Coin Noa – Архандеус. Возрождение из небытия (страница 3)
Начав свой путь в начале лагеря, Балок без колебаний убивал всех, кто держал оружие или пытался поднять тревогу. Заходя в каждый шатер, он безжалостно уничтожал тех, кто погрузился в сладкий сон. Даже спящий воин представлял угрозу для его миссии. Нельзя было ослаблять свои инстинкты, пока оставалась хоть одна цель.
Один из шатров особенно выделялся среди остальных. С виду он не отличался ничем примечательным, но был невероятно большим. От него исходил странный аромат – смесь цветов и трав, которая вызывала у него чувство тревоги. Этот шатер казался оазисом в море страданий, но Балок знал, что под его поверхностью скрывается нечто гораздо более мрачное. Окрававленным топором он убрал плотную занавеску с входа в шатер. Осмотрев мрачную обстановку, Балок обнаружил, что шатер представлял собой зловещую пыточную или лабораторию для приготовления странных эликсиров и зелий. Внутри висели различные органы, руки, глаза и даже куски кожи. Перед входом стояли благовония и цветы, чтобы заглушить тяжелый запах, который мог бы распространиться по лагерю. Какой хитрый ход, подумал он, но зачем прибегать к таким зловещим методам? Подойдя к ближайшему столу, он увидел записи, книги, рисунки и чертежи с органами, исписанные непонятными символами. Внезапно, за занавеской раздался звук шагов, и Балок приготовился к неожиданному визиту. Воин, вошедший в шатер, вел за собой рабыню. Воин был настолько поглощен своими мыслями, что даже не заметил присутствие Балока в тени. Он бросил рабыню на стол и привязал её к нему, затем достал огромный клинок и начал медленно затачивать его, словно наслаждаясь процессом.Рабыня не издавала ни звука, хотя ее глаза были широко открыты. Медленно подойдя к воину со спины, схватил его за шею и приподнял над землей. Балок, чувствуя холодное дыхание смерти, спросил, почему она молчит. Ее взгляд был пустым и неподвижным, словно она уже покинула этот мир, но тело все еще цеплялось за жизнь.
Воин:
– Кто ты такой, чтобы задавать подобные вопросы? Тебе не следует знать, что тебя ждёт. Это знание разорвёт твой разум на части.
Балок:
– Замолчи, несносный глупец! Отвечай на мой вопрос: что с ней? Если ты не скажешь, я узнаю это от другого… А тебя ждёт незавидная участь.
Воин:
– Постой, я всё расскажу… Только не спеши с выводами.
Ей дали какие-то травы, чтобы ослабить её дух, и ввели яд, который медленно парализует её тело.
Балок:
– Зачем?
Воин:
– Чтобы извлечь её внутренние органы и обездвижить её. Мы используем их в ритуалах.
Балок:
– Значит, вы не просто охраняете рабов… Вы используете их тела для своих тёмных обрядов.
Воин:
– Ты хочешь в долю? Без проблем, воины с подобными навыками нам нужны. Ты не представляешь, сколько стоят органы и кожа на черном рынке. Особенно этих тварей из расы Архандеус.
Балок:
– Мерзость…
Балок продолжал удерживать воина на земле, другой рукой, державшей топор, он прорезал в его спине глубокий порез вдоль всей спины. Кинув свой топор в землю, он начал вытаскивать позвоночник воина. Конечно, воин был в сознании и от такой боли визжал, как свинья.
Пока Балок выдирал позвонок, его лицо искажалось от злобы, и он говорил кричавшему воину, что продаст его внутренности и скелет на черном рынке, а лучше отдаст на съедение диким зверям. Закончив с воином, он разразился зловещим смехом. Он наконец размялся, но впереди его ждало еще много жертв. На крик воина сбежались несколько солдат, все как один заскочили в шатер, увиденный ужас потряс их до глубины души. Балок стоял, словно демон, измазанный в крови воина, в руках держал его позвонок. Все солдаты выбежали из палатки, крича, что демон пришел за их душами. Сбежавшим воинам подоспела подмога, несколько всадников и лучников.В стремлении избежать смерти было принято решение поджечь палатку с находящимся внутри демоном. Воины считали, что огонь спасет их от ужасной судьбы. Поджигая палатку, они стояли и смотрели, как огонь пожирает всё внутри. Они радовались как безумные, крича во весь голос, что демон не сможет их забрать. Но один из воинов стоял, объятый ужасом, пока другие солдаты продолжали ликовать. Никто не заметил, что из пылающей палатки не доносилось ни звука. Внезапно наступила тишина, и радостные лица воинов исказились от страха. Они прислушивались к пылающему огню, который, казалось, дышал злобой. Один из воинов своими глазами увидел, как из огня к нему приближается нечто ужасное, окутанное пламенем. Балок медленно выходил из палатки, объятый адским огнем. Не прошло и секунды, как он начал рубить их на части, не замечая, что сам горит. Огонь на его теле лишь усиливал их ужас.Даже всадники рванули с места, пытаясь спастись от этого кошмара. Те, кто осмелился противостоять демону, обрели вечный сон в объятиях его пылающей ярости. Поняв, что им не справиться, воины начали разбегаться в панике, оставляя за собой лишь крики и отчаяние. Огонь от пылающей палатки перекинулся на соседние, жадно пожирая всё на своём пути. Тьма сгущалась, и Балок, воспользовавшись хаосом, шёл вперёд, не скрываясь. Он знал, что весь лагерь уже был охвачен ужасом перед демоном, который не берёт ни огонь, ни железо. Пройдя ещё немного вглубь лагеря, он добрался до самого главного, который уже поджидал его с мрачной решимостью. Встретившись взглядами, командир с леденящим душу возгласом приказал своим воинам выпустить по демону град стрел. Балок, с дьявольской усмешкой, мрачно отразил все стрелы своими топорами, стоя неподвижно, словно статуя из ночного кошмара.Вокруг него в земле были вмурованы не меньше тысячи стрел, которые торчали, словно жуткие шипы на алтаре его мрачной силы. Командир, с холодом в голосе, приказал своим солдатам выпустить зверей. Воины, дрожа от страха, подбежали к громадным клеткам, которые скрывались под тяжелыми простынями, словно саваны. Убрав их, их взору предстали звери, которых они держали в клетках. Это были мараки, редкие существа, оставшиеся на всей земле, волки с шипастыми спинами, которых выводили для борьбы с громадными зверями, чьи шкуры были тверже железа, не пробиваемые ни мечами, ни топорами. Балок, увидев, кто на него бежит, испытал мрачное удовлетворение, словно дитя, отбросив топоры в стороны и выжидая на месте, пока один из двух мараков приблизится к нему. Он встал в стойку для нанесения удара.Одного он врезал точно в пасть в воздухе. Другого, схватив, когда тот хотел отгрызть ему ногу, взял за пасть и раскрыл ему рот, начиная руками двигать его челюсть в разные стороны, пока не разорвал его на части. Очнувшись от удара, марак признал Балока сильным. Подойдя к нему с поджатым хвостом, Балок протянул ему руки и погладил его по голове. Марак признал в Балоке своего хозяина и, вместо того чтобы напасть на него, встал рядом с ним, скалясь на прежних хозяев. Не теряя времени даром, марак, словно воплощение беспощадной ярости, устремился к солдатам, которые мучили его. С каждым его шагом воздух наполнялся запахом крови и ужаса. Его зубы, острые как бритва, впивались в шеи солдат, оставляя после себя лишь кровавые следы. Балок не отставал, его мощные руки с легкостью ломали кости и разрывали плоть. На пути к цели он не знал пощады, и каждый его удар был смертельным.
Командир солдат, ослепленный яростью Марака и Балока, не успел понять, что его солдаты больше не способны оказать сопротивление. Отступая в панике, он попал в руки Балока, который без колебаний сомкнул свои мощные пальцы на его горле.
Балок:
– Значит, это ты здесь главный, кусок мяса?
Командир солдат:
– Ты, блядь, кто такой? Что тебе нужно?
Балок:
– От тебя мне ничего не нужно. Кусок дерьма вроде тебя не в силах мне помочь.
Командир солдат:
– Подожди, не нужно меня убивать, я дам тебе всё, что ты захочешь: золото, девок.
Балок:
– Ты не путай сброд человеческий и меня, золото меня вообще не интересует. И остальное тоже.
Командир солдат:
– Подожди, я могу предложить то, от чего ты не откажешься, поверь мне.
Балок:
– Показывай, если меня разочаруешь, я выпущу тебе кишки.
Балок отпустил командира солдат, следуя за ним на небольшом расстоянии, чтобы тот не вздумал сбежать. Марак покорно шагал за балоком, чувствуя, как холодный страх сковывает его изнутри. В конце лагеря балок заметил, как тени рабов с цепями на шеях сгустились вокруг них троих, создавая зловещую ауру.
Балок:
– Вам что надо? Вы свободны.
Раб:
– Господин, возьмите нас с собой, мы будем служить вам верой и правдой, несмотря на тьму.
Балок:
– Верой и правдой говоришь. А ты кто такой, чтоб произносить такие слова?
Раб:
– Господин, я всего лишь простой смертный, но с нами есть и другие. Здесь собраны те, кто восстал против правил или стремился покинуть эти проклятые земли.
Балок:
– Другие?
Раб:
– Да, господин, среди нас есть люди, архандеусы, представители иных рас, изгнанных из своих миров.
Балок:
– Что ж, так и быть, но держитесь в тени и не попадайтесь мне на глаза. Можете следовать за мной, но помните: любая ошибка будет стоить вам жизни.
У Балока созрел зловещий план, о котором он упорно молчал, и вот балок следует за командиром солдат с мрачной решимостью, ведя за собой несколько тысяч рабов. Командир солдат ведет балока всё дальше от лагеря, в глухую, зловещую тьму, пока не приводит к мрачным, заброшенным зданиям, стоящим в двух километрах от лагеря. Балок, не придав значения этому месту, начинает раздраженно злиться, не понимая, зачем командир привел его сюда, в этот зловещий уголок.