Брендон Сандерсон – Ветер и Правда. Том 1 (страница 62)

Ее по-прежнему пугал один лишь его силуэт. В сухопарой фигуре ощущалась сила, плохо вязавшаяся с изысканным костюмом: сегодня это были брюки, камзол и рубашка с пышным кружевным воротником. Ярко-красным, как кровь из перерезанного горла.

«Не забывай о дыхании, – шепнула Вуаль. – Продолжай».

Шаллан рассеянно кивнула и занялась дыхательными упражнениями, чтобы унять эмоции. Маскарад, подобный этому, наполовину держится на эмоциях и непривлечении не тех спренов. Она на это способна. Ни к чему тревожиться.

Мрейз едва взглянул на двоих новоприбывших, примкнувших к остальным шестерым. Шаллан отстала, размеренно дыша и оглядывая комнату. Маска ощущалась на лице странно и частично перекрывала поле зрения. Где же Иятиль?

Вон она. Наблюдает за собранием, устроившись у северной стены, откуда открывается вид на все помещение. Невысокая женщина в маске сидела на каменном полу. Иные, в особенности носители алетийской культуры, могли по ошибке принять ее за охрану, однако она являлась хозяйкой, а Мрейз – ее подручным.

Шквал! Если Мрейз представлял явную, откровенную опасность, вечно с каким-нибудь оружием в руках и разговорами об охоте и смерти, то Иятиль являла собой опасность тихую. Такую, которая следит за тобой из теней, предвкушая, какие звуки ты издашь, получив нож в спину.

Шаллан шагнула вперед, усилием воли заставив себя придерживаться нужной походки, потому что у дверей привлекала бы внимание. И обнаружила напарника – третьего иномирца в маске – на посту на другом конце комнаты, у западной стены. Он крадучись двинулся вперед, миновал курильницу с благовониями, приблизился к новоприбывшим и еле слышно для Шаллан предложил им что-нибудь выпить.

Подобравшись к бару у восточной стены, рядом с Шаллан, он взялся смешивать коктейли. Это тренированный убийца, а Мрейз поручает ему разливать напитки? Это что, метод устрашения остальных? Да нет. Духокровники выглядели расслабленно. Им просто хотелось освежиться, а убийца мог принести напитки.

– Вот, – произнес Мрейз, когда большая конструкция в его руках щелкнула. – Готово.

Он поднял ее и зарядил небольшой тяжелой стрелой. Устройство напоминало арбалет, хотя было крупнее и массивнее тех, что доводилось видеть Шаллан.

Заинтригованная, она подступила ближе. Потом оглянулась на Иятиль и другого иномирца в маске. Они смотрели не на устройство, а на людей. Все верно. Шаллан постаралась сделать так же, двигаясь вдоль северной стены, за спинами присутствующих, стоящих лицом к мишеням.

– Мрейз! – сказала Айка, тайленская купчиха в юбке и жилете. – Ты говорил, это срочное собрание. Почему же ты возишься с новой игрушкой, а мы потягиваем напитки?

– Нужно было дождаться отстающих, Краденый Кошель, – ответил он с улыбкой. – А тщательно просмакованный хороший напиток – отличное начало любого трудного разговора.

– Странно видеть столь многих из нас вместе, – заметил другой тайленец. – Когда такое случалось в последний раз?

– На совещании по поводу Бури бурь, – ответил мужчина в узорчатых одеяниях азирского визиря. – За год до ее прихода. Честно говоря, я по всем вам скучал. Мрейз, у нас теперь есть Клятвенные врата. Стоило бы собираться почаще.

– Сборы опасны, – заметил Мрейз, поднимая арбалет и целясь в мишень.

– Мрейз, милый, – произнесла женщина – судя по акценту, веденка, как и Шаллан, – опасности доставляют тебе удовольствие, разве нет?

Шаллан сняла ее Образ: за исключением визиря, из присутствующих в пачке рисунков Хойда не хватало только ее.

– Мне доставляет удовольствие осмысленная опасность, Ледяной Язычок, – ответил Мрейз. (Шаллан знала, что у него для каждого есть свое прозвище. Не позывной, просто причуда.) – Опасность, имеющая ценность и преподающая урок. Безрассудная опасность, не несущая смысла, это пустая трата сил. Бордель для эмоций.

Он выстрелил из арбалета, и укрупненная стрела полетела в один из тюков с сеном.

– В центр не попал, Мрейз, – заметил кто-то.

– Для того я и тренируюсь, – отозвался Мрейз, перезаряжая оружие.

Убийца принес напитки, и Шаллан забеспокоилась, каких действий ждут от нее. Хорошо бы не подачи напитков. Она не слишком высоко оценивала свою способность сымитировать акцент Иятиль, который слышала всего пару раз, – в случае, если придется спрашивать у кого-нибудь о его предпочтениях. Лучше вообще ничего не говорить.

Она крадучись двинулась вдоль стены. За ней стелился дым от курильницы с благовониями.

На нее взглянула Иятиль.

В груди Шаллан вспыхнула паника, словно кинжал скользнул меж ребер.

«Спокойствие», – напомнила Вуаль.

Изо всех сил постаравшись не утратить самообладания, Шаллан выбрала себе место и присела на корточки, скопировав позу Иятиль. Раз движение привлекло внимание, она твердо решила замереть на месте. К счастью, это оказалось верным решением. Иятиль снова переключила внимание на собравшихся, а другой убийца вернулся на прежний пост у западной стены и продолжил наблюдение, скрестив руки на груди.

– Неужели, Мрейз, мы все собрались здесь, рискуя, что нас раскроют, ради этого устройства? – спросила Ледяной Язычок, потягивая содержимое бокала.

– Нет, – ответил тот, снова поднимая оружие. – Это всего лишь развлечение.

Он выстрелил и поразил мишень, хотя и не в центр.

– Кто-нибудь из вас когда-нибудь таким пользовался?

– Арбалет, – произнес азирец. – Общепринятое оружие стражи.

– Нет, – возразила Ледяной Язычок. – Это тайленская ручная баллиста. Тяжелее обычного арбалета, предназначена для метания крупных снарядов.

– Именно, – кивнул ей Мрейз. – Их разработали, чтобы поджигать вражеские паруса, забрасывая в них масло и горящие головни. Никогда, к сожалению, не отличались особой эффективностью, но некоторые энтузиасты очень их ценят. У моего отца имелось несколько таких во времена моей юности. – Он поднял устройство, внимательно его разглядывая. – Современное оружие, полагающееся на силу механизма, а не мышц.

– Наводить эту штуковину явно непросто, – подал голос кто-то из присутствующих. – Никак не возьму в толк, чем она тебя так заинтересовала.

Мрейз небрежно вложил новую стрелу. Шаллан разглядывала его со своего места. У его действий всегда была цель. Какой же урок кроется здесь?

Шквал! Даже когда он на нее не смотрел, ей было не по себе. Хуже того, она ощутила ледяной холодок, ползущий по затылку, и – вопреки всем своим стараниям – бросила взгляд на Иятиль. Женщина смотрела в ее сторону.

Шаллан тотчас отвела взгляд, дыша как можно спокойнее. Все равно появился один спрен тревоги – извивающийся черный крест. Не заподозрила ли ее Иятиль? Сам по себе спрен мало что значил, ведь разволноваться можно фактически из-за чего угодно, но…

Шквал! Шквал, шквал, шквал! Эти люди – эксперты в том самом искусстве, которым Шаллан как Вуаль делала вид, что владела. По лицу ее заструился пот, и маска вдруг показалась тяжелой, удушающей. Дыхание то и дело сбивалось, горячо обдавая щеки, делая кожу влажной. Маску хотелось сорвать.

«А ты заметила, – спросила Вуаль, – что у него штанина осталась в носке?»

Шаллан вновь взглянула на Мрейза и увидела, что так и есть. Одеваясь, он не выправил сзади правую штанину из носка. В свете ее паники эта деталь показалась почти комичной.

Вуаль усмехнулась: «Шаллан, он всего лишь человек. Как и все они. Как Мрейз пытается тебя контролировать?»

– Запугиванием, – прошептала она. – Запугиванием, секретами и аурой таинственности.

«А если ты откажешься поддаваться всему этому?»

Тогда…

Просто человек. И Иятиль тоже. Люди, причем чересчур уверенные в себе и способные допускать ошибки. Им не придет в голову, что Шаллан окажется здесь, не придет в голову, что она в состоянии скрыться под личиной одной из лучших среди них.

«Даже самый умелый мечник может проиграть поединок, – сказала Сияющая. – Пусть они и хороши, но, если бы тебя в чем-то заподозрили, уже бы сделали что-то. Ты справляешься».

«Ты справляешься, – подтвердила Вуаль. – Посмотри, какой у него дурацкий вид».

На самом деле это было не так: застрявшая штанина – мелкая оплошность, какую люди совершают сплошь и рядом. И Шаллан понимала, что замахнулась на то, что ей не по зубам. Но сделать это было необходимо, а мелкая ошибка, допущенная Мрейзом, указывала на то, что он небезупречен. Шаллан тихонько фыркнула, и спрен тревоги исчез.

– Знали ли вы, – говорил Мрейз собравшимся, – что в некоторых мирах арбалет был основным оружием на протяжении целой эпохи? Хоть перезаряжать его в среднем дольше, чем лук, для его использования требуется меньше сноровки. Вместо стрелков, практикующих всю свою жизнь, или царственных светлоглазых в доспехах полями сражений там правят земледельцы с парой месяцев подготовки и технологическое превосходство.

– Пока через их ряды не промарширует осколочник и не размажет их всех в кашу, – заметил мужчина в алетийском мундире. – Аладар как-то попробовал использовать арбалетчиков, слыхал? Они, безусловно, мощно бьют, но медленно. Наиболее эффективны при поддержке хорошего заслона из пикинеров. И если на другой стороне есть один человек в осколочном доспехе, эти арбалетчики притягивают его, как дождь – лозы.

– Любопытные слова, Цепь, – произнес Мрейз, снова целясь из ручной баллисты и спуская механизм. – В них слышится мудрость прошлого, способная отменно научить, как обращаться с миром, каким он был. И только с таким, каким он был.