Брендон Сандерсон – Грядущая буря (страница 125)

Найнив справилась со своим гневом, что произвело впечатление на Ранда.

– Мы еще поговорим на эту тему, – отрывисто сказала она. – Вероятно, потом, когда ты удосужишься обдумать, что именно означает то, что ты бросаешь Лана.

Ему нравилось считать Найнив все той же воинственной Мудрой, которая когда-то в Двуречье нагоняла на него страх. Все время казалось, что она чересчур усердствует, как будто тревожится, что из-за ее молодости окружающие забудут о ее статусе Мудрой. Однако с тех пор Найнив заметно повзрослела.

Кортеж добрался до поместья, где у ворот стояло на страже полсотни воинов Башира. Караульные дружно, как один, отсалютовали проезжавшему мимо них Ранду. Он миновал раскинувшийся у стен поместья айильский лагерь, у конюшни спрыгнул с лошади и переложил отпирающий ключ из седельной сумки в специально предназначенный для статуэтки большой карман – даже не карман, а пришитый к куртке мешочек. Рука, держащая сферу, осталась торчать из глубин кармана.

Ранд прошел в тронный зал. Теперь, когда сюда для него доставили королевский трон, он не мог называть это помещение как-то иначе. Трон, снизу доверху покрытый позолотой, был огромен. Драгоценные камни, вделанные в подлокотники и в спинку над головой, выдавались из резного дерева подобно нераспустившимся бутонам цветов, придавая трону вид роскошный и излишне декоративный – подобный стиль не отвечал вкусам Ранда. Трон обнаружили отнюдь не во дворце. Один из местных купцов «уберегал» его от беспорядков. Вероятно, рассчитывал завладеть троном и в буквальном смысле.

Ранд сел на трон, невзирая на его кричащий вид, и повернулся так, чтобы ключ доступа в кармане не давил в бок. Те, кто обладал в городе властью и влиянием, не знали, что о нем думать, и Ранда такое положение дел вполне устраивало. Он не именовал себя королем, хотя его армии завладели столицей. Он говорил о возвращении Алсаламу престола, но, будто бы по праву, восседал на его троне. Он не стал перебираться в королевский дворец. Ранд хотел, чтобы они мучились неизвестностью и терялись в догадках.

По правде говоря, он и сам не принял решения. Многое зависит от сегодняшних докладов. Ранд кивнул вошедшему Руарку, и крепко сложенный айилец ответил ему таким же кивком. Затем Ранд сошел с трона, и они с Руарком уселись на круглом коврике со спиральным узором, лежащем на полу перед застланным зеленым ковром помостом. Когда они так сделали впервые, то это возбудило общий, хотя и скрываемый интерес среди доманийцев из дворцовой прислуги и из числа должностных лиц при дворе Ранда, которых становилось все больше.

– Мы обнаружили и захватили еще одну, Ранд ал’Тор, – сказал Руарк. – Аламиндра Кутрен скрывалась во владениях своей кузины, возле северной границы. То, что мы узнали у нее в имении, привело нас прямо к ней.

Иными словами, теперь у него под надзором четыре члена Купеческого совета.

– Что насчет Мейшан Дубарис? Ты говорил, что можешь и ее отыскать.

– Мертва, – ответил Руарк. – Убита толпой неделю назад.

– Ты уверен? Возможно, это уловка, чтобы сбить тебя со следа.

– Своими глазами я тела не видел, – ответил Руарк, – но видели люди, которым я верю. Они утверждают, что труп отвечает ее описанию. Я вполне уверен, что след был верный.

Значит, четверо захвачены, а двое мертвы. Необходимо найти еще четверых, и тогда у него будет достаточно членов Совета для того, чтобы провести выборы короля. В истории Арад Домана эти выборы вряд ли окажутся самыми честными и безупречными; да и с какой стати ему об этом беспокоиться? Он мог бы назначить короля или сам взойти на трон. С чего бы ему волноваться о том, что сочтут правильным доманийцы?

Руарк наблюдал за юношей; взгляд айильского вождя был задумчив. Возможно, он размышлял о том же.

– Продолжайте поиски, – сказал Ранд. – Я не собираюсь забирать Арад Доман себе. Мы найдем законного короля или соберем заседание Купеческого совета, чтобы они смогли выбрать себе нового короля. Мне безразлично, кто им станет, лишь бы он не был приспешником Темного.

– Как скажешь, Кар’а’карн, – ответил Руарк, собираясь было подняться.

– Важен порядок, Руарк. У меня нет времени самому защищать это королевство. Последней битвы ждать уже недолго. – Ранд взглянул на Найнив – та присоединилась к нескольким Девам Копья в дальнем конце небольшой комнаты. – Мне нужно, чтобы к концу месяца в наших руках оказалось еще четыре члена Купеческого совета.

– Ты задаешь высокий темп, Ранд ал’Тор.

Ранд поднялся:

– Просто найди мне этих купчих. Этому народу нужны правители.

– И король?

Ранд бросил взгляд в сторону, где под бдительным присмотром айильцев стояла Милисайр Чадмар. Она выглядела… осунувшейся. Некогда роскошные волосы цвета воронова крыла были собраны в пучок, потому, очевидно, что так за ними легче ухаживать. Богатое по-прежнему платье было помятым, как будто она слишком долго его носила. Глаза Милисайр покраснели. Она все равно была красива, однако во многом подобно рисунку, который остается прекрасным, будучи сначала смят, а потом расправлен на столе.

– Да обретешь ты прохладу и воду, Руарк, – промолвил Ранд на прощание айильскому вождю.

– Да обретешь ты прохладу и воду, Ранд ал’Тор.

Высокий айилец удалился, сопровождаемый несколькими своими воинами. Ранд глубоко вздохнул, затем поднялся к изукрашенному трону и сел. С Руарком он обращался с тем уважением, которого айилец был достоин. Остальные… ну, к ним тоже отнесутся с уважением, какое они заслужили.

Ранд наклонился чуть вперед и сделал Милисайр знак приблизиться. Одна из Дев Копья подтолкнула женщину в спину, заставляя поторопиться. Вид у доманийки был гораздо более напуганный, чем в последний раз, когда она предстала перед Рандом.

– Ну? – спросил он.

– Милорд Дракон… – начала Милисайр, озираясь вокруг, будто прося помощи у доманийских придворных и прислужников. Те старательно ее не замечали; даже этот фат, лорд Рамшалан, смотрел в другую сторону.

– Говори, женщина, – потребовал Ранд.

– Гонец, за которым вы посылали… – промолвила Милисайр. – Он мертв.

Ранд глубоко вдохнул и выдохнул.

– И как это произошло?

– Люди, которым я поручила следить за гонцом, – поспешно ответила Милисайр. – Я не представляла себе, что они так плохо с ним обращались! Да они ему воды не давали по нескольку дней, а потом еще и лихорадка…

– Другими словами, – сказал Ранд, – добиться от него нужных сведений ты не сумела, а потому бросила гнить в подземелье. А о том, где посыльный, ты вспомнила, лишь когда я потребовал доставить его ко мне.

– Кар’а’карн, – шагнула вперед одна из Дев Копья – юная девушка по имени Джалани. – Мы обнаружили ее, когда она собирала вещи, намереваясь, как видно, бежать из города.

Милисайр смертельно побледнела.

– Лорд Дракон, – начала она. – Это был момент слабости! Я…

Ранд взмахом руки велел ей умолкнуть.

– И как теперь мне с тобой быть?

– Ее следует казнить, милорд! – с горячностью заявил Рамшалан, выступив вперед.

Нахмурившись, Ранд поднял взор. Ответа на свои слова он не просил. Долговязый, щеголявший усиками на доманийский манер, Рамшалан обладал внушительным носом – который, по всей вероятности, достался ему от какого-то предка-салдэйца. На нем была бросающаяся в глаза куртка, в расцветке которой перемешались голубой, оранжевый и желтый цвета, из обшлагов выбивались белые кружева плоеных манжет. Наверное, подобный наряд считался модным в определенных кругах высшего доманийского общества. На серьгах Рамшалана виднелся знак его дома, а на щеке у него красовалась мушка в виде летящей птицы.

Ранд знавал немало таких, как Рамшалан, придворных подхалимов, у кого мозгов было слишком мало, зато с избытком хватало родственных связей. Знать будто плодит их – точно так же, как в Двуречье разводят овец. В особенности Рамшалан раздражал своим гнусавым голосом и страстным стремлением предавать других – лишь бы подольститься к Ранду.

И все же применение можно найти и для таких людей, как Рамшалан. Иногда.

– Как ты думаешь, Милисайр? – задумчиво спросил Ранд. – Стоит ли мне казнить тебя за измену, как предлагает этот человек?

Она не зарыдала, но явно была в ужасе; простертые к Ранду руки Милисайр дрожали, широко распахнутые глаза смотрели на него не моргая.

– Нет, – в конце концов проговорил Ранд. – Ты мне нужна для избрания нового короля. Что толку рыскать по стране, разыскивая других советников, если я стану отправлять на казнь тех членов Совета, которых я уже нашел?

Милисайр, затаившая было дыхание, облегченно выдохнула, плечи ее обмякли.

– Заприте ее в том же подземелье, где она держала королевского гонца, – приказал Ранд Девам. – Позаботьтесь о том, чтобы она не разделила его судьбу – по крайней мере, пока я с ней не закончу.

Милисайр закричала в отчаянии. Девы выволокли ее, вопящую и рыдающую, из зала, но Ранд уже выбросил женщину из головы. Рамшалан смотрел на происходящее с явным удовлетворением; видимо, она не раз прилюдно унижала и оскорбляла его. Это обстоятельство говорило в пользу Милисайр.

– Сообщался ли с королем кто-нибудь из прочих членов Совета? – обратился Ранд с вопросом к группе придворных.

– Не позднее четырех или пяти месяцев назад, милорд, – ответил один из них, приземистый и толстый доманиец по имени Нореладим. – Правда, нам ничего не известно об Аламиндре, поскольку ее лишь недавно… э-э… обнаружили.