D Z – Мист (страница 2)
Кайрен кивнул. В другое время он бы наверняка рассказал этому джентльмену, что так вовремя пришел к нему на подмогу, о том, что он играет за детскую команду «Элементари Скул Уайт» на позиции нападающего, что он забивает в каждом матче, и что тренер очень доволен его успехами, но сейчас ему страшно хотелось узнать, что же такое он достал из ливневого приемника вместе со своей шайбой. Мужчина проследил направление его взгляда, и вздохнул.
– За год до того, как ты родился, Кайрен, на этом месте случилось кое-что плохое.
– Плохое? – переспросил парнишка.
– Да, очень. Здесь погибло несколько хороших людей. Эта штука, что ты нашел, напомнила мне о тех событиях. Видимо, она лежит здесь с того самого дня, как Фарадэй Кавана взял в заложники своего лучшего друга, забаррикадировался на втором этаже этого дома и потребовал вернуть ему сына.
Кайрен озадаченно нахмурился и надул губы. Ему было немного тревожно слышать такое от незнакомого человека, особенно учитывая то, что родители самого Кайрена никогда ни о чем подобном ему не рассказывали. Конечно, мальчик знал, что на большой земле – или, как говорили старшие, «на материке» – из-за плохих людей порой случаются трагические происшествия: массовые расстрелы, захваты заложников, погони, террористические акты. Об этом всегда напряженным голосом сообщают дикторы новостей, а затем корреспонденты с особым тщанием раскрывают мельчайшие подробности в прямом эфире. Но о том, что нечто похожее происходило в его родном городе, Кайрен никогда прежде не слышал.
– А кто забрал его сына? – с детской непосредственностью спросил он, пытаясь сгладить неудобный момент, и тотчас же пожалел об этом. У мужчины вдруг дрогнула нижняя губа, уголки глаз увлажнились, и Кайрену это не понравилось. Он всегда чувствовал неприятное стеснение, когда видел взрослых людей плачущими. По мнению Кайрена, плакать разрешалось только детям. Мальчик тут же опустил глаза и стал ковырять носком кроссовка дорожное покрытие.
– Этого до сих пор никто не знает, – наконец услышал Кайрен. Мужчина говорил тихим, но твердым голосом, и парнишка вновь посмотрел на него. Тот натянуто улыбнулся, положил ладони на плечи мальчика и мягко произнес:
– Вот что, дружище. Тебе не следует бродить одному по пустым улицам. Если уж гоняешь шайбу, то делай это недалеко от дома, хорошо? Не заставляй родителей переживать понапрасну. Ну, бери свою клюшку, я провожу тебя.
Кайрен уже и позабыл о том, что воображаемая финальная игра за главный трофей «Национальной хоккейной лиги» еще не завершилась, но настроения доигрывать у него уже не было. Таинственная находка омрачила его беззаботное утро, и мальчик, насупившись, подобрал обломки клюшки и побрел за мужчиной вверх по Калхун-авеню. Через минуту они повернули на улицу Лэйк и скрылись за углом.
Эпизод первый: Сирша. Июль 2018.
Кардиолог попросил подождать несколько минут, вышел в коридор, и Сирша осталась в кабинете одна. Сидеть сложа руки было скучно, и она тут же полезла в сумку за смартфоном: за те полчаса, что она провела в кабинете эхокардиографии, в мире могло произойти все что угодно. Без регулярной сверки с актуальными новостями в социальных сетях и мессенджерах, Сирша чувствовала себя как голая. Работа требовала от нее постоянного присутствия в сети, а в чатах наверняка уже скопились пропущенные сообщения от друзей. Помимо прочего, Раст имел обыкновение спрашивать, как у нее дела, именно в послеобеденное время. Эта привычка поначалу умиляла Сиршу, спустя год отношений стала слегка раздражать, а спустя еще один настолько въелась в подкорку, что девушка могла инстинктивно почувствовать, есть ли в телефоне сообщение от Раста.
Сирша перешла по ссылке, скептически хмыкнула при взгляде на цену, и отослала Расту целующий смайлик. Билеты были не из дешевых, но в их обоюдной системе ценностей казались вполне приемлемыми. Сирша не привыкла экономить, особенно на комфорте, и Раст прекрасно это знал.
Врач все не возвращался, а девушка была полностью поглощена лентой «Твиттера». Пролайкав некоторые посты политического характера, направленные против Дональда Трампа и его недавнего высказывания об усилении контроля за мигрантами, Сирша открыла мессенджер и списалась со своим начальником в SMM отделе относительно лингвистической ярмарки. До события оставалось чуть меньше месяца, и практически все крупные игроки в области языкового обучения дали свое согласие на участие – так что у девушки наконец-то выдались более-менее свободная неделя после нескольких месяцев почти круглосуточной работы. Появилась возможность подольше поваляться в кровати, сходить вечером в клуб с Растом, и наконец посетить кардиолога, что, по правде говоря, стоило сделать уже давно: в последнее время девушка временами ощущала болезненные покалывания в области сердца. Сама она списывала это на стресс от интенсивной работы – в прошлом такое случалось во время подготовки к выпускным экзаменам. Но мама, стоило Сирше по неосторожности обронить в телефонном разговоре фразу о болях в груди, тут же потребовала от нее немедленного посещения врача и взяла с нее слово, что та не забудет. Так что после того, как основные организационные дела по ярмарке были улажены, и босс поблагодарил Сиршу за проделанную работу, девушка записалась на прием в «Кардиологический Диагностический Центр» на Манхэттене. Сделала она это совершенно нехотя, так как боли больше ее не беспокоили, но все же предпочла сдержать данное маме слово.
– Мисс Баррелл, прошу прощения за ожидание, – с легким индийским акцентом произнес врач, возвращаясь в кабинет. Бейджик на нагрудном кармане представлял его: «Джавид Пател, доктор медицины».
– Ничего страшного, – ответила девушка, с усилием отлепляясь от экрана телефона.
– Необходимо было проконсультироваться с главным кардиологом больницы в соседнем крыле.
Тень беспокойства легла на лицо Сирши.
– Что-то не так?
– Нет, мисс Баррелл, все в порядке, – поспешно заверил ее врач и, сбросив очки на кончик носа, пробежался глазами по листу с результатами анализов. – Вы говорили мне, что знаете о наличии у вас трабекулы левого желудочка, не так ли?
– Да, мне диагностировали ее еще в детстве, – кивнула девушка.
– Что ж, не то, что бы был какой-то повод для серьезного беспокойства, – доктор Пател сел за стол и скрестил пальцы. – Это, как вам уже наверняка известно, малая аномалия сердца и в отсутствие осложнений она не является жизнеугрожающей. Однако эхокардиограмма зафиксировала у вас так называемую «мерцательную аритмию». Это происходит из-за того, что ваша трабекула не продольная, а поперечная. Я вижу, вы опять забеспокоились, мисс, – мягко улыбнулся врач. – Не переживайте, прошу вас. Случай вполне рядовой. Единственное, что несколько осложняет вашу ситуацию, это отсутствие в вашей электронной медицинской карте истории болезни в период до десяти лет. Насколько я понимаю, вы давно не наблюдались, так что, скорее всего, старые записи просто не оцифровали. Для утверждения курса правильного лечения нам необходимо с ними ознакомиться: важно понимать, каким образом аномалия развивалась в детском возрасте. Как правило, старые бумажные медицинские карты хранятся в архивах поликлиник даже после оцифровки, так что проблем с ее получением у вас возникнуть не должно.
Сирша нахмурилась и опустила глаза в пол.
– К сожалению, они возникнут. Та медицинская карта осталась в моем родном городе.
– Где же именно?
– Мэг Поинт, штат Аляска. Портовый город на острове Баранова.
Джавид Пател широко улыбнулся:
– Я знаю этот город. Мой старший брат в восьмидесятых годах работал на Аляске и однажды бывал там. Он показывал мне фотографии. Красивое место. Природа просто восхитительная.
Сирша предпочла молча не согласиться. Пател моргнул и вернулся к профессиональному разговору.
– Я бы предложил вам направить запрос в больницу Мэг Поинт, в которой вы наблюдались, либо съездить туда самой и лично забрать карту из архива. Если хотите знать мое мнение, лучшим вариантом будет забрать карту самостоятельно. С нынешней бюрократической процедурой касательно архивов медицинских учреждений вы можете дожидаться записей месяцами, а я не рекомендую затягивать с лечением.
Девушка неопределенно покачала головой, продолжая изучать собственные туфли. Выглядела она расстроенной. Перспектива вернуться туда, откуда она с огромной радостью сбежала десять лет назад, была удручающей.
– Пока что, мисс Баррелл, я выпишу вам рецепт на курс дигоксина, – бубнил доктор, выписывая рецепт, – А также попрошу вас воздержаться от пищи с повышенным содержанием холестерина и серьезных нагрузок. Вы, случаем, не практикуете йогу?
– Немного, – ответила Сирша, – И еще занимаюсь фитнесом.
– Замечательно, – кивнул врач, – Также я рекомендую вам начать посещать бассейн.
Доктор Джавид Пател еще какое-то время рассказывал о влиянии физических упражнений на работу сердца и правильной диете, которой следует придерживаться людям не только с сердечными заболеваниями, но и вообще всем. Сирша слушала его в пол-уха и соглашалась со всем сказанным. Она уже не в первый раз выслушивала подобную лекцию и, надо сказать, следовала советам врачей вполне добросовестно. Девушка серьезно следила за собой, и могла похвастаться хорошим самочувствием и стройной фигурой. Эх, если бы не эта проклятая трабекула! Но в данный момент Сирша злилась на свою трабекулу не из-за периодических болей в груди, которые предпочитала мужественно игнорировать, а из-за того, что ей, вероятно, придется вернуться в ненавистный городишко на краю земли. Много лет назад она пообещала себе, что ноги ее больше не будет в штате Аляска, но, по всем признакам, злая ирония судьбы возвращает ее обратно. Интересно, как отреагирует мама на эту новость.