Брендон Сандерсон – Грядущая буря (страница 60)

Мин думала, что, читая книги Фила, сумеет проследить ход его мыслей. Ранду необходимы были знания о том, как запечатать узилище Темного. Смог ли Фил обнаружить то, что – как ей представлялось – отыскала она?

Девушка покачала головой. Ей ли пытаться разрешить научную загадку? Но если не ей, то кому же? С такой задачей лучше справилась бы какая-то сестра из Коричневой Айя, но можно ли им доверять? Даже те, кто поклялся Ранду в верности, могут решить, что ради блага самого же Ранда будет лучше сохранить итоги своих розысков в тайне от него. Сам Ранд был слишком занят, а в последнее время и слишком нетерпелив, чтобы корпеть над книгами. Оставалась только Мин. Она уже начала складывать воедино кое-что из того, что Ранду предстоит сделать, но куда больше – гораздо больше – оставалось по-прежнему неизвестным. Мин чувствовала, что приближалась к разгадке, но тревожилась о том, как ей рассказать Ранду о своих находках. Как он их воспримет?

Девушка вздохнула, задумчиво листая страницы. Кто бы мог подумать, что она, именно она, потеряет голову от мужчины! Но так случилось, и вот она следует за ним повсюду, ставя его интересы выше собственных. Это не значит, что Мин была его игрушкой, что бы ни болтали некоторые в лагере. Она была с Рандом потому, что любила его, и она чувствовала – в буквальном смысле, – что он отвечает на ее любовь взаимностью. Несмотря на жестокость, которая мало-помалу охватывала его все больше, несмотря на гневливость и безрадостность его жизни, он любил ее. И Мин делала все, что могла, чтобы помочь ему.

Если же ей удастся помочь ему разрешить одну эту загадку, загадку печатей узилища Темного, то она сделает что-то не только для Ранда, но и для целого мира. Какая разница, что солдаты в лагере знать не знают, насколько она важна? Даже к лучшему, если все будут думать, что на нее не стоит обращать внимания. Наемный убийца, решивший добраться до Ранда, вряд ли счел бы Мин помехой для себя. Но очень скоро он бы пожалел о своей ошибке, познакомившись с припрятанными у нее в рукавах острыми ножами. Пусть с ними Мин обращается и не так искусно, как Том Меррилин, но для того, чтобы убивать, ее умений вполне достаточно.

Ранд заворочался было во сне, но успокоился вновь. Мин любила его. Не она сделала такой выбор, но ее сердце – или Узор, или Создатель, или что там управляет подобными вещами – так решило за нее. И теперь она ни на что не променяла бы это чувство. Даже если это означает опасность, если приходится мириться с косыми взглядами людей в лагере, даже если это означает… делить его с другими.

Ранд снова пошевелился. На этот раз он испустил стон и, открыв глаза, сел. Ранд поднял руку к голове; почему-то сейчас у него был намного более усталый вид, чем тогда, когда ложился спать. На нем было лишь нижнее белье, и грудь была обнажена. С минуту он сидел так, а потом встал и подошел к закрытому ставнями окну.

Мин захлопнула книгу:

– И куда же ты собрался, овечий пастух? Ты проспал едва ли пару часов!

Он распахнул ставни и открыл окно, устремив взгляд в темноту ночи. От резкого порыва ветра затрепетало пламя лампы.

– Ранд? – окликнула его Мин.

Когда он ответил, девушка едва расслышала его голос.

– Он у меня в голове. Во время сна его не было. А сейчас он вернулся.

Мин захотелось вжаться поглубже в кресло, но девушка поборола себя. О Свет, она терпеть не могла разговоры о безумии Ранда. Она так надеялась, что, очистив саидин, он освободится от вызываемого порчей безумия.

– Он? – спросила она, стараясь говорить спокойным тоном. – Это голос… Льюса Тэрина?

Юноша развернулся от окна, на фоне затянутого облаками ночного неба его лица почти не было видно – слабый свет лампы оставлял в тени его черты.

Мин, отложив книгу, поднялась с кресла, подошла к Ранду и встала рядом с ним.

– Ранд, – сказала девушка. – Тебе нужно с кем-то поговорить. Нельзя держать все внутри.

– Я должен быть сильным.

Она взяла его за плечо, разворачивая к себе:

– Избегаешь меня? От этого ты становишься сильным?

– Я не…

– Не надо, не отнекивайся. Я же вижу по твоим айильским глазам – что-то у тебя в голове творится. Ранд, неужели ты думаешь, что я перестану любить тебя из-за того, что тебе какие-то голоса слышатся?

– Тебя это напугает.

– Ах, – сказала Мин, складывая руки на груди. – Значит, по-твоему, я нежный цветочек?

Ранд открыл рот, пытаясь подобрать слова, как уже когда-то было. Тогда, когда он был всего лишь пастухом, угодившим в приключение.

– Мин, я знаю, что ты сильная. И ты знаешь, что я это знаю.

– Тогда поверь: мне по силам вынести то, что таится внутри тебя, – заявила она. – Мы не можем притворяться, будто ничего не произошло. – Мин заставила себя шагнуть еще ближе к нему. – Порча оставила на тебе свой след. Я это знаю. Но если ты со мной не можешь этим поделиться, тогда с кем?

Ранд пятерней взъерошил себе волосы, затем отвернулся и принялся мерить шагами комнату.

– Чтоб оно все сгорело, Мин! Если враги прознают о моих слабостях, они их используют. Я будто слепой. Бегу во мраке по неведомой тропе. Я даже не знаю, есть ли рытвины на дороге или эта треклятая штука кончается обрывом!

Когда расхаживавший по комнате Ранд оказался рядом, девушка остановила его, положив ладонь ему на руку.

– Расскажи мне.

– Ты решишь, что я безумен.

Она фыркнула:

– Я уже думаю, что ты непрошибаемый дурень с шерстью вместо мозгов. Куда уж хуже?

Ранд посмотрел на Мин, и его напряженное лицо немного смягчилось. Он присел на краешек кровати, тихо вздохнув. Но это уже было кое-что.

– Семираг была права, – произнес Ранд. – Я слышу… нечто. Голос. Голос Льюса Тэрина, Дракона. Он говорит со мной и откликается на то, что происходит вокруг. Иногда он пытается перехватить у меня саидин. И… иногда это ему удается. Он неудержим, Мин. Безумен. Но то, что он способен творить с Единой Силой, просто поразительно.

Ранд замер, устремив взор куда-то вдаль. Мин содрогнулась. О Свет! Он позволил, чтобы голос у него в голове завладел Единой Силой? Что это значит? Что он допустил, чтобы безумная часть его сознания взяла верх?

Он покачал головой:

– Семираг утверждает, будто это сумасшествие, выверты моего разума, но Льюсу Тэрину известно многое – то, чего я не знаю. О прошлом, о Единой Силе. У тебя было видение обо мне, в котором два человека сливались в одного. Это значит, что мы – Льюс Тэрин и я – различны! Мы – это два человека, Мин! Он – есть.

Девушка подошла к нему и села рядом:

– Ранд, он – это ты. Или ты – это он. Вплетенный в Узор вновь. Эти воспоминания и то, что ты способен делать, – все это осталось от того, кем ты был прежде.

– Нет, Мин, – сказал Ранд. – Он безумен, а я – нет. Вдобавок он потерпел поражение. Я не проиграю. Не будет этого, Мин. Я не причиню боли тем, кого люблю, как сделал он. И когда я повергну Темного, то сделаю так, чтобы он не мог спустя недолгое время вернуться и снова терзать нас страхом.

Три тысячи лет – «недолгое время»? Мин обеими руками обняла Ранда.

– Так ли это важно? – спросила она. – Другой это человек или просто воспоминания из прошлого, эти знания полезны.

– Да, – промолвил Ранд, вид у него опять стал отсутствующим. – Но я боюсь использовать Единую Силу. Всякий раз я рискую тем, что он перехватит у меня ее поток. Ему нельзя доверять. Он не хотел ее убивать, но куда деваться от факта, что именно он убил ее. О Свет… Илиена…

Неужели со всеми остальными тоже так происходило? Каждый из них считал, что сам он – вполне в здравом рассудке и что это другой, где-то внутри его, творит ужасные вещи?

– С этим покончено, Ранд, – сказала Мин, крепче обнимая его. – Чем бы ни был тот голос, хуже уже не будет. Саидин очищена.

Ранд не ответил, но заметно расслабился. Девушка закрыла глаза, радуясь ощущению его тепла рядом с собой, тем более что окно он оставил распахнутым.

– Ишамаэль жив, – произнес Ранд.

Мин широко раскрыла глаза:

– Что?

А она только-только начала чувствовать себя спокойно!

– Я попал в Мир снов и встретился с ним, – сказал Ранд. – И не надо спрашивать, я сразу отвечу, что нет. Это не было каким-то кошмаром, и это не было приступом безумия. Все было по-настоящему, и я не могу объяснить, откуда это знаю. Просто поверь мне.

– Ишамаэль… – прошептала Мин. – Ты же убил его!

– Да, – сказал Ранд. – В Тирской Твердыне. Он вернулся, с новым лицом и под другим именем, но это он. Мы должны были догадаться, что такое случится. Без боя Темный не откажется от столь полезных инструментов. И могила не преграда для него.

– Тогда как мы победим? Если все, кого мы убиваем, возвращаются вновь…

– Погибельный огонь, – промолвил Ранд. – Он уничтожит их навеки.

– Кадсуане говорит…

– Мне нет дела до того, что говорит Кадсуане, – перебил он девушку. – Она мой советник и дает советы. Только советы. Я – Дракон Возрожденный, и мне решать, как нам вести битву. – Он замолчал, глубоко вздохнув. – В любом случае не важно, вернутся ли Отрекшиеся, не важно, что или кого Темный нашлет на нас. В конце концов, если это возможно, я уничтожу его. Если же нет, то я хотя бы запечатаю его в узилище так надежно, что мир сможет забыть о нем.

Ранд посмотрел на Мин:

– А для этого… мне нужен этот голос, Мин. Льюс Тэрин многое знает. Или… или я знаю. Так или иначе, это знание есть. Можно сказать, Темного уничтожит оставленная им порча, ведь именно она дала мне связь с Льюсом Тэрином.