When I was in my room and about to lie down, (Когда я был у себя в комнате и собирался лечь.) I thought I heard a whispering at my door. (мне показалось, что я услышал шёпот у своей двери.) I went to it softly and listened. (Я тихо подошёл к ней и прислушался.) Unless my ears deceived me, (Если только мои уши меня не обманывали.) I heard the voice of the Count:— (я услышал голос графа Дракулы:—)
When I was in my room and about to lie down, I thought I heard a whispering at my door. I went to it softly and listened. Unless my ears deceived me, I heard the voice of the Count:—
“Back, back, to your own place! («Назад, назад, на своё место!) Your time is not yet come. (Твоё время ещё не пришло.) Wait! Have patience! (Ждите! Терпите!) To-night is mine. (Эта ночь — моя.) To-morrow night is yours!” (Завтрашняя ночь — твоя!») There was a low, sweet ripple of laughter, (Раздался тихий, сладостный переливчатый смех; ripple — перелив.) and in a rage I threw open the door, (и, охваченный яростью, я распахнул дверь.) and saw without the three terrible women licking their lips. (и увидел снаружи трёх ужасных женщин, облизывающих губы.) As I appeared (Когда я появился.) they all joined in a horrible laugh, (они все разразились ужасным смехом.) and ran away. (и убежали.)
I came back to my room (Я вернулся в свою комнату.) and threw myself on my knees. (и упал на колени.) It is then so near the end? (Неужели конец так близок?) To-morrow! to-morrow! (Завтра! завтра!) Lord, help me, (Господи, помоги мне.) and those to whom I am dear! (и тем, кому я дорог!)
“Back, back, to your own place! Your time is not yet come. Wait! Have patience! To-night is mine. To-morrow night is yours!” There was a low, sweet ripple of laughter, and in a rage I threw open the door, and saw without the three terrible women licking their lips. As I appeared they all joined in a horrible laugh, and ran away.
I came back to my room and threw myself on my knees. It is then so near the end? To-morrow! to-morrow! Lord, help me, and those to whom I am dear!
30 June, morning.—These may be the last words I ever write in this diary. (30 июня, утро. — Это могут быть последние слова, которые я когда-либо напишу в этом дневнике.) I slept till just before the dawn, (Я спал почти до самого рассвета.) and when I woke threw myself on my knees, (и когда проснулся, упал на колени.) for I determined that if Death came (ибо я решил, что если Смерть придёт.) he should find me ready. (она должна застать меня готовым.)
30 June, morning.—These may be the last words I ever write in this diary. I slept till just before the dawn, and when I woke threw myself on my knees, for I determined that if Death came he should find me ready.
At last I felt that subtle change in the air, (Наконец я почувствовал то тонкое изменение в воздухе; subtle — тонкий, едва уловимый.) and knew that the morning had come. (и понял, что наступило утро.) Then came the welcome cock-crow, (Затем раздался желанный крик петуха; cock-crow — крик петуха.) and I felt that I was safe. (и я почувствовал, что в безопасности.) With a glad heart, (С радостным сердцем.) I opened my door and ran down to the hall. (я открыл дверь и поспешил вниз, в зал.) I had seen that the door was unlocked, (Я видел ранее, что дверь была незаперта.) and now escape was before me. (и теперь спасение было передо мной.) With hands that trembled with eagerness, (С руками, дрожащими от нетерпения; eagerness — нетерпение, рвение.) I unhooked the chains (я снял цепи.) and drew back the massive bolts. (и отодвинул массивные засовы; massive — массивный.)
At last I felt that subtle change in the air, and knew that the morning had come. Then came the welcome cock-crow, and I felt that I was safe. With a glad heart, I opened my door and ran down to the hall. I had seen that the door was unlocked, and now escape was before me. With hands that trembled with eagerness, I unhooked the chains and drew back the massive bolts.
But the door would not move. (Но дверь не поддавалась.) Despair seized me. (Отчаяние охватило меня; seized — охватило, схватило.) I pulled, and pulled, at the door, (Я тянул и тянул дверь.) and shook it till, massive as it was, (и тряс её, пока, как бы массивной она ни была.) it rattled in its casement. (она не загремела в своей раме; rattled — громыхала.) I could see the bolt shot. (Я видел, что засов был задвинут.) It had been locked after I left the Count. (Её заперли после того, как я покинул графа.)
But the door would not move. Despair seized me. I pulled, and pulled, at the door, and shook it till, massive as it was, it rattled in its casement. I could see the bolt shot. It had been locked after I left the Count.
Then a wild desire took me to obtain that key at any risk, (Тогда меня охватило дикое желание заполучить тот ключ любой ценой; at any risk — любой ценой.) and I determined then and there (и я решил прямо тут же.) to scale the wall again and gain the Count’s room. (снова взобраться по стене и попасть в комнату графа Дракулы; scale — взбираться.) He might kill me, (Он мог бы убить меня.) but death now seemed the happier choice of evils. (но смерть теперь казалась меньшим из двух зол; choice of evils — выбор двух зол.) Without a pause I rushed up to the east window, (Не медля ни секунды, я бросился к восточному окну.) and scrambled down the wall, as before, (и снова, как прежде, сполз по стене; scrambled — карабкался.) into the Count’s room. (в комнату графа.) It was empty, (Она была пуста.) but that was as I expected. (но это я и ожидал.) I could not see a key anywhere, (Я нигде не увидел ключа.) but the heap of gold remained. (но куча золота оставалась.) I went through the door in the corner (Я прошёл через дверь в углу.) and down the winding stair (и вниз по винтовой лестнице.) and along the dark passage to the old chapel. (и по тёмному коридору к старой часовне.) I knew now well enough (Теперь я прекрасно знал.) where to find the monster I sought. (где найти чудовище, которого я искал.)
Then a wild desire took me to obtain that key at any risk, and I determined then and there to scale the wall again and gain the Count’s room. He might kill me, but death now seemed the happier choice of evils. Without a pause I rushed up to the east window, and scrambled down the wall, as before, into the Count’s room. It was empty, but that was as I expected. I could not see a key anywhere, but the heap of gold remained. I went through the door in the corner and down the winding stair and along the dark passage to the old chapel. I knew now well enough where to find the monster I sought.
The great box was in the same place, (Большой ящик находился на том же месте.) close against the wall, (вплотную к стене.) but the lid was laid on it, (но крышка была просто положена сверху.) not fastened down, (не прибита.) but with the nails ready in their places (но гвозди уже были вставлены в свои места.) to be hammered home. (чтобы их можно было вбить; hammered — вбитый.) I knew I must reach the body for the key, (Я понимал, что должен добраться до тела ради ключа.) so I raised the lid, (поэтому я приподнял крышку.) and laid it back against the wall; (и прислонил её к стене.) and then I saw something (и тогда я увидел нечто.) which filled my very soul with horror. (что наполнило мою душу ужасом.) There lay the Count, (Там лежал граф Дракула.) but looking as if his youth had been half renewed, (но выглядевший так, будто его молодость наполовину вернулась.) for the white hair and moustache (ибо белые волосы и усы.) were changed to dark iron-grey; (изменились на тёмно-серые, цвета железа.) the cheeks were fuller, (щеки стали более полными.) and the white skin seemed ruby-red underneath; (и под белой кожей, казалось, проступал рубиново-красный оттенок.) the mouth was redder than ever, (рот был краснее, чем когда-либо.) for on the lips were gouts of fresh blood, (ибо на губах были капли свежей крови; gouts — капли, брызги.) which trickled from the corners of the mouth (которая стекала из уголков рта; trickled — струилась.) and ran over the chin and neck. (и стекала по подбородку и шее.)
The great box was in the same place, close against the wall, but the lid was laid on it, not fastened down, but with the nails ready in their places to be hammered home. I knew I must reach the body for the key, so I raised the lid, and laid it back against the wall; and then I saw something which filled my very soul with horror. There lay the Count, but looking as if his youth had been half renewed, for the white hair and moustache were changed to dark iron-grey; the cheeks were fuller, and the white skin seemed ruby-red underneath; the mouth was redder than ever, for on the lips were gouts of fresh blood, which trickled from the corners of the mouth and ran over the chin and neck.
Even the deep, burning eyes (Даже его глубоко посаженные, горящие глаза; burning — пылающие.) seemed set amongst swollen flesh, (казались утопленными в распухшей плоти.) for the lids and pouches underneath were bloated. (ибо веки и мешки под глазами были вздутыми; bloated — вздутый, распухший.) It seemed as if the whole awful creature (Казалось, будто всё это ужасное создание.) were simply gorged with blood. (просто пресытилось кровью; gorged — пресыщенный.) He lay like a filthy leech, (Он лежал, как грязная пиявка.) exhausted with his repletion. (изнемождённый от своей сытости; repletion — пресыщение.) I shuddered as I bent over to touch him, (Я вздрогнул, когда наклонился, чтобы коснуться его.) and every sense in me revolted at the contact; (и каждое моё чувство возмущалось этим прикосновением.) but I had to search, or I was lost. (но я должен был искать, иначе я погиб.) The coming night might see my own body (Наступающая ночь могла бы увидеть моё собственное тело.) a banquet in a similar way to those horrid three. (таким же пиршеством для тех трёх ужасных женщин.) I felt all over the body, (Я ощупал всё тело.) but no sign could I find of the key. (но не смог найти никакого ключа.) Then I stopped and looked at the Count. (Тогда я остановился и посмотрел на графа.)
