Чарльз Нордхофф – Остров Питкэрн (страница 4)

— Думаю, лучшего места для высадки мы не найдём, хотя южного берега ещё не видели. Я возьму троих полинезийцев и сейчас осмотрю его. Если ветер переменится, отойди от берега. Мы сами о себе позаботимся.

Вскоре маленькое каноэ спустили за борт. Тетахити и ещё двое мужчин взялись за вёсла, Кристиан уселся на носу, и лёгкая лодка быстро заскользила прочь от корабля. Миновав одинокую скалу и мыс у восточного края бухты, каноэ пошло вдоль подножия небольшой лесистой долины, где огромные старые деревья возвышались над зарослями папоротников и цветущих кустарников. Выше линии прибоя повсюду рос панданус — винтовая пальма; его колючие листья были мокры от солёных брызг, а цветы наполняли воздух восхитительным ароматом. Вскоре они обогнули самый восточный мыс острова, отвесно обрывавшийся в море среди огромных скал, вокруг которых кипел прибой.

Когда каноэ повернуло на запад, перед Кристианом открылась мелкая бухта в форме полумесяца. Южная зыбь с огромной силой обрушивалась здесь на узкую песчаную полоску у подножия отвесных скал, взобраться на которые без спущенных сверху верёвок было невозможно. Вдоль скальных стен кружила туча морских птиц, так высоко над головой, что даже в короткие мгновения затишья между ударами волн их крики не достигали людей в каноэ.

— Плохое место! — сказал Тетахити, когда лодку подняло на гребень волны и сквозь дымящуюся пену показался пляж. — Человеку отсюда не выбраться. Разве что ящерице.

— Идём дальше, — приказал Кристиан. — Посмотрим, что там.

Всё южное побережье острова оказалось неприступным: из моря торчали зубчатые скалы, а берег вздымался отвесными стенами, почти не уступавшими утёсам полукруглой бухты. На западной стороне обнаружилась небольшая выемка, где в тихую погоду лодка, пожалуй, могла бы пристать. Но, завершив обход острова, Кристиан уже не сомневался: бухта, напротив которой стоял на якоре «Баунти», была единственным по-настоящему пригодным местом для высадки. Солнце садилось, когда он вернулся на «Баунти». Кристиан приказал поднять якорь и поставить паруса, чтобы на ночь отойти от острова и держаться с наветренной стороны.

Глава II

На рассвете следующего утра остров находился к северу, примерно в трёх лигах. Идя круто к ветру левым галсом, корабль плавно скользил по спокойному морю и около семи часов миновал юго-восточную оконечность острова. Обогнув мыс, примерно в полумиле к северо-западу они увидели неглубокую бухту, где «Баунти» стоял на якоре накануне. Непрерывно промеряя глубину, выставив наблюдателей на мачтах и на носу, корабль подошёл к берегу и снова бросил якорь в полумиле от пляжа, на глубине семнадцати саженей.

Кристиан и Янг стояли рядом на квартердеке, пока паруса подтягивали и убирали. Кристиан внимательно осмотрел берег в подзорную трубу и наконец повернулся к своему спутнику.

— Большую часть дня я проведу на берегу, — сказал он. — Если погода хоть немного изменится, выбирай якорный канат и будь готов отходить в море.

— Есть, сэр.

— Нам повезло с этим юго-западным ветром. Остаётся только молиться, чтобы он не переменился.

— Не переменится, можете не сомневаться, — ответил Янг. — По небу видно.

— Прикажи спустить одно из полинезийских каноэ.

Распоряжение выполнили быстро, и через несколько минут Кристиан вместе с Минари, Александром Смитом, садовником Брауном и двумя женщинами — Маймити и Моэтуа — направился к берегу. Минари сидел у рулевого весла. Бухта была усеяна огромными валунами, о которые с силой разбивались волны. Справа и слева к самой воде почти отвесно спускались каменные стены, но посредине бухты они обнаружили узкую полоску галечного берега — единственное место, где лодка могла пристать безопасно. Минари управлял каноэ с большим мастерством, отдавая короткие команды гребцам и следя за волнами, накатывавшими с кормы. Некоторое время они ждали за линией прибоя, а затем, улучив подходящий момент, понеслись к берегу на гребне длинной волны. Едва дно каноэ коснулось гальки, все выскочили наружу и вытащили лодку туда, куда уже не достигала вода.

Прямо перед ними круто поднимался густо заросший лесом склон — разрушенный остаток того, что некогда, должно быть, представляло собой сплошную каменную стену. Тут и там росли казуарины, некоторые невероятных размеров; их ажурная хвоя постоянно блестела от морских брызг. Кокосовые пальмы и панданусы поднимали свои пышные кроны над спутанной зеленью, а в густой тени росло множество видов папоротников. Несколько мгновений все молча оглядывались вокруг. Затем Маймити радостно вскрикнула и быстро направилась к кусту, росшему в расщелине между камнями. Она вернулась с веткой, покрытой блестящими листьями и небольшими белыми цветами, словно вылепленными из воска. Маймити прижала их к лицу и вдохнула тонкий аромат.

— Это тефано, — сказала она, поворачиваясь к Кристиану.

Моэтуа была восхищена не меньше. Женщины сразу набрали целые охапки цветов, уселись на землю и принялись плести венки для волос.

— Нам будет хорошо здесь, — сказала Моэтуа. — Смотри! Повсюду панданусы, аито и пурау. Почти как на Таити.

— Но стоит посмотреть на море — и уже не Таити, — задумчиво добавила Маймити. — Здесь нет рифа. Нам будет не хватать тихих лагун. И где реки? На таком маленьком острове, который так круто обрывается к морю, больших рек, наверное, быть не может.

— Нет, — сказал Кристиан. — Таких рек, как на Таити, мы здесь не найдём. Но в некоторых оврагах наверняка есть ручьи. Как думаешь, Минари?

Таитянин кивнул.

— Без воды мы не останемся. Земля хорошая. Если даже среди этих скал всё так густо заросло, значит, почва плодородна. Таро, ямс и батат будут расти здесь прекрасно. Возможно, мы даже найдём их в диком виде. А в оврагах наверняка есть бананы.

Кристиан запрокинул голову и посмотрел на зелёную стену, круто уходившую вверх.

— Расчищать землю под наши посадки придётся долго.

— А я за такую работу возьмусь с радостью, — горячо ответил Смит. — Сердце радуется, когда снова чувствуешь запах земли. Мы с Брауном будем только счастливы оставить здесь корабль, если вы так решите, сэр. Правда, Уилл?

Садовник кивнул.

— Мы останемся, сэр? — спросил он. — Вы думаете, это и правда остров Питкэрн?

— Я в этом убеждён. Он находится далеко от места, отмеченного на карте капитана Картерета, но другого острова здесь быть не может. А вот останемся ли мы — это ещё предстоит решить.

Женщины уже закончили плести венки и надели их на густые чёрные волосы, свободно падавшие на плечи. Кристиан смотрел на них с восхищением. Ему казалось, что он никогда не видел ничего прекраснее этих двух девушек в одеждах из тапы, когда солнечные пятна и тени листьев скользили по их лицам и стройным смуглым телам. Маймити быстро поднялась.

— Пойдём дальше. Мне не терпится узнать, что там.

Во главе с Минари они вскоре начали подниматься по хребту. Полинезийцы, а вместе с ними и Смит, быстро ушли вперёд. Кристиан и Браун шли медленнее, время от времени останавливаясь, чтобы рассмотреть растения и деревья. Склон был очень крут; местами приходилось подтягиваться вверх, хватаясь за корни и кусты. После подъёма примерно на двести футов склон стал положе. Здесь остальные ждали их. Впереди лежала густо заросшая лесом местность, которая после крутого подъёма казалась почти ровной. Далеко внизу под безоблачным небом темнело море насыщенного синего цвета. К югу земля довольно долго плавно поднималась, затем становилась круче, приближаясь к хребту, который ограничивал обзор с этой стороны. На северо-западе виднелся ещё один хребет, заканчивавшийся с обоих концов горными вершинами, зелёными до самых макушек, хотя на обращённом к морю склоне северной горы местами проступали отвесные голые каменные стены.

Перед ними лежала скорее огромная наклонная терраса, чем долина. Её пересекали с полдюжины оврагов; верхний край упирался в главный южный хребет острова, нижний — в обрывы над морем. По их приблизительной оценке, западные и южные гребни возвышались на пять или шесть сотен футов над тем местом, где они стояли.

— Та вершина на юго-западе должна быть не меньше тысячи футов над уровнем моря, — сказал Кристиан.

— Да, сэр, — ответил Смит. — Здесь мы будем высоко и в безопасности. Снизу и не подумаешь, что наверху столько хорошей земли.

Неподалёку земля резко опускалась к небольшому ручью, скрытому под такими огромными деревьями, что солнечный свет почти не проникал сквозь их кроны. Здесь они нашли прозрачный поток и с удовольствием остановились напиться. Кристиан решил разделить группу.

— Минари, вы с Моэтуа идите налево и поднимитесь на главный хребет. Смит, вы с Брауном двигайтесь на запад вслед за подъёмом — надо узнать, что находится за ним. Я пойду вдоль северного края острова. Около полудня встретимся дальше, где-нибудь под той вершиной. Остров такой маленький, что заблудиться здесь трудно.

Они разошлись. Оставляя море справа в поле зрения, Кристиан вместе с Маймити направился на северо-запад. Время от времени сквозь листву им открывалась гора впереди — густо покрытая лесом до самой вершины, но со стороны моря обрывавшаяся отвесными каменными стенами. Если не считать далёкого тяжёлого грохота прибоя внизу, казалось, что тишину этого места никто не нарушал с начала времён. Но через несколько минут, когда они отдыхали, сидя на стволе упавшего дерева, до них донёсся едва слышный птичий крик, повторявшийся снова и снова, словно издалека. К их удивлению, сама птица оказалась совсем рядом — маленькое серовато-пыльное создание с беловатой грудкой, метавшееся в подлеске и испускавшее свой одинокий монотонный зов.