Брайан Херберт – Увидевший Дюну (страница 75)
Прежде чем приступить к работе над книгой, отцу потребовалось подробно изучить информацию о ДНК, поскольку он задумал историю о неудачном эксперименте, в ходе которого среди населения проявился опасный вирус. Фрэнк прочитал множество книг о ДНК, общался с учеными и врачами, а затем пошел еще дальше. Чтобы узнать, насколько легко неуравновешенному, опасному человеку получить ингредиенты и материалы, необходимые для исследования рекомбинантной ДНК, он прикинулся врачом и позвонил поставщикам медицинских товаров.
«Это доктор Герберт, – представился отец. – Что нужно сделать моему отделу закупок, чтобы получить коробки с Икс-Эр‑27 и аппликаторами для ферментов?»
Из-за возможности использования подобных веществ не по назначению отец ожидал, что возникнут трудности. Вместо этого, к его изумлению, последовал ответ, что необходимо всего лишь отправить чек на нужную сумму. После оплаты товары будут отправлены без лишних вопросов.
Фрэнк разработал формулу, которая, по его мнению, могла оказаться настоящей смертельной чумой, и подумывал о том, чтобы включить ее описание в книгу. Мы с мамой указали, что, по нашему мнению, ему не следует этого делать, поскольку рецепт может попасть не к тем людям. Поразмыслив, отец ответил, что последует совету и упомянет только фрагменты информации – недостаточно, чтобы кто-то смог собрать их воедино.
Несколько дней спустя друг отца сказал мне: «Фрэнк неважно выглядит». Я отправил отцу по почте забавную открытку, написав, что люблю его.
Два дня спустя мама позвонила мне на работу. Она сообщила, что Фрэнк не спал с трех часов ночи, все время работал, ни разу нормально не поел и мало с ней разговаривал. Я повторил ей слова друга, но мама настаивала на том, что с отцом все в порядке, он просто устал. Тем временем Фрэнк написал уже четыреста пятьдесят страниц. Он пытался уложиться в срок до тридцать первого октября – оставалось всего три дня, – но это казалось практически невозможным, поскольку ему пришлось брать перерыв из-за болезни мамы.
Мама добавила, что «Патнэмс санс» уже организовали рекламу книги и в дополнение к обычному изданию обещали выпустить специальное – в индивидуальной упаковке, с автографом, по цене в пятьдесят долларов. По маминым словам, своевременная сдача книги вошла у отца в привычку со времен его работы в газете и напоминала о годах, когда он занимался журналистикой, а в свободное время писал. Он был одержим желанием уложиться в срок.
Родители планировали улететь на Гавайи двадцать седьмого ноября, после Дня благодарения, чтобы мы провели праздник вместе. Я догадывался, что это не единственная причина, почему они откладывают поездку. Они хотели познакомиться с новорожденным Гербертом, которого ждали приблизительно тринадцатого ноября.
Во вторник, третьего ноября, отец выделил время и позвонил мне. Он сообщил, что дописывает четыреста девяносто первую страницу из запланированных пятисот пятидесяти. Какие-то страницы по-прежнему представляли собой черновой вариант, но основную часть романа он уже отредактировал и утвердил. Я восхитился невероятным темпом работы. Он действительно трудился с огромной скоростью, когда хотел.
Я рассказал отцу, что у меня возникли проблемы с текстом нового романа «Мусорные хроники». Я представлял себе общий сюжет и ключевых персонажей, но не более того. Фрэнк ответил, что не следует сразу фокусироваться на ювелирной работе – синтаксисе и прочем, стоит попытаться дописать историю до конца, пусть даже отрывками, а затем вернуться и дополнить детали. Я последовал его совету, и это помогло продвинуться.
Хотя обычно отец не раскрывал детали незавершенных работ, предпочитая беречь силы для написания, он поделился, что «Белая чума» повествует о мужчине, чьи жена и дети погибли в Ирландии в результате взрыва бомбы во время теракта. Главный герой, молекулярный биолог, решает отомстить, выпустив ужасную чуму. После того как отец выбрал название для романа, он узнал, что оно использовалось ранее, в тысяча девятьсот тридцатых годах, для книги о туберкулезе. Он заверил, что это не имеет значения, поскольку названия, как правило, не защищены авторским правом.
Фрэнк Герберт рассказал о своем графике. Позже в том же месяце, за сутки до Дня благодарения, у него был запланирован визит на студию звукозаписи в Сиэтле, где он собирался прочитать отрывок из «Бога-Императора Дюны» для фонографического альбома, выпускаемого «Кэдмон рекордс»[265]. Он также упомянул, что приблизительно пятнадцатого декабря собирается встретиться с Биллом Рэнсомом на Гавайях, чтобы начать работу над продолжением «Ящика Пандоры». Предполагалось, что совместное творчество займет три или четыре месяца.
На следующей неделе я позвонил отцу по поводу предстоящего ужина и предупредил, что забронировал столик в хорошем ресторане. «Отлично», – ответил он, а затем сообщил, что у него возникли проблемы с планировкой дома в Кавалоа. Он добавил в проект ряд функций, чтобы сделать конструкцию доступной для людей с сердечными заболеваниями, но департамент землепользования и охраны окружающей среды Мауи доставлял ему неприятности, ссылаясь на несоответствие требованиям строительства. Они вставляли отцу палки в колеса, и ему пришлось изменить план, чтобы привести его в соответствие с их требованиями. Он также получил заключение врача о состоянии здоровья мамы и собирался отправить его гавайским чиновникам.
Утром в День благодарения мы с родителями сопроводили Джен на прием к врачу в Бельвью. Врач хотел осмотреть ее, прежде чем уехать на праздники, так как назначенный срок родов прошел уже две недели назад, а живот все рос. Пока Джен находилась в кабинете, мы с родителями сидели в приемной, рассеянно листали журналы, не особенно вчитываясь, и нервно переговаривались, надеясь, что ребенок чудесным образом будет готов родиться в этот же день.
Вскоре врач с вытянутым лицом и Джен вышли из кабинета. Врач сказал родителям, что боится смотреть им в глаза, понимая, как сильно они хотят увидеть ребенка перед отъездом, но ничего обнадеживающего сообщить не может. Раскрытие шейки матки по-прежнему составляет примерно два сантиметра, как и несколько недель назад. С момента рождения Ким прошло более девяти лет, и врач с едва заметной улыбкой спросил Джен, не забыла ли она, как рожать детей.
На следующее утро родители собирались улететь на Гавайи. Из-за большого количества рождественских рейсов на острова они смогли взять билеты лишь на последний рейс. В противном случае им пришлось бы ждать до января, а они хотели прибыть туда раньше, чтобы контролировать строительство дома и принять ряд важных решений на месте. Они планировали вернуться в Сиэтл в июне и, возможно, ненадолго в марте, чтобы увидеть ребенка.
Дома мы немного посидели в гостиной, прежде чем поужинали. Мама сильно похудела и никак не могла согреться в холодную погоду, как бы тепло ни одевалась. Она не снимала тяжелую шубу на меху даже в доме и сидела у дровяной печи в гостиной. Мы также включили термостат на максимум и задернули штору на большом раздвижном стеклянном окне за диваном, чтобы сохранить тепло и убрать сквозняки.
На следующий день отец позвонил с Гавайев и сообщил, что они с мамой благополучно добрались до участка, а главный дом выглядит лучше, чем ожидалось. Возведение стен и крыши уже закончено. Смотрители, молодая пара, проживали в построенном для них доме, поэтому родители остановились у своей подруги, Мэри Мур, матери автогонщика и спортивного комментатора «Эй-би-эс» Сэма Пози. Она жила в элегантном домике на берегу моря в миле от города Хана и предоставляла родителям так называемую каюту для гостей.
Мама была счастлива, ей легче дышалось на теплом воздухе, однако отец все еще не закончил «Белую чуму». Он проводил за работой долгие часы.
В субботу, двадцать восьмого ноября тысяча девятьсот восемьдесят первого года, я работал над «Мусорными хрониками» до двух часов ночи. Без пятнадцати минут шесть Джен разбудила меня, сказав, что у нее начались родовые схватки. Марго Беверли Герберт родилась в десять часов тридцать шесть минут без обезболивания. Четыре килограмма триста граммов! За последние несколько дней мы выбрали для девочки французское имя Марго, в честь моей бабушки по материнской линии, Маргерит, которую все звали Марго. В честь мамы девочка получила второе имя Беверли. Разумеется, мы с Джен не забывали о замечательном вине «Марго», которое пили с родителями.
Глава 30
Кавалоа на берегу моря
В первый день нового, тысяча девятьсот восемьдесят второго года мама позвонила с Гавайев. После того как помехи на линии рассеялись, она рассказала, что ей очень понравились фотографии малышки, которые мы отправили, и сумка с изображением зеленого кота. «Это самый элегантный кот, которого я когда-либо видела, – добавила она. – Можем ли мы подарить эту сумку Мэри Мур? Она разрешила нам пожить у нее полтора месяца и не берет арендную плату. Билл Рэнсом тоже здесь».
«Ок», – ответил я.
Мама сказала, что не хотела ранить наши чувства.
Я предложил компромисс: «Сумку ты подаришь Мэри, а нашим подарком тебе будем считать твое проживание и питание в ее доме за полтора месяца».