Д. Ковальски – 10 комнат (страница 2)

Демьян узнал этот голос. Портье. Его вежливая, чуть заискивающая интонация выдавала привычку быть учтивым.

– Неужели обязательно? – Демьян провёл рукой по лицу, ощущая усталость, но в глубине души понимал, что отказаться будет не самым разумным ходом.

– Было бы желанно, господин, – мягко ответил портье. – Все постояльцы сегодня собираются. Ужин подаётся внизу, в гостиной. Вам понравится.

Демьян помедлил, чтобы прислушаться. Снова вернулось то противное липкое чувство, что за ним наблюдают. Он огляделся, но не заметил в стенах отверстий. Да и других звуков, кроме лёгкого шороха за дверью, не было.

– Хорошо. Спущусь через минуту.

– Прекрасно, господин, – голос за дверью чуть сместился, шаги затихли по коридору.

Демьян ещё раз оглядел комнату, словно пытаясь уловить в ней что-то ускользающее. Затем подошёл к окну и выглянул на улицу. Темнота за стеклом сгустилась, скрывая от глаз любые очертания. Только мутный отблеск фонаря у ворот дрожал в сыром воздухе, но за его слабым светом простиралась сплошная пустота.

И всё же… что-то было там. Или кто-то? Чувство слежки не покидало его, карабкалось по спине. Казался сам себе зверем, что слепо идёт в расставленные силки, сам не понимая, что делает шаг навстречу ловушке.

Он ногой поправил половицу, затем неторопливо накинул пиджак, затянул галстук и провёл рукой по волосам, приглаживая их назад. Его отражение в мутном стекле окна смотрело на него серьёзно, но в уголках губ проскользнула тень насмешки.

– Что-то ты совсем раскис, дружочек, – обратился он к отражению. – Неужели ты думал, что будет так легко.

Он ударил себя по щеке.

– Знал же, что нет.

Демьян выглядел мужчиной, который знал себе цену. Высокий, широкоплечий, но не тяжёлый, а выточенный, словно созданный для движения. Густые тёмные волосы, приглаженные назад, подчёркивали прямые скулы и сильный подбородок. Лёгкая тень щетины делала его образ чуть небрежным, но вовсе не неряшливым – скорее, эта деталь придавала ему опасного шарма. Его серые глаза, холодные и внимательные, умели пронзать людей насквозь, но при желании он мог наделить их тёплой искрой, обволакивая собеседника очарованием, от которого сложно было устоять.

Демьян медленно подошёл к саквояжу, расстегнул его и нащупал в глубине металлическую прохладу.

Пистолет.

Надёжный компактный браунинг образца 1900 года – оружие, которое легко скрыть под одеждой, но достаточно мощное, чтобы внушать уважение. Он осмотрел его, привычным движением проверил патроны и аккуратно спрятал во внутренний карман пиджака. Оружие плотно прилегло к телу, создавая лёгкую тяжесть – напоминание, что он не беззащитен. У него был день форы, так что они явно не поспеют. Он может позволить себе небольшую передышку. И он не так прост, как они полагают.

Внезапно с улицы донёсся резкий хлопок. Демьян вздрогнул, рука машинально скользнула к карману. Секунду он прислушивался, затаив дыхание. Снова тишина. То ли ветер ударил ставнями, то ли что-то упало в ночи.

Снизу доносились приглушённые звуки – стук тарелок, позвякивание столовых приборов, низкие голоса, обрывки разговоров. Гостиница оживала к ужину. В коридоре тоже послышались шаги и негромкие фразы: кто-то смеялся, кто-то бормотал что-то себе под нос. Демьян поморщился. У него не было ни малейшего желания спускаться, но оставаться в комнате означало привлечь лишнее внимание.

А это последнее, чего он хотел.

Лучше уж сыграть привычную роль соседа, чем попасться из-за глупых домыслов работников гостиницы. Он вздохнул, ещё раз коснулся пистолета во внутреннем кармане, словно убеждаясь, что тот на месте, затем выпрямился и направился к двери. Пора было встретиться с остальными постояльцами.

Он вышел из номера, и его тут же чуть не сбили с ног двойняшки, мальчик и девочка лет шести, которые с визгом неслись по коридору, совершенно не глядя, куда бегут. Они врезались бы в него, если бы не быстрые руки женщины, догнавшей их в последний момент.

– Ах, простите, – сказала она, перехватив детей за плечи. – Без отца и няни они сами не свои. – Она устало улыбнулась.

Демьян молча посмотрел на неё. Он сразу догадался, что это их мать – на явное сходство указывали одинаковые тёмные глаза и прямые носы. Мальчик заворожённо уставился на него, не переставая ковырять в носу, а девочка смущённо спряталась за подол матери.

– Ничего, – коротко бросил Демьян и двинулся к лестнице. Его поразила странная мысль: дама выглядела слишком хорошо для этой гостиницы. Дорогое платье, ухоженный вид – всё это казалось чужеродным в убогом интерьере. Неужели на десятки вёрст вокруг нет места поприличнее?

Спустившись вниз, Демьян столкнулся с управляющим. Это был высокий мужчина с осанкой, выдающей гордую выправку, но одет он был в старый, слегка потёртый сюртук, который когда-то был добротным, но теперь выглядел изношенным. Под ним виднелся плотный жилет, явно не по размеру, а на руках белели перчатки, уже тронутые временем. Единственная безупречная деталь – идеально начищенные сапоги.

Тот молча кивнул и жестом указал на дверь вглубь дома.

– Гостиная, господин. Прошу.

Демьян прошёл за ним в зал с камином. Это была просторная комната, но в ней он ощутил давящую тяжесть. Тёмные стены, увешанные старыми картинами в массивных рамах, потолок, испещрённый трещинами, и тяжёлые портьеры, скрывающие окна, будто защищая гостей от внешнего мира. Камин в углу, обложенный камнем, лениво потрескивал, давая мало света и тепла, но создавая иллюзию уюта.

В центре зала стоял массивный дубовый стол, на котором уже частично накрыли угощения: поднос с горячими пирогами, несколько тарелок с мясом, бутылка крепкого вина и старые серебряные приборы, начищенные до блеска.

За столом сидели несколько человек. Ближе к центру – полный мужчина с залысинами. Его дорогой, но слегка поношенный сюртук выдавал в нём человека состоятельного, но не тщеславного. Он лениво перебирал в пальцах монету, а на его толстых руках блестело массивное кольцо. Демьян углядел в нём явного банкира, привыкшего вести дела исключительно на выгодных условиях.

Рядом с ним сидел мужчина с выправкой солдата и выражением человека, привыкшего к власти. Его мундир хоть и без видимых знаков отличия был дорог, а на груди поблёскивали несколько орденов. По возрасту и осанке Демьян прикинул – вероятно, генерал или полковник, человек, которому не привыкли возражать. Скорее всего, отставной, но не нашедший покоя в обычной жизни. За разговором он мог убедиться в своих домыслах, но к представителям военного дела он относился с презрением.

Чуть дальше за столом расположилась знакомая девушка, которую он встретил на лестнице. Теперь она сидела прямо, сдержанно глядя перед собой, но Демьян уловил её взгляд на себе. Рядом с ней, напротив банкира, расположилась пожилая женщина в бордовом платье с усталым и болезненным видом, словно её присутствие здесь было скорее необходимостью, чем желанием.

Демьян медленно прошёл к свободному месту, выбрав такое, чтобы видеть всех сидящих за столом.

Девушка мельком взглянула на него, её губы чуть дрогнули, затем она наклонилась ближе к пожилой женщине и что-то тихо шепнула. Старушка слегка кивнула, поджала губы и уже вслух негромко, но отчётливо начала что-то говорить в ответ. Демьян уловил несколько слов, но смысл фразы потерялся среди общего гула за столом. Тем не менее ему показалось, что речь шла о нём.

Следом за ним, снова дико визжа, вбежали дети. Их звонкие голоса нарушили напряжение в зале. Они пробежали вдоль стола, не обращая внимания на недовольные взгляды взрослых, и скрылись за портьерами, продолжая весело перекрикиваться.

Портье вышел из тени, начав разливать вино по бокалам и раскладывать приборы, сигнализируя о начале ужина. За столом стало оживлённее: кто-то обсуждал качество поданного мяса, кто-то невнятно ворчал про дорожные неудобства. Банкир лениво помешивал ложкой суп, раздумывая вслух о цене зерна, а генерал сдержанно кивал, явно не слишком интересуясь этой темой.

Чуть позже вниз спустился ещё один мужчина –высокий, худощавый, с тонкими чертами лица и внимательными глазами. Демьян бегло окинул его взглядом: отглаженный, но немного усталый костюм, аккуратно уложенные волосы, тонкие пальцы – этот человек либо врач, либо аптекарь, возможно, судебный эксперт или даже преподаватель естественных наук. Его взгляд был внимательным, слегка оценивающим, как у того, кто привык наблюдать и делать выводы. Все-таки врач.

Демьян редко ошибался в людях. Повидал немало к своим тридцати годам.

Мужчина сел рядом, откинулся на спинку стула и с лёгкой улыбкой посмотрел на Демьяна.

– Иван Андреевич, – представился он, протягивая руку.

Демьян на секунду замешкался, затем ответил лёгким кивком и улыбнулся в ответ.

– Николай Алексеевич Стрельцов, – сказал он, выдавая себя за другого. Затем спросил, внимательно наблюдая за собеседником:

– Врач?

Иван Андреевич удивлённо распахнул глаза.

– Да, как вы догадались? – его улыбка стала шире, в глазах мелькнуло искреннее любопытство. – Вы, наверное, сыщик? – с интересом добавил он.

– Нет, часовщик, – спокойно ответил Демьян. – Я просто замечаю детали, по ним и сужу. Да и вы мне напомнили одного знакомого, что тоже лечит людей.

– Ваше лицо мне тоже кажется знакомым, – не убирая с лица улыбки, заметил Иван Андреевич, внимательно разглядывая его.