Брайан Херберт – Увидевший Дюну (страница 38)
Двадцать три издателя отклонили трилогию. Они не согласились публиковать книги ни в какой форме, ни по отдельности, ни целиком.
«Аналог» поддержал выпуск произведения, разделенного на три части, но у Кэмпбелла вновь возник ряд предложений по поводу сюжета, характеров, математики и науки. В оригинальной версии трилогии присутствовал эпизод, в котором Алию убивали, Кэмпбелл убедил отца пересмотреть сцену, позволив ей выжить. По словам редактора, она обладала интересным талантом (способностью заглядывать в прошлое), и ему хотелось увидеть посвященное ей продолжение, а также историю о Космической гильдии.
Несмотря на тесную связь, в которой они работали, Фрэнк Герберт и Джон Кэмпбелл никогда не встречались лично. Они проводили много часов за телефонными разговорами, обменивались письмами и страницами рукописей.
Отец однажды посоветовал мне вложить все силы в писательский проект. «Не сдерживая себя», – сказал он. Фрэнк вложил все свои силы в трилогию «Дюна», да так, что к тому времени, когда закончил редактировать рукопись для Кэмпбелла, оказался совершенно измотан – физически и морально. Годы исследований и напряженной писательской работы настолько вымотали его, что в течение недели он спал по двенадцать-четырнадцать часов в сутки.
Для обложки декабрьского номера журнала «Аналог» за тысяча девятьсот шестьдесят третий год Кэмпбелл выбрал необычайно талантливого художника Джона Шенхерра. В результате получился впечатляющий инопланетный пейзаж с парой полумесяцев на горизонте. Художник уловил суть истории и опасное крайнее запустение планеты. Ему потребовалось шесть попыток, чтобы создать обложку, которую он посчитал удовлетворительной.
Отец углубленно изучал психологию с тех пор, как в начале тысяча девятьсот пятидесятых познакомился с четой Слэттери в Санта-Розе. Эти исследования послужили основой для описания персонажей в его первом романе «Дракон в море». Теперь же, в «Дюне», отец вывел психологический аспект на новый уровень, далеко выходящий за пределы характеров.
Благодаря пониманию подсознательных сигналов Фрэнк использовал цветовую кодировку в тексте произведения. Например, желтый цвет применялся для обозначения опасности. Таким образом, когда читатель видит в тексте желтый – интуитивно понимает, что опасность неминуема. Возможно, он не осознает этого, но эта сила заставляет его перелистывать страницы, чтобы увидеть, что произойдет дальше. Отец также описывал едва заметные движения персонажей, такие как движения рук, чтобы указать на большее, чем диалог или даже мысли.
Женщины ордена Бинэ Гессерит умели управлять людьми с помощью Голоса – тонкого использования интонации и точного подбора слов. Отец многое узнал об этом из семантических исследований, которые проводил для написания политических речей. Политикам приходится быть особенно осторожными в выборе слов, чтобы не оттолкнуть большие группы избирателей и, наоборот, привлечь их внимание.
Отец ознакомился с трудами Самюэля И. Хаякавы, в том числе с книгой «Язык в мыслях и действии»[129], а также работами других авторов в этой области. Семантики того времени признавали существование «метасообщений», скрытых за реальными произносимыми словами, – посланий, которые бы не воспринимались, если бы слова были просто написаны на бумаге. Нечто в тоне голоса подсказывало,
Имена героев Фрэнк выбирал, вдохновляясь греческой и другими мифологиями. Дом Атрейдесов в «Дюне» основывается на роде Атрея, откуда происходили цари Менелай и Агамемнон. Героическая семья, страдающая от пороков и обремененная проклятием, наложенным на них Фиестом. Царь Менелай женился на Елене Прекрасной, похищение которой Парисом положило начало десятилетней Троянской войне. Брат Менелая, царь Агамемнон, возглавлял в этой войне объединенные греческие армии. По возвращении из Трои Агамемнон пал от руки своей жены Клитемнестры.
Это наводило на мысль о неприятностях, которые Фрэнк Герберт замышлял для семьи Атрейдес. Злые Харконнены в «Дюне» связаны с Атрейдесами кровным родством, поэтому, когда они убивают отца Пола, герцога Лето, получается, что родственники убивают родственников, как это произошло в семье Агамемнона.
В греческой мифологии Лето – мать Аполлона и Артемиды. В «Дюне» герцог Лето – мужчина, противопоставление мифологической основе. Отец объяснил, что он сделал это для того, чтобы подчеркнуть двуликость Януса в истории. Янус – древнеримский бог с двумя бородатыми лицами, одно из которых смотрело вперед, а другое – назад. Один из детей герцога Лето, Пол, мог заглядывать далеко в будущее, в то время как дочь, Алия, могла обращаться к прошлому. Преподобная Мать Гайя Елена Мохайем получила часть своего имени в честь Елены Прекрасной.
Персонажи соответствуют классическим мифологическим архетипам. Пол – герой, принц, отправляющийся на поиски, описанный Карлом Густавом Юнгом, Джозефом Кэмпбеллом и лордом Регланом. В одной из книг Реглана, которую изучал отец, «Герой: Исследование традиции, мифа и драмы»[130] (опубликована в 1936 году), описывались двадцать два шага, которым следуют классические герои. В том числе (все они приблизительно соответствуют жизни Пола Муад’Диба): 1) отец героя – король (в случае с Полом – герцог); 2) обстоятельства его зачатия необычны; 3) он считается сыном бога (Пол считается вернувшимся богом, мессией); 4) его пытаются убить при рождении (в юности на Пола совершили покушение); 5) после победы над царем и/или великаном, драконом или диким зверем он 6) женится на принцессе (Ирулан – его номинальная жена, дочь Императора Шаддама Коррино, а мать его детей – Чани, дочь лидера фрименов, фактически короля Лайет-Кайнса) и 7) становится правителем[131].
В «Дюне» находили и другие мифологические архетипы, в том числе дурака (Раббан), мать-ведьму (Преподобная Мать Гайя Елена Мохайем), ведьму-девственницу (Алия) и мудрого старца из мифологии «Дюны» (Пардот Кайнс).
Планета Каладан названа в честь Калидона, города в Древней Греции, где охотились на Калидонского кабана. Один из самых известных греческих мифов.
«Дюна» – современный конгломерат знакомых мифов, история о героизме и огромных песчаных червях, охраняющих бесценное сокровище, меланж. На планете Дюна обитают тысячефутовые черви, которые живут бессчетное количество лет, – свирепые драконоподобные монстры с огромными зубами и «каким-то особым дыханием». Это миф о «Многоценной жемчужине»[132]. В Библии есть притча о человеке, который раздобыл великое сокровище, а затем спрятал его. Эта притча имела связь с мифическими историями о сокровищах, таких как золотое руно, принесенное в жертву Зевсу, которое Фрикс подарил отцу своей жены и прибил к дубу, где его неусыпно охранял дракон.
В «Беовульфе», написанном неизвестным английским поэтом, свирепый огненный дракон охранял огромные сокровища в логове под скалами на берегу моря. Внимательное прочтение эпической поэмы раскрывает интересную деталь, в которой дракон описывается как червь: «Злобный червь, дракон, летал ночами в небесах… Червь спал на груде сокровищ, запрятанных в глубокой пещере… Червь глубоко вдохнул и сжег дома людей, отрыгнув красный огонь в своей злобе…»
На семинаре по писательскому мастерству, записанном его другом Биллом Рэнсомом, отец рассказывал, что героический воин Дункан Айдахо получил имя в честь штата Айдахо. Подобный прием традиционно приводил к появлению таких прозвищ, как Датч/Голландец, Скотти/Шотландец или Текс/Техасец. Для главы дома-антагониста Фрэнк выбрал резко звучащее имя Владимир Харконнен, которое на западный слух воспринималось по-советски, что наводило на мысль о коммунистическом враге, существовавшем во время написания «Дюны». Отец нашел фамилию Харконнен (которая на самом деле финская) в телефонном справочнике Калифорнии. И, следуя старой привычке, Фрэнк Герберт включил в роман имена друзей. Одно из них – Холджэнс Вонбрук, анаграмма полного имени Джека Вэнса – Джон Холбрук Вэнс. Вторым стал Пол Андерсон, под анаграммой Пандер Олсон (см. «Дюна», терминология Империума – «кримскелловое волокно» и «леди Алия Атрейдес»).
Планета, широко известная как Дюна, получила от правящей знати название Арракис – суровое, наводящее на мысли о негостеприимном месте. И оно действительно оказывается негостеприимным под недальновидным, узурпаторским контролем знати.
Само название Дюна походит на глубокий вздох, наводящий на мысль о далекой экзотической стране. У местных фрименов были голубые глаза, и они использовали несанкционированное название планеты вопреки запрету властей. Название «фримены» созвучное со «свободными людьми» – «freemen», указывало на то, что они являются независимым, мятежным народом, который не станет подчиняться никому.
Согласно указам имперских военно-политических сил, владеющих планетой, пустынный мир изначально называли Арракисом, а затем Ракисом. Но волелюбивые жители пустыни, живущие там с незапамятных времен, почитали дух Дюны и великого червя-создателя Шай-Хулуда. Они мятежники, и само название, которым они называют собственный мир, Дюну, говорит об этом. Никакая внешняя сила, никакая чужая для них власть не сумеют заставить их изменить образ жизни.