Бронислава Вонсович – Я ненавижу магические академии (страница 8)

Она провела еще раз, но реальность оказалась все так же жестока. Подумать только, я уже целых два часа как студентка академии, а декан до сих пор не озаботился внести меня в нужные списки. Это полное пренебрежение своими обязанностями и ущемление моих прав! Пылая праведным гневом, я поднялась еще на один этаж. Как мог этот наглый хвостатый тип так безобразно со мной поступить?

– У вас какие-то проблемы, фьорда? – недовольно спросил он.

– Да, проблемы! – обвиняюще сказала я. – Мне не выдают стипендию.

Посмотрела я при этом на него очень выразительно, другой бы на его месте сразу же покраснел и бросился исправлять столь вопиющую несправедливость, но этот даже ухом не повел!

– А почему вам ее должны выдать? – невозмутимо спросил он.

– Как почему? Я же студентка вашего факультета, – уверенно ответила я и даже жетоном своим перед его носом потрясла, а то вдруг он уже забыл.

– Видите ли, фьорда, – все так же холодно сказал он, – стипендию дают за прошедший месяц, когда вы у нас еще не учились.

– Как это за прошедший? – пораженно спросила я. – Но я… Мне стипендия необходима! И даже не просто стипендия, а повышенная!

Должен же он понять, что я не могу прожить на жалкую подачку, в отличие от привыкших к нищете плебеев? Мне нужна надбавка, как… как пострадавшей от Суржиков, вот! Он их так не любит, что мог бы назло им мне доплачивать. Даже из своего кармана, чтобы им хуже было! Я ослепительно улыбнулась, пытаясь внушить собеседнику эту нехитрую мысль. К сожалению, мысль не внушалась: с ментальной магией у меня совсем плохо.

– Возможно, после первой сессии одна из повышенных стипендий станет вашей, – но смотрел он так, будто сильно в этом сомневался.

– Но мне сейчас нужно! – напористо сказала я. – У меня вообще ничего нет. Мне даже зубную щетку купить не на что, не говоря уж о других жизненно необходимых мелочах. А вы еще горшок Фиффи разбили. Вы просто обязаны мне помочь!

Он с тяжелым вздохом вытащил из кармана немного монеток, пересчитал (вот ведь жмот какой!) и высыпал на стол:

– Этого на мелочи должно хватить. Думаю, за месяц вы отработаете.

Я смотрела на эти жалкие гроши и чувствовала, как злость поднимается и затапливает все перед моими глазами темной пеленой. Отработаете? Да чем он лучше этого гадкого Нильте? И слово-то какое отвратительное нашел для принуждения, ведь знает, что мне деваться некуда, я даже за территорию академии не могу выйти, мало ли что в голову бывшему жениху придет с расстройства, что остался без меня.

– А вы не считаете, фьорд Кудзимоси, что этого слишком мало? – процедила я, погромыхивая льдинками в голосе не хуже своего собеседника.

Когда надо, я могу быть очень неприятной. А уж когда меня оскорбляют подобным образом, пусть пощады не ждут. Отработаете… Вот ведь гад какой! Мало его Фиффи погрыз! Нужно было не просто погрызть, а сгрызть все до основания!

– Работницы оранжереи больше не получают, – ответил он мне с явным удивлением.

– Оранжереи? – растерянно спросила я.

– К этому времени других рабочих мест для студентов при Академии нет, – пояснил он. – Я могу, конечно, одолжить вам и большую сумму, но вам ее придется отдавать дольше.

Меня не порадовало даже то, что я ошиблась в отношении его намерений, поскольку он просто попытался заткнуть мной место, куда никто не захотел пойти. Я посмотрела на скромную денежную кучку на столе и расстроилась еще больше. За такую месячную зарплату не то что работать нельзя, за нее вообще мстить нужно!

– А какие-нибудь подъемные в связи с тяжелым материальным положением мне не положены? – я просительно улыбнулась.

Перспектива тащиться в оранжерею и тратить там свое свободное время совсем не привлекала. Мне нужно искать мужа, а в оранжереях они не растут и даже случайно туда не заходят! А из цветочков мне пока вполне хватает Фиффи, других я не переживу, особенно если они тоже кусаются.

– Вас приняли посредине семестра, – недовольно ответил Кудзимоси. – Исходя из вашего тяжелого положения. И я готов вам одолжить некоторую сумму. Уверен, этого вполне достаточно, если вы действительно собираетесь учиться.

Я начала его горячо убеждать, что это именно так, а то отберет сейчас жетон, и все – прощай островок спокойной жизни. Вон как кривится, как будто перед ним сидит не молодая красивая фьорда, а нечто вроде Грымзы, которая сначала выделила самую грязную комнату, а потом заставила в ней убираться. Появившиеся мысли пожаловаться на комендантшу я благоразумно отмела, поскольку почему-то показалось, что на мою сторону эта хвостатая ледышка не встанет.

– Учебники вы получили? – прервал он мои заверения о жажде знаний.

– Пока времени не было, – ответила я.

– Вот как? Время пойти в кассу за стипендией вы нашли, а время пойти в библиотеку – нет? – гадко спросил он.

– Понимаете, фьорд Кудзимоси, – умильно улыбнулась я. – Книги – они такие тяжелые. Мне никак столько не донести.

– Другие как-то справляются, фьорда Берлисенсис. Или вы хотите, чтобы в библиотеку с вами сходил я?

– Это было бы так благородно с вашей стороны, фьорд Кудзимоси. – Я немного растерялась. Неужели мои улыбки пробили эту ледяную броню? – Моя благодарность вам была бы безграничной.

В глазах его промелькнуло что-то странное, губы превратились в тонкую ниточку, по скулам заходили желваки, даже правое ухо дернулось. Я сжалась на стуле, недоумевая, что же его так расстроило. Он же сам предложил помочь, почему бы мне и не согласиться?

– Фьорда Берлисенсис, я уже начинаю жалеть о своем необдуманном поступке, касающемся вашего зачисления, – сказал он, четко выделяя каждое слово. – Если завтра вы не появитесь на занятиях, у меня будет веская причина вас отчислить. Можете быть свободны. Надеюсь, время на посещение библиотеки вы сегодня найдете.

Из кабинета я выходила совсем расстроенная, с запиской в оранжерею и жалкой денежной подачкой, которой даже на нормальную тушь не хватит, а ведь предполагалось, что эти деньги я должна растянуть на весь ближайший месяц! Да как на них вообще прожить можно? Я оглянулась на негостеприимный кабинет и грустно вздохнула. Что делать, придется в оранжерее прострадать хотя бы месяц, исключительно из уважения к декану.

В библиотеке было пусто и уныло. Длинные ряды книг навевали ужасную тоску. А ведь еще придется отсюда что-то взять с собой. Надеюсь, на первом курсе учебников мало и они тоненькие. Очень тоненькие. Листиков на двенадцать-восемнадцать. Больше-то на первом курсе не усвоишь, должны же это понимать преподаватели. Приободренная такими мыслями я радостно улыбнулась пожилой библиотекарше в потертой мантии и с неаккуратным пучком седых волос на затылке.

– Доброго вам дня, фьордина, – защебетала я. – Мне бы учебники получить. Первый курс. Факультет Земли.

– Доброго дня, фьорда. Поздненько вы за учебниками пришли, – смерила она меня суровым взглядом.

– Я только сегодня поступила – и сразу к вам, – не сдавалась я.

– Только сегодня? – Она в деланом удивлении подняла брови, которых не касался ни один пинцет, но которые явно в этом нуждались, особенно правая. – У нас принимают посередине семестра?

Мне всегда казалось, что библиотекари должны выдавать книги, а не лезть в чужую личную жизнь и не обсуждать приказы начальства. Но, видно, этой достойной фьордине делать совсем нечего: гномья шашлычная сегодня для студентов оказалась намного привлекательней библиотеки.

– Для меня сделали исключение, – пояснила я, улыбаясь так радостно, как будто всю свою жизнь мечтала очутиться в этом пыльном помещении, заваленным книгами.

Она еще раз смерила меня взглядом и отправилась в поход между стеллажами. Приносила она по одной-две книги, и по мере того, как росло их количество, меня охватывала паника. «История Магии», «Травология», «Астрономия», «География», «Геология», «Минералогия», «Геоэкология»… И все они ужасно, просто неприлично толстые. Я-то думала, что в магическую академию поступила, но ни одного учебника, касающегося именно магии, не было. Ой, нет, было. Огромный трехтомник «Теория магии» увенчал и без того немаленькую стопку.

– Фьордина, а вы ничего не перепутали? – осторожно спросила я, когда она подошла в очередной раз с какой-то тоненькой книжицей.

Все же женщина уже в возрасте, когда могут быть проблемы с памятью. Да что там могут быть, наверняка есть. И как только ее одну оставили?

– И что я, по-вашему, перепутала? – недоуменно спросила она, окинув взглядом корешки принесенных ею книг. – Факультет Земли, первый курс. Все правильно.

– Но здесь же почти ничего нет про магию! – с невольным возмущением в голосе сказала я. – К чему мне какая-то там геология?

– Фьорда, а вы думали, что вас сразу заклинаниям будут учить? – усмехнулась она. – Нет, милая, для таких вещей нужна база, основы которой дают на первом курсе. Без усвоения этого всего вы не сможете правильно построить заклинание и, как результат, нанесете вред себе или окружающим.

– А есть то же самое, только в кратком пересказе? – обреченно спросила я.

Но библиотекарша только хихикнула и отправилась за новой партией книг. И тут я поняла, на что подписалась. Если я не буду это учить, то Кудзимоси выгонит меня без всякой жалости, а если буду… Да мне все это в жизни не осилить! Как, скажите на милость, все это поместится в мою бедную голову? В ней и места столько нет. Похоже, я начинаю ненавидеть это учебное заведение от всей души.