Cd Pong – PHNX: Эволюция холода (страница 7)
Я перебираю то, что она принесла, а в голове бурлит привычный хаос мыслей.
Она прям не поскупилась. Это настоящие сокровища. Я последние месяцы ем полнейшую дрянь. В животе скрутило. Но тут же отозвалось где‑то ниже желудка.
Рычу в голос и отпихиваю такую вожделенную банку тушёнки.
Вышел на улицу.
Возвращаюсь, падаю на матрас в углу помещения. Тут не намного теплее, чем на улице. Стены промерзли, и огонь от костра не доходит.
Это тоже хорошо.
Меньше тепла – больше контроля.
Забываюсь сном.
Вижу её: она спрашивает, как меня зовут.
Смешная… Такая сердитая… Такая манящая…
Просыпаюсь от запаха гари.
Сука! Матрас дымит.
Он и так был весь в дырах, а теперь я его поджёг.
Плохо, очень плохо.
Давно во сне не поджигал ничего. Это всё рыжая гадина!!! Она лишает меня контроля!!!
– Заткнись! – кричу на темноту в голос.
Чёртов псих… Усмехаюсь… Это она в точку…
Я запретил себе вообще что‑то хотеть. Когда желаю – неизменно поджигаю.
Но разум подсовывает мне картинки, одна краше другой.
Вот моя рука на её теле.
Каково это трогать другого человека?
Какой она окажется на ощупь?
Собственное тело подводит: оно желает того, чего желать запрещено.
Но это сильнее меня. Чувствую, как матрас снова дымится.
Выскакиваю на улицу и падаю в ближайший сугроб плашмя. Когти мороза сразу же впиваются в мою возбуждённую плоть.
Когда перестаю чувствовать конечности, встаю и плетусь обратно. Падаю на матрас.
Через два дня, возвращаясь с очередной вылазки, (я так и не нашёл новый матрас, а от старого теперь воняло гарью) у двери увидел свёрток.
От него пахло так, что в животе мигом заурчало – так громко, что меня, наверное, слышали в соседнем городе.
Прохожу мимо свёртка. От него веет теплом… Тёплая, ароматная еда…
Глава 8. Без комментариев.
Я подошла к заколоченной двери котельной. Древесина была шершавой, в трещинах, по краям пробилась изморозь. Всё, что я принесла вчера, всё, что добыла с таким трудом, стояло там же, где я и оставила.
Вчера мне удалось принести горячей еды, пару консервов и кусок хлеба, завёрнутый в старую тряпку. Но его не было, и пришлось оставить у двери. Третий день на улице рекордные −43 °C в мае. Воздух резал лёгкие, каждый вдох обжигал горло.
Мир бился в агонии: дома стояли тёмные, окна заледенели, на улицах ни души.
А я ходила к фениксу, к тому, кого поклялась отлавливать и убивать.
Рванула дверь, та протестующе скрипнула, я почти влетела внутрь. В нос ударил запах дыма. Я подошла и толкнула его в плечо.
Он сидел у небольшого костра. Огонь едва теплился, бросал неровные блики на стены. В помещении, несмотря на пламя, было не больше +16 °C. Дрова почти прогорели, остались лишь тлеющие угли. А он в одной толстовке, рукава закатаны, руки в царапинах.