Брайан Херберт – Увидевший Дюну (страница 83)
Фрэнк рассказал, что «Эффект Лазаря» завершен и получился значительно лучше по сравнению с «Ящиком Пандоры», где у них с Биллом Рэнсомом возникли трудности с сюжетом и подбором персонажей.
На следующее утро родители улетели на Гавайи, планируя остаться там до весны. На второй день отец позвонил и сказал, что забыл в Порт-Таунсенде паспорта, которые требовались им для романтического рождественского путешествия на Самоа и Бора-Бора. Я пообещал положить их к другим вещам, которые мама попросила отправить. Отец добавил, что стоит в теннисных шортах и смотрит на две горные вершины на Большом острове Гавайев, Мауна-Кеа и Мауна-Лоа. На улице двадцать девять градусов, и они собираются поужинать в элегантном отеле «Хана-Мауи».
Месяц спустя, к семнадцатому ноября, я напечатал сто семьдесят страниц «Руководства по выживанию для клиентов». В тот вечер Марго сделала свои первые шаги – всего пять. Она шла неуверенно, совсем не сгибая колени. Как канатоходец, держа руки вытянутыми по сторонам для равновесия.
Фрэнк позвонил, когда мы собирались ложиться спать. На Гавайях было на три часа меньше. Он уже написал восемьдесят страниц нового романа, «Еретики Дюны», пятой книги в цикле. Родители решили не ехать на Самоа и Бора-Бора, поскольку отец влился в работу над книгой и не хотел ее бросать.
Фоном к нашему разговору звучала классическая гитарная музыка Сеговии из его обширной коллекции на бобинах для катушечных магнитофонов. Мама вышла на связь и сказала, что надеется, что Фрэнк передумает насчет поездки к Южным морям. Они так и не поехали, и позже я узнал, что на самом деле проблема заключалась в постоянной нехватке наличных денег. Поездка оказалась бы слишком легкомысленным поступком.
В начале декабря я разговаривал с мамой по телефону о рождественских подарках для детей. Она сказала, что Гонолулу – городишко для шопинга. «Он не похож на те места, которые я видела, – рассказывала она. – Ой! Каких только мест я не видела!» То, как она это сказала, напомнило мне экзотические, красочные рынки по всему миру. А также запись в дневнике Лето Второго в «Боге-Императоре Дюны»: «О, какие пейзажи я видел! И каких людей!»
Мама расстраивалась, что проведет праздники вдали от семьи, и попросила: «Крепко обними за меня девочек».
«Вижу, как твои руки тянутся к нам через Тихий океан», – утешил я.
«Так и есть», – ответила Беверли.
За четыре дня до Рождества позвонил отец. Он сказал, что их рождественская елка представляет собой гавайский куст с украшениями высотой в пять или шесть дюймов.
Сейчас команда Де Лаурентиса строила декорации, предполагаемый бюджет фильма составил пятьдесят шесть миллионов долларов – значительно больше, чем предполагалось ранее. Несколько раз меняя мнение, продюсеры решили снимать всю картину в Мексике из-за девальвации песо. Они надеялись выпустить фильм в прокат весной или летом тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года.
Я спросил отца, сколько песо в пятидесяти шести миллионах долларов. «Мучисимо (очень много)», – ответил Фрэнк.
Глава 34
Ее боевой дух
В начале января тысяча девятьсот восемьдесят третьего года я закончил «Руководство по выживанию для клиентов», насчитывающее почти пятьсот страниц, и отправил его Клайду Тейлору в Нью-Йорк. Я вспомнил, как отец говорил, что рукописи нужно дать свободу, затем закончить ее и спрятать подальше от посторонних глаз, чтобы сохранить рассудок, и теперь понял, что он имел в виду.
Я взялся за работу над новым научно-фантастическим романом «Суданна, Суданна»[272] о чужой планете, где под запретом находилась музыка.
Примерно в это время я поговорил с отцом по телефону. Родители только что вернулись из утомительной поездки в Кармел и Сан-Франциско. Мама прошла медицинское обследование до и после поездки – ухудшение состояния ее сердца замедлилось. Сладкая новость с горьким привкусом, поскольку улучшения не наступало.
Находясь в Сан-Франциско, отец зашел в книжный магазин на Маркет-стрит под видом обычного покупателя. И, как он иногда делал, начал снимать с полок экземпляры своих книг и подписывать. Внезапно к нему подбежал рассерженный молодой человек, работник, и сказал: «Остановитесь! Что вы, по-вашему, делаете?»
«Очевидно, оставляю автографы на книгах», – последовал интеллигентный ответ. Затем отец достал с полки еще одну книгу, «Дети Дюны» в твердом переплете. На титульном листе он зачеркнул свое имя и размашистыми движениями расписался.
«Вам придется остановиться, сэр!» – воскликнул работник, решив, что перед ним притворщик, возможно, даже страдающий манией величия.
«Но я – Фрэнк Герберт».
Продавец не поверил ему, даже когда отец показал фотографию в конце книги рядом со своим лицом. Он убедился только после того, как бородатый мужчина предъявил удостоверение личности, включая целую пачку кредитных карт. Тогда бедняга сильно смутился и стал извиняться.
Фрэнк рассказал, что уже написал девяносто страниц черновой версии «Еретиков Дюны». Он назвал эту часть «той, на которую поставлены все деньги», поскольку ему очень хорошо платили.
Он добавил, что мама и одна из ее сиделок, Шейла, посадили пуансеттии для Джен на склоне холма прямо за кухонным окном. Пуансеттии были важны для моей жены с детства, когда она ставила их у подножия статуи Девы Марии и молилась о том, чтобы ее мать оправилась от болезни. Говорят, случилось чудо. На протяжении многих лет мама дарила Джен пуансеттии в самых разных формах – от скатертей и салфеток с рисунком до живых растений. Теперь Беверли Герберт хотела подарить своей невестке свежие цветы, когда мы поедем в гости. Мама также искала для меня информацию о круизных лайнерах и нашла пару поездок, о которых очень хотела мне рассказать.
В воскресенье, девятого января тысяча девятьсот восемьдесят третьего года, позвонил отец и сердито рассказал о попытке издательства «Чилтон букс» заявить о своих правах на фильм «Дюна», несмотря на то что они отказались от них, когда «Патнэмс санс» стало издателем «Дюны» в твердом переплете. Я спросил, имеются ли какие-нибудь лазейки в отказе, Фрэнк ответил, что, насколько ему известно, их нет. «Я поставлю на место этого адвоката из Филадельфии», – сказал он, имея в виду юриста, представляющего «Чилтон».
Фрэнк рассказал, что проводил долгие часы над новым романом, стремясь закончить его как можно скорее. В то утро, как обычно, он проснулся до рассвета и позанимался на гребном и велотренажере. Затем быстро принял душ и съел легкий завтрак из тостов и сока гуавы, который взял с собой в кабинет. Каждый день он принимал большое количество витаминов.
После трех часов работы он помогал маме подготовиться к предстоящему дню. Готовил для нее горячую манную кашу с нарезанными бананами сверху, находил книги, принадлежности для вязания и рисования и все остальное, что ей требовалось, и к половине десятого возвращался на рабочее место. Теперь отец использовал текстовый редактор «Компак» вместо пишущей машинки, поскольку он оказался намного оперативнее. Каждый вечер он убирал компьютер в сухое помещение, чтобы тот не испортился от соленого воздуха слишком быстро.
Пока он говорил, мама сидела на улице на солнышке, с блокнотом на коленях, рисуя пышные цветы из сада.
В это время я выполнял обычные дела для родителей, связанные со страховкой, обслуживанием их автомобиля, приведением в порядок банковских счетов и поиском вещей, которые они не могли найти на Гавайях. Также поступало множество телефонных звонков от людей, которые их искали. Я играл роль «дракона из рва», отсеивая запросы, чтобы родителей не беспокоили понапрасну.
В середине января я поговорил с родителями, с каждым отдельно, по внутренней линии. Послушав отца несколько минут, я спросил у мамы, чем она занимается, чтобы не скучать.
«Проверяю, как там твой отец, – ответила она со смешком. – Раньше, когда он печатал на машинке, было проще, но теперь у него текстовый редактор, и мне приходится внимательно слушать, как он стучит по клавишам».
Фрэнк засмеялся.
«Как ты себя чувствуешь, мама?» – спросил я.
«О, прекрасно, прекрасно». – Ее голос звучал бодро, как у смешливой маленькой девочки, какой она иногда становилась.
Отец рассказал о вечеринке, которую они посетили, и о том, как легко на Гавайях объесться, выпить лишнего или сгореть на солнце. Он предложил книгу, которую мы могли бы написать вместе примерно через год. Научно-популярное произведение с рабочим названием «В поисках Америки»[273]. В книге предполагалось рассмотреть американские мифы, использовать воспоминания и сравнить первоначальные планы с нынешним отклонением от курса. Я проявил интерес, помня о том, что время от времени мы обсуждали возможность совместного написания юмористической или кулинарной книги. Подобные дискуссии прекратились, но, оглядываясь назад, я никогда не настаивал на них, ведь отец и так был самым занятым человеком на планете.
Позже я узнал, что мама подталкивала Фрэнка к тому, чтобы он написал книгу вместе со мной. А также то, что она хотела продать Ксанаду, дом в Порт-Таунсенде, и купить дом на берегу моря на острове Мерсер, рядом с нами. По ее инициативе родители собирались начать поиски дома по возвращении на материк. «Люблю воду», – призналась мама.