Даниель Ли – Контракт на отцовство (страница 4)

Впервые мысль о переезде в Петербург пришла Алине совершенно буднично. Она сидела вечером за ноутбуком, рассеянно листая расписание занятий на следующий семестр. На экране мелькали названия дисциплин, фамилии преподавателей, даты. Алина лениво прокручивала страницу вниз, когда в голове вдруг сама собой возникла странно простая мысль: а почему, собственно, она должна возвращаться в Москву? Мысль показалась настолько очевидной, что она даже усмехнулась.

Петербург ей всегда нравился больше. Она любила его тяжелое серое небо, влажный ветер с Невы, старые дворы, узкие улицы и даже эту вечную способность за десять минут промочить человека до нитки. Москва была огромной, шумной и удобной для карьеры, но за три года учебы так и не стала ей домом.

А МГУ? Алина перевела взгляд на открытый учебный план. Да, престижно. Да, она сама добилась своего места и вовсе не собиралась бросать всё из-за мужчины. Но перевод ведь не означал отказ от учебы. СПбГУ тоже был сильным университетом с похожей программой, а академическая разница, если верить сайту, оказалась совсем небольшой. Если заняться документами прямо сейчас, всё вполне можно успеть оформить к сентябрю.

Она откинулась на спинку стула, разглядывая комнату. Просто другой университет в городе, который она и так любила.

Алина закрыла ноутбук, но уже через несколько минут открыла его снова. Зашла на сайт СПбГУ, потом на какой-то студенческий форум, перечитала условия перевода. Сама не заметила, как пролетело больше часа.

На следующий день эта мысль вернулась с новой силой. Когда Марк высадил ее возле дома после свидания, Алина смотрела ему вслед из окна и отчетливо представила, что через несколько недель он снова растворится в своей привычной питерской жизни, а она сядет на поезд до Москвы.

Москва. Общежитие. Бесконечные коридоры и соседки, делящие тесную кухню. А Марк останется здесь… Без нее.

От этой простой перспективы внутри неприятно кольнуло. Алина тут же мысленно одернула себя. Вот еще. Нельзя строить жизнь вокруг мужчины, она никогда себе такого не позволяла и начинать не собиралась.

Но ведь дело действительно было не только в нем. На следующий день она открыла заметки в телефоне и принялась методично перечислять аргументы:

· мама здесь;

· любимый город;

· СПбГУ подходит по программе;

· не придется менять специальность;

· можно продолжать учебу без потерь;

· после окончания всё равно можно строить карьеру где угодно.

Она перечитала список. Ну да, вполне убедительно. Подумав секунду, Алина добавила еще два пункта: меньше расходов на жилье и не придется жить в общежитии.

Она положила телефон экраном вниз и довольно улыбнулась. Вот теперь всё выглядело исключительно разумно и прагматично. Конечно, Марк тоже существовал где-то на периферии этой картины, но вовсе не как причина переезда. Скорее... как приятное обстоятельство. Она даже сформулировала для себя успокаивающую мантру: «Я ведь не переезжаю к нему. Я просто остаюсь в городе».

Эта формулировка пришлась ей по душе, и через пару дней она уже сама в нее верила.

Когда они сидели в маленьком кафе, попивая раф после долгих вечерних прогулок, Марк рассказывал о каких-то рабочих перипетиях, а Алина вдруг перебила его вопросом:

— Ты всегда собирался жить в Петербурге?

Он посмотрел на нее поверх чашки, слегка приподняв брови:

— Почему спрашиваешь?

— Да просто интересно.

— Пока да. Здесь моя компания, квартира, вся привычная жизнь. А что?

Алина лишь пожала плечами:

— Ничего.

Она не стала говорить ему о своей идее. По крайней мере, пока. Ей хотелось сначала самой во всем разобраться, проверить почву, а не выглядеть девчонкой, которая бежит за мужчиной.

В тот же вечер она снова открыла сайт СПбГУ — уже без всякого любопытства, вполне серьезно. Скачала перечень документов, сверила сроки, нашла контакты приемной комиссии. А когда увидела, что при удачном стечении обстоятельств перевод действительно можно успеть оформить до сентября, сердце почему-то сделало предательский кувырок и забилось быстрее.

Алина прикрыла глаза, представляя себе этот сентябрь. Не Москву с ее промозглой осенней суетой, а Петербург. Утренние пары, кофе по дороге к главному зданию, привычные прогулки после занятий. А вечером — Марк. Он будет заезжать за ней после работы, они станут ужинать, бродить по набережным, иногда выбираться за город на выходные. Она продолжит учиться, он — строить свой бизнес. Ничего из ряда вон выходящего. Самая обычная, счастливая жизнь. Почти.

Алина открыла глаза и тихо рассмеялась над собой, чувствуя себя немного наивной. Ну до чего же дурочка. Она прекрасно понимала, что прямо сейчас у себя в голове увлеченно рисует общее будущее. Но это ведь всего лишь приятная фантазия. В конце концов, она ничего ему не обещала. И он ей тоже. Она просто хотела остаться в городе, который искренне любила. Просто хотела дать этой внезапной истории маленький шанс. Всего лишь шанс.

Алина снова посмотрела на вкладку с условиями перевода и уверенно нажала «Сохранить». Прошла всего неделя, а она уже знала наизусть весь список справок, бланков и часы работы деканата. Оставалось только сделать последний шаг и сказать об этом Марку. Идея казалась гениальной в своей простоте. Зачем мучить себя расстоянием, если всё складывается так идеально?

Глава 3. Холодный душ

Марк заехал за ней в среду вечером. В отличие от их прошлых, легких прогулок по городу, сегодня он был в строгом деловом костюме. Уставший, с жесткой, глубокой морщинкой между бровей, галстук небрежно ослаблен.

— Тяжелый день? — Алина села на пассажирское сиденье и привычно, мягко коснулась губами его щеки.

— Совет директоров, — Марк коротко ответил на поцелуй, выруливая в плотный поток вечерних машин. — Едем ужинать. Я голодный как черт.

Они приехали в закрытый, тихий ресторан на Крестовском острове. Приглушенный свет, мягкие диваны, идеальная акустика и вышколенные официанты, появляющиеся словно из ниоткуда. Алина заказала легкий салат, Марк — прожаренный стейк и двойной эспрессо.

Они говорили о каких-то мелочах, но Алина физически ощущала его внутреннее напряжение. Ей захотелось разрядить обстановку, поделиться тем радостным планом, который она обдумывала последнюю неделю. Ей казалось, что эта новость заставит его улыбнуться.

— Знаешь, я тут внимательно изучила сайт СПбГУ, — она покрутила тонкую ножку бокала с водой, глядя на Марка с сияющей, легкой улыбкой. — Академразница совсем небольшая. Если я подам документы на перевод прямо на этой неделе, к сентябрю как раз успею всё оформить.

Она подняла на него полный невысказанной надежды взгляд. Она ждала, что он оживится. Что скажет: «Да, это отличная мысль, я помогу тебе с переездом, я хочу, чтобы ты была рядом».

Но Марк не улыбнулся. Выражение его лица неуловимо изменилось. Вся легкость и непринужденность последних недель испарились в одно мгновение, словно их никогда и не было. Он медленно, очень аккуратно положил нож и вилку на края тарелки. Металл тихо звякнул о фарфор.

В серо-зеленых глазах появилась та самая холодная, аналитическая расчетливость генерального директора, который видит, что переговоры свернули на опасную территорию и их нужно жестко корректировать.

— Зачем?

Один короткий, лишенный всяких эмоций вопрос.

Алина растерялась. Улыбка медленно сползла с ее лица.

— Ну... чтобы не возвращаться в Москву. Чтобы остаться здесь. С тобой.

Марк откинулся на спинку стула. Взял тканевую салфетку, неторопливо вытер губы. От этого медленного, размеренного жеста позвоночник Алины сковало ледяным холодом.

— Алина, — его голос прозвучал тише, но в нем отчетливо лязгнул металл. — Послушай меня очень внимательно.

Внутри у нее всё тревожно сжалось.

— Ты потрясающая девушка, — начал он, глядя ей прямо в глаза. — Умная. Невероятно красивая. Мне очень нравится проводить с тобой время. Нам хорошо вместе в постели.

Слово «в постели» резануло по живому, как лезвием.

Он сделал короткую паузу.

— Но я не хочу, чтобы ты меняла свою жизнь из-за меня. Переводилась в другой университет. Строила планы, в которых я уже занимаю какое-то место.

У Алины пересохло во рту.

— Почему?

— Потому что я не предлагал тебе отношений, Алина.

Она замерла.

Марк говорил спокойно, почти безэмоционально. Но именно это было страшнее всего.

— Мне нравится быть с тобой. Мне нравится то, что между нами происходит. Но я не ищу серьезных отношений. Не хочу семьи, брака, совместной жизни. По крайней мере сейчас. И не хочу давать тебе надежду на то, чего не могу тебе обещать. Я не планирую жениться, заводить семью, играть в романтику с совместными планами на будущее. У меня просто нет на это ни времени, ни ресурса, ни желания.

Алина сидела, замерев, словно ее окатили ледяной водой. Звуки ресторана мгновенно исчезли, растворились. В ушах стоял тонкий, тошнотворный звон.

— Я предлагаю тебе кристально ясный формат, — продолжил Марк всё тем же спокойным, деловым тоном человека, предлагающего выгодный контракт. — Ты мне очень нравишься. Если ты решишь остаться в Питере, перевестись в СПбГУ, я с удовольствием продолжу наше общение. Но если ты сделаешь это, то только ради себя, а не ради нашего совместного будущего, которого я пока не вижу. Я могу снять тебе хорошую квартиру, могу обеспечить определенный, очень высокий уровень комфорта. Нам хорошо вместе. Зачем усложнять то, что может быть легким и приятным для нас обоих?