанной кровью рубахе вцепился в руку принцессы.

– Папа, я схватил Огненную Деву! – счастливо завопил мальчуган, и тут же был сметен с места взрослыми мужчинами, навалившимися со всех сторон.

Толпа. Среди мелькавших лиц Сапфир видела так много эмоций. Ненависть, злобу, гнев и даже бессилие. Ее повалили наземь, желая оторвать руки и ноги. Пальцы скользили по доспехам и впивались в волосы, чтобы их вырвать.

Ей бы захохотать, но грудь сдавили чьи-то колени. Так она еще ни умирала. Возможно, Рой сжалится и лишит ее жизни раньше, чем это сделают люди, которых она пыталась защитить? Хотя подарков легкой смерти они никому не дарят, так что и рассчитывать на это не стоит.

Таймер на руке закончил обратный отсчет. Раздался хорошо знакомый зловещий писк.

Вот и все. Ее время истекло.

Гронидел

Сапфир развернулась и направилась назад. Ее фейский щит замигал, сообщая, что скоро обрушится.

Последняя серебристая лента засияла над головой, и Гронидел поспешил нарисовать юни-руну, чтобы завершить создание защитного шатра. Он отвлекся всего на мгновение, а когда закончил, не смог найти в толпе принцессу.

Сердце зашлось судорогой. Где она? Где его Огненная Дева?

Побоище вокруг не остановилось. Люди продолжали убивать друг друга с той же прытью, что и секунду назад.

Беспомощность окутала плечи парализующей волной, и холодный пот проступил на спине. Он никого не спас. Он позволил толпе расправиться с Сапфир ради того, чтобы успеть завершить шатер, который никого не спас… Вот как Гронидел поступил со своей женой. Оставил умирать.

Как оставил в Солнечном замке год назад, когда не смог выдавить из себя скупые слова извинений за то, что при каждом удобном случае припоминал ей только грехи.

– Не-е-ет! – прошептал он и спрыгнул с башни вниз. – Не-е-ет!!! – закричал принц, бросаясь вперед и с помощью юни-рун выстраивая ступеньки в небе.

Галлахер

В мгновение что-то изменилось. Удары противников стали слабее. Со стороны раздались раздирающие душу возгласы о чей-то смерти.

Ошони, что нападали на него и Кардахара, внезапно застыли, непонимающе оглядываясь вокруг.

Галлахер поднял глаза и увидел, что Гронидел завершил создание золотого шатра над городом.

– Мама! – раздался детский вопль в стороне. – Мама!

– Боги, – произнес ошони, опуская меч, которым пытался зарубить короля, и указал в небо. – Он бежит по воздуху…

Галлахер обернулся и замер. Замерли и все остальные, кто стояли рядом с ним. Стих плач детей и лязг металла о металл.

Все увидели чудо. Мужчину, бегущего над толпой. Он выглядел как бог. Он был одет как бог. За спиной он нес оружие богов. И только смуглая кожа выдавала в нем примесь зальтийской крови.

Несясь по воздуху, он что-то кричал. Было не разобрать, что именно, но зрелище приковало к себе взгляд не хуже золотого шатра, натянутого над головами.

– Что он творит? – тихо сказал Кардахар, наблюдая за Грониделом, спешащим вниз.

– Спасает жену, – ни секунды не сомневаясь в собственном предположении, озвучил Галлахер.

Гронидел

Гронидел спрыгнул на землю близ того места, где в последний раз видел красное свечение фейского щита Сапфир. Ярость переполняла его и переливалась через край с каждым движением руки, насылавшим на замерших людей волны маны, отбрасывающие их, словно щепки.

Раньше он был к ним терпим. Он не желал никого погубить, пытался защитить их от влияния Роя.

И вот чем они ему отплатили.

Взмах руки – и свору, что собралась впереди, раскидало по сторонам, словно тряпки.

Сапфир лежала на земле и… заходилась смехом. Истерзанная, без ботинок, с оторванными элементами доспехов и в порванном нательном костюме из черной ткани, очень напоминающей ткань костюма богов, она смотрела на левую руку и заходилась смехом.

Гронидел опустился рядом с ней на колени. Хотел прикоснуться к исполосованному царапинами лицу, но не смог. Пальцы замерли в сантиметрах от кожи и затряслись.

Принцесса перестала смеяться. Взгляд синих глаз перекочевал с руки на него, стоящего рядом на коленях.

– Я бы мог их всех убить… – прошептал он. – Всех. Всю площадь. Весь Сантияр. За тебя одну. За тебя… одну.

Он так и не позволил себе к ней прикоснуться. Нарисовал в воздухе юни передачи сил и движением руки приклеил ее к груди Сапфир. Принцесса скорчилась от боли, когда его мана полилась в нее, наполняя истерзанное тело.

– Остановись, – в конце концов прохрипела она и вцепилась в его руку, прерывая передачу сил. – Пожалуйста, остановись.

Гронидел прижался лбом к ее лбу, заглядывая в ярко-красные глаза своими алыми.

– Это ничего не будет значить, — прошептала Сапфир, словно обещание. – Просто маленькая слабость в море бесконечной боли.

Ее пальцы заплутали в его коротких волосах, перебирая гладкие, как шелк, пряди. Ее тонкие губы накрыли его полные, сминая натиском своего желания.

Поцелуй как признание, ожидание которого так сильно затянулось. Как обещание, от которого ни одному из них не откупиться. Как боль, от которой никому из них не избавиться. Как испытание, где на кону гораздо больше, чем жизнь. Поцелуй, длящийся короткий миг и бесконечную вечность. Поцелуй, говорящий гораздо больше, чем слова, которыми они исполосовали друг друга.

Его обдало волной маны Сапфир с головы до пят, и он едва не простонал ей в губы. Язык продолжал цепляться за язык, утаскивая в свой рот и поглощая дыхание.

В это мгновение он жил ей. Обещал ей все и все прощал.

Она отстранилась первой и отвела светящиеся золотом глаза, наполненные слезами. Он коснулся пальцами ее щек, на которых вместо кровавых ссадин теперь обосновались золотые молнии маны, и повернул ее лицо к себе.

– Я люблю тебя, — сказал он тем тоном, которым объяснял основы создания юни-света.

– Я убила тебя, а ты меня любишь? – с огромным разочарованием в голосе произнесла принцесса и отбросила от себя его руки.

– Уважаемые! – обратился к ним Кардахар, который неизвестно как оказался рядом. – Возможно, вы сможете отложить разговор по душам до момента, когда уединитесь? Или вы страдаете особой формой зависимости от внимания толпы?

Сапфир и Гронидел отпрянули друг от друга и встали.

Галлахер, который охранял парочку с другой стороны от Кардахара, взмахнул мечом, отгоняя вооруженных местных жителей.

Стихли звуки сражения. Крики и ор. Лязг металла и хлюпающие звуки проливающейся крови. Замерли все. Вся площадь.

– Они не дерутся. – Гронидел осмотрел людей вокруг, которые внимательно смотрели на него в ответ. – Щит сработал?

Галлахер и Кардахар переглянулись, после чего ошони все-таки озвучил:

– За последние пару минут, в которые ты явно отсутствовал, кое-что произошло. Люди перестали драться, посчитали тебя богом и хотят прикончить твою жену! Идеи, как выбраться с этой площади живыми, есть? Или мы все здесь поляжем во имя твоей большой любви?

– Будь осторожнее с выбором шуток! – Гронидел указал на Кардахара. – Злорадный юмор явно не твой конек.

Сапфир потянулась за мечом, все еще висящим в креплении на спине.

– Не нужно. – Он мягко остановил ее руку и сжал кисть в ладони.

Жена не оттолкнула его, и Гронидел посчитал это хорошим знаком.

Кардахар закатил глаза и едва не сплюнул наземь.

– Что делать будем? – обратился к принцу Галлахер.

– Импровизировать, – задумчиво сообщил Гронидел и щелкнул пальцами.

На уровне его колена возникла в фейская руна. Она закружилась в воздухе, словно подхваченная вихрем, и в следующее мгновение приклеилась к полупрозрачной площадке из маны. Гронидел наступил на нее, как на ступеньку, и щелчком пальцем создал еще одну.

– Так вот как он сюда пришел, – заметил Кардахар, оставшись внизу за спиной.

Люди, увидев «бога», поднимающегося в воздух по невидимой лестнице, ахнули. Для них это представление снова казалось чем-то невозможным.