Далиша Рэй – (не)Должностные обязанности (страница 26)

— Катя, постой! Я не хотел тебя обидеть! — вылезаю из-за стола и иду за ней следом.

Она даже не оглядывается, делает вид, что не слышит. Ну нет, Катенька, со мной такой номер не пройдет.

В два шага догоняю ее у подножия лестницы. Хватаю за руку и разворачиваю к себе:

— Катя, я с тобой разговариваю!

— А я с вами нет! — отрезает и ловким движением выкручивает руку из моего захвата, удивив меня еще раз.

Интересно, откуда у нее взялось такое мастерство по ведению рукопашных войн? Там, во дворе у машины заехала мне не по-детски. Сейчас почти профессионально выкручивает руку из моей клешни. Откуда подобное умение?

— Ты где научилась так ловко давать сдачи, Катя Мельникова? — спрашиваю, снова перехватывая строптивую вторую помощницу. Теперь уже не за руку, а за талию. Держу так, что ее трепыхания и попытки достать меня маленьким кулачком не достигают цели.

— Катя! Уймись! Никуда вы с сыном не уедете. Ни утром, ни днем, ни вечером, — говорю ей, продолжая сжимать тонкую талию. Очень тонкую, просто осиную. Еще и хрупкие ребра отчетливо прощупываются даже под толстой тканью спортивного костюма — она точно недоедает. Интересно, куда ее мамаша-прокурор смотрит? Дочь голодает, а у внука игрушек нормальных нет…

— Отпустите меня немедленно! — сдавленно требует девчонка и упорно продолжает выкручиваться из моих рук. Вот ведь настырная.

— Катя, извини меня, пожалуйста. Я не должен был смеяться над тобой. Признаю свою вину, — снова пытаюсь достучаться до нее.

— Должны, не должны — какая разница! — неожиданно она перестает сопротивляться. Замирает, почти повиснув в моих руках. Наклонила голову, так что мне видна только серо-бурая макушка, и молчит.

Чуть встряхиваю ее и повторяю:

— Катя, ну давай мириться? Хочешь, тоже обзови меня. Или ударь как следует. Только не обижайся. И не уезжай.

Некоторое время она молчит, дышит мне в плечо. Потом нехотя произносит:

— Не уеду. Но не потому, что приняла ваши оправдания. Просто мы с вами заключили соглашение и я его исполню. Тем более, мне нужны деньги и… Мне негде жить, потому что дома у меня… ремонт. Поэтому поживу у вас. А теперь отпустите меня, — произносит требовательно. Поднимает руки и резко толкает меня в грудь. — Отпустите, я сказала!

Какое-то время я еще сжимаю ее талию, смотрю сверху вниз на покрытое красными пятнами лицо и неохотно отпускаю.

— Катя, я смеялся не над тобой, если что. Просто… В моей жизни однажды был похожий эпизод и я его вспомнил. Мой смех относился не к тебе. Правда, — мои руки неспешно соскальзывают с ее талии.

— Давай, сейчас ты пойдешь спать — день у тебя был тяжелый, насколько я понимаю. Наш разговор продолжим завтра.

— Завтра! — повторяю с нажимом, заметив, что она уже открыла рот, чтобы возразить. Ну надо же, оказывается эту тихоню надо было всего-навсего разозлить, чтобы прорезался настоящий характер!

— Завтра ты мне расскажешь, откуда у тебя такое знание приемов самообороны, ладно? — пытаюсь пошутить, чтобы хоть немного разрядить обстановку.

— Еще завтра с утра съездим с тобой в оптику, купим новые очки взамен разбитых — тебе ведь неудобно ходить с разбитыми стеклами.

— Не надо мне ничего покупать. Тем более очки — я и в этих прекрасно похожу, — произносит Катя твердо, а сама упорно смотрит в сторону. Да уж, наступил я на больную мозоль девушке!

— Поговорим об этом завтра, — повторяю, как заведенный, и вдруг, неожиданно для самого себя наклоняюсь и целую свою помощницу в кончик покрасневшего от обиды носа. Довольно симпатичного, кстати. Даже криво сидящие на нем очки не скрывают этого.

— Спокойной ночи, Катя, — произношу торопливо и, пока она не опомнилась, отступаю в сторону кухни.

Там одним глотком допиваю чай и вдруг вспоминаю, что весь день собирался написать Катерине с сайта знакомств. Достаю телефон и быстро набираю:

«Привет. Надеюсь, я не разбудил тебя?»

Жму «отправить». Через секунду где-то в районе лестницы коротко пиликает чужой телефон, а у меня на экране загораются две зеленые галочки — сообщение доставлено получателю.

Несколько секунд пялюсь на экран. Потом, стараясь ступать неслышно, выхожу из кухни. Выглядываю в холл, где у лестницы по-прежнему стоит моя вторая помощница и читает сообщение на своем телефоне.

Мгновенно печатаю новый текст:

«Как настроение? Надеюсь, никто тебе его не испортил?».

Глупость написал, конечно. Но мне сейчас не до изящной словесности — у меня в голове, кажется, сложился интересный пазл. Можно сказать, наступило просветление!

Трубка в руках Екатерины Мельниковой тихо пиликает, а у меня на экране снова появляются две зеленых галочки. Которые тут же меняют цвет на синий — получатель открыл сообщение.

Набираю в грудь побольше воздуха и медленно-медленно сцеживаю его сквозь стиснутые зубы — вот так Катя! Вот тебе, Родион Юрьевич, и серая мышка! Лисичка, а не мышка. А ты осел, которого обвели вокруг пальца.

Глава 44

Катя Мельникова

Он меня поцеловал! Конечно, не в губы и даже не в щеку. Всего лишь в кончик носа, как сестру, или старую подругу. Но все равно удивительно…

Еще он извинился. Мой босс Родион Алмазов, который прав всегда и везде, попросил у меня прощения. У меня! Есть от чего обалдеть…

Стою у лестницы, прихожу в себя, и тут пиликает мой телефон. Подношу экран к глазам и настроение мгновенно портится — Кате с «Мамбы» пришло сообщение от… абонента «Родион»!

Печально усмехаюсь: значит пообщался с некрасивой Катей и сразу начал писать красивой Катерине. Очень по-мужски!

Не успеваю ответить, как приходит второе сообщение, а у меня появляется ощущение, что мой затылок сверлит чей-то взгляд. Резко оглядываюсь, уверенная, что за спиной стоит Алмазов, но в холле пусто.

Решив не испытывать судьбу, бегу по лестнице наверх и закрываюсь в своей комнате — ну что же, абонент «Родион», пообщаемся!

Печатаю ответ:

— У меня настроение отличное! А у тебя?

— У меня двойственное. Я только что сделал неожиданное открытие и не знаю, что чувствую по этому поводу.

— На какую тему открытие?

— О человеке, которого, как я думал, знаю плохо, а оказалось, не знаю совсем.

— Да, так бывает. Мы даже о себе знаем далеко не все, что уж говорить о других? Они для нас закрытая книга, лишь иногда позволяющая перевернуть страничку-другую.

— Хм. Пожалуй, я не готов согласиться с такой идеализацией человеческой натуры. Неужели тебе не встречались люди, готовые рассказать и показать все самое сокровенное в своей "книге"? И даже настойчиво предлагающие взглянуть на внутренности обложки, хотя туда смотреть мало кого тянет.

— Думаю, все люди любят показать себя. Особенно женщины. Особенно, когда влюблены. Хотят продемонстрировать свои привлекательные, сильные стороны.

Но никто не покажет тебе изнанку, потому что считается, что она некрасива и постыдна. Хотя именно за это скрытое люди и любят друг друга, считывая его на уровне интуиции. В идеальное люди поверхностно влюбляются. Любят по настоящему за изъяны, которые совпадают с нашими собственными.

— Ты философ, Катерина?

— А ты, Родион?

— Я циник.

— А я ведьма.

— Думаю, ты добрая волшебница.

Невольно улыбаюсь и пишу:

— Спокойной ночи. Моя рабочая командировка уже началась и завтра придется рано вставать.

После паузы от него приходит ответ:

— Ты пришлешь мне свое фото? На рабочем месте…

Долго думаю, что ответить. Ограничиваюсь нейтральным:

— Посмотрю по ситуации.

— Буду ждать. Спокойной ночи, Катя-Катерина.

Закрываю переписку. Какое-то время сижу, покусывая губы, и размышляю обо всем, произошедшем сегодня. В основном, думаю о поведении босса и своей странной реакции на его смех, а потом поцелуй.

Я на него обиделась, словно он не начальник, а… близкий человек, сделавший мне больно. Но ведь это не так! Он босс, я подчиненная, и сегодняшний поцелуй в нос — это ни о чем. Да и его предложение купить мне новые очки — это просто вежливость. Ничего особенного, а я волнуюсь, словно влюбленная школьница.

Но ведь я не влюблена в него, а он в меня тем более. Он даже в Катю с "Мамбы" не влюблен нисколько. Максимум, чувствует симпатию, а в основном у него голый расчет — подходит девушка для его целей, или нет.