Звонил в Лабораторию. Ученые обещают (уже не первый раз) приготовить лекарство против заразы к завтрашнему дню. К несчастью, большинство наших научных работников болеет, и этим занимается какая-то женщина по фамилии Пэйн.
Сегодня навсегда покинул рубку. Иллюминаторы закрыты, и больше не видно этих ужасных звезд. Корабль окутывает мрачная безнадежность. Более половины команды больны Девятидневной Заразой, а из шестидесяти шести человек, закончивших полный цикл, сорок шесть мертвы. Правда, смертность ежедневно падает, но те, кто выжил, находятся по-прежнему в состоянии спячки. Например, Шейла Симпсон почти не шевелится. Руководить чем-либо становится все более трудно, контакт с удаленными частями корабля практически не существует, потому что весь персонал связи болен. Везде видны группы мужчин и женщин, держащихся вместе и чего-то ожидающих. Царит всеобщая апатия или же наоборот — развязность. У меня перед глазами постоянно страшная картина — все мы умерли, а наша гробница мчится вперед, чтобы через тысячи лет попасть в сферу притяжения какого-нибудь солнца. Этот пессимизм — призрак слабости, даже Ивонна не в состоянии меня развеселить. Ученые уже знают причину заразы.
Вот как выглядят результаты исследований. Прежде чем мы покинули новую планету, произошла полная замена воды. Все наши старые запасы воды были выброшены на планету, а на их место доставлены новые. Автоматический процесс, заключающийся в конденсации влаги из воздуха и сборе ее в резервуары, действовал все время великолепно, но, разумеется, вода, используемая многократно, стала, мягко говоря, тошнотворной. Новая вода, набранная в источниках Проциона V, имела хороший вкус. Разумеется, ее исследовали на присутствие микроорганизмов и фильтровали, но, видимо, не так тщательно, как следовало бы. Короче говоря, в воде имелись белки, которые в коллоидных растворах прошли сквозь наши фильтры.
Джун Пэйи из Научного Отдела, энергичная и самоуверенная молодая особа, которой гиперагорафобия[4] не позволила остаться вместе с мужем на Проционе V, объяснила мне весь процесс. Составными частями белков являются аминокислоты. Будучи основными строителями, они образуют белки, соединяясь в пептидные цепочки. Число известных аминокислот — двадцать пять, и они могут образовывать бесчисленное множество белков. К несчастью, в воде Проциона V находилась двадцать шестая аминокислота.
В резервуарах начался гидролиз белков на их составные части, как это, вероятно, бывало и на планете. Тем временем все живые организмы на борту: люди, животные, растения поглощали много галлонов воды ежедневно. В их телах аминокислоты вновь образовывали молекулы белка, которые использовались клетками как топливо и в сложном процессе метаболизма вновь распадались на аминокислоты. Так происходит в нормальных условиях, а двадцать шестая аминокислота вызывает нарушение этого процесса. Ее присутствие ведет к образованию слишком сложных молекул, свободно использовать которые живые организмы не могут. Именно этот факт является причиной паралича конечностей. Как объясняет Пэйн, более плотная пептидная цепочка, возникающая при участии новой аминокислоты, образуется частично из-за большей силы тяжести на Новой Земле. Нужно признать, что мы очень мало знаем о том, каким образом тяготение влияет на соединение отдельных частиц. Поселки на Новой Земле должны в эту минуту находиться в той же трагической ситуации, что и мы, хотя у их жителей перед нами то преимущество, что они умирают под открытым небом.
Вчера не было времени, чтобы закончить, зато сегодня его слишком много. Измученный Тойнби доложил утром об очередных четырнадцати смертях. Девятидневная Зараза безраздельно господствует на корабле — моя дорогая Ивонна ее последняя жертва. Я уложил ее в постель, но не могу на нее смотреть — это слишком страшно. Я совершенно перестал молиться.
Заканчиваю писать о том, что узнал от Джун Пэйн. Она высказала осторожный оптимизм в оценке шансов экипажа пережить Заразу. Организмы жертв Заразы как будто лишены всякой активности, но их внутренний защитный аппарат борется со слишком сложными молекулами белка. Организм достаточно гибкий выйдет из этой борьбы победителем и приспособится к изменившейся ситуации — “лишняя аминокислота не может нам слишком сильно повредить”, смело утверждает мисс Пэйн. Новая аминокислота, названная пэйнином (о чем мне сообщила эта энергичная молодая особа), была выделена и, так же, как известные лейцин и лизин, значительно влияет на рост. Каким будет это влияние, покажут дальнейшие наблюдения, для которых, по-моему, уже не будет времени. Зато у нас есть уже первые результаты. Растения в большинстве своем приспособились к пэйнину и, когда это произошло, начали быстро развиваться. Животные приспособились в зависимости от видов, но только разведение свиней заметно продвинулось вперед.
По мнению Пэйн, всех, кто пережил болезнь, нужно считать мутантами (она называет это мутацией незначительной степени). Похоже, что высокая температура, царящая в Отделе Земледелия, оказалась очень полезной. Я распорядился, чтобы силовая установка подняла температуру на всем корабле на десять градусов. Это было единственное наше мероприятие, продиктованное заботой обо всех…
По всей вероятности, чем сложнее организм, тем труднее ему приспособиться к новому белку. Это очень плохо для человека, а точнее говоря, для нас.
Тойнби и Монтгомери заболели. Это два из пяти новых случаев. Необыкновенный белок уже выполнил большую часть своей задачи. Анализируя списки больных, присылаемых из госпиталей, я пришел к выводу, что чем старше человек, тем дольше он сопротивляется болезни, но зато у него гораздо меньше шансов выжить, если болезнь его все-таки настигнет. Спросил об этом Пэйн, когда она пришла меня навестить, но она считает, что возраст не имеет в этом случае большого значения. Молодые всегда и все переносят легче стариков.
Маленькая Шейла Симпсон выздоровела! Шестнадцать долгих дней назад она была одним из первых случаев. Пошел ее проведать; выглядит здоровой, только очень нервна и какая-то не в меру быстрая в движениях. У нее по-прежнему высокая температура, но все же она — наш первый случай выздоровления!
Это абсурд, но я оптимист. Если хотя бы сто мужчин и женщин выживут, они смогут размножаться, а их потомки доведут корабль до цели. Есть ли какой-то нижний предел для предохранения рода человеческого от вымирания? Ответ, несомненно, таится где-то в библиотеке, среди этих мрачных томов, написанных и напечатанных предыдущими жителями корабля.
Глупая история, но сегодня вспыхнул бунт, во главе которого встали сержант Тунгсен из Бортовой Полиции и “Пиро” Мэрфи, единственный живой оружейник. Они впали в бешенство и, пользуясь ручным атомным оружием, которое не оставили на Проционе V, убили шестерых своих товарищей и нанесли изрядные повреждения кораблю. Это довольно странно, но меня они не искали. Я приказал разоружить их и посадить под арест. Наконец-то Басситу будет кому читать свои проповеди. Все оружие, за исключением невротического или так называемых парализаторов, я приказал собрать и уничтожить, чтобы не допустить дальнейшего разрушения корабля. Парализаторы действуют только на живые существа, на мертвую материю они не влияют.
Очередная попытка бунта. Он вспыхнул, когда я находился в Отделе Земледелия. Как один из важнейших отделов корабля, он должен работать любой ценой. Кислородовыделяющие глоны оставили в Покое, потому что они справятся сами. Упоминавшийся Мной раньше “сухой” вид растений разросся, перебравшись с грядок на пол, и, похоже, становится совершенно независимым. Я как раз разглядывал его, когда вошел Ной Стовер с парализатором в руке, окруженный группой возбужденных молодых женщин. Он выстрелил в меня. Когда я пришел в себя, меня затащили в рубку и пригрозили смертью, если я немедленно не поверну корабль в сторону Новой Земли! Мне пришлось очень долго объяснять им, что поворот на 180° при нынешней скорости около 2200000 км /час продолжался бы примерно пять лет. Под конец я продемонстрировал им цифровые данные на бумаге, и это их убедило. Однако, известие это так потрясло их, что они все равно решили меня убить.
Кто меня спас? Со стыдом вынужден признаться, что не мои офицеры, а Джун Пэйн, в одиночку! Моя маленькая героиня из Научного Отдела! Она налетела на них с такой яростью, что в конце концов они убрались во главе с Ноем. Теперь мне слышно, как они шумят на ближних палубах — добрались до запасов алкоголя.
У нас уже шесть человек совершенно здоровы. У всех у них повышенная температура, двигаются они нервно и быстро, но утверждают, что чувствуют себя хорошо. К счастью, они совершенно не помнят страданий, которые испытали. Зараза тем временем продолжает собирать урожай. Рапорты из госпиталя больше не поступают, но мне кажется, что здоровых людей не больше пятидесяти. Пятьдесят! Предел их выносливости (и моей тоже) неотвратимо приближается. Нельзя избежать накопления чужеродного белка, но поскольку странные соединения аминокислот возникают случайно, некоторые из нас избегают фатальных результатов дольше, чем другие. Так во всяком случае утверждает Джун Пэйн. Она снова была у меня, и я ей очень благодарен за оказанную помощь. Кажется, я чувствую себя очень одиноким, потому что неожиданно для себя страстно поцеловал ее! Физически она очень привлекательна и на пятнадцать лет моложе меня. Это, конечно, была глупость с моей стороны. Она сказала мне (есть ли какой-нибудь смысл в повторении одних и тех же аргументов?), что она одинока и ей страшно, что нам осталось так мало времени, так почему бы нам не любить друг друга? Я выгнал ее, мой внезапный гнев свидетельствует, как сильно я желаю ее. Теперь я жалею, что был так резок, но я не мог перестать думать об Ивонне, которая страдает в соседней комнате.
