Брайан Херберт – Увидевший Дюну (страница 30)
Когда ему приходили письма и прочие документы, он накалывал их на штырь для бумаг, стоящий на верхней полке. Когда он писал что-нибудь, то отвечал только на самые важные письма. Все прочие оставались без ответа, из-за чего у отца выработалась привычка накапливать огромные стопки неотвеченных писем. Он сосредотачивал все силы на том, чтобы завершить произведение, не обращая внимания на все остальное. Закончив рассказ и отправив его агенту по почте, он тратил несколько дней, чтобы ответить на все письма.
Его рабочий кабинет считался в прямом смысле слова священным местом в доме. Я имел лишь слабое представление о таинственных заклинаниях и ритуалах, которые отец совершал внутри с помощью письменных принадлежностей, но точно знал, что ко всем его вещам следует относиться с величайшим уважением. Поэтому всякий раз, оказавшись в кабинете, я прилагал все усилия, чтобы не нарушить порядка, и нервно, словно кошка, прислушивался к звукам, которые могли бы свидетельствовать о приближении Хозяина Обители. За один визит я осматривал только небольшой участок комнаты, возвращая все предметы точно на то место, откуда их взял.
Снаружи на двери его кабинета висела забавная табличка, над которой я никогда не смеялся, пока жил с родителями. На ней был изображен жуткий мультяшный персонаж с подписью: «Я не страдаю язвой, я вызываю ее у других!»
Мама часто приносила домой рекламные макеты из «Бон Марша», чтобы поработать над ними. На многих изображались модные женские образы. На своей портативной пишущей машинке «Олимпия» она печатала рекламные статьи на газетной бумаге, которые затем вырезала и раскладывала на больших листах, размещая текст и иллюстрации. Когда получившийся результат ее устраивал, она закрепляла все компоненты макета с помощью клея. Мама преуспела на новой должности, сначала получив повышение до менеджера по рекламе, а затем и до менеджера по стимулированию сбыта.
После нескольких дней работы над «Они остановили наступление песков» отец понял, что перед ним нечто большее, чем статья в журнал. Он откинулся на спинку стула и вспомнил, как пролетал над дюнами Орегона на «Цессне». Песок. Пустынный мир. Он представил себе землю без технологий, способных остановить наступление песчаных дюн, и экстраполировал эту идею до тех пор, пока вся планета не превратилась в пустыню.
Какие персонажи могли бы населять такой мир и какова была бы их история? Какой религии бы они придерживались? Последний вопрос отец считал очень важным, возможно, одним из ключевых, на которые предстояло ответить.
Три основные религии мира – иудаизм, христианство и ислам – возникли и развивались в пустынных регионах, в запустении, среди песков. Это станет основой для сложной истории, которую он хотел написать. Выбор пал на самую фанатичную религию из трех – ислам. История будет придерживаться арабского мировоззрения, а героем станет мессия. Отец представлял пустынного мессию, подобного Махди или Мухаммеду, всадника, за которым следует разношерстная армия верхом на лошадях или верблюдах, мчащаяся через пустыню. Вокруг этого харизматичного лидера, способного вдохновить людей на безграничную преданность, сформируется структура власти.
Отец хотел создать роман, который бы опирался на реальные исторические события, смешивал их и представлял в новом свете, руководствуясь высказыванием одного из своих любимых литераторов, Эзры Паунда: «Сделай это по-новому».
Фрэнк Герберт слабо представлял себе сложное строение пустынных экосистем, но приступил к их основательному изучению. Он хотел воплотить в романе что-то футуристическое, используя технологии и передовые методы ведения войны в пустыне. Несмотря на свои пристрастия к коротким рассказам, он снова изменил курс и решил, что это должен быть научно-фантастический роман. Ему требовался простор, который предоставлял этот жанр.
К подобной работе следовало тщательно подготовиться.
Отец обошел все библиотеки и книжные магазины в поисках литературы о пустынях, обитающих там народах, их языках и религиях. Он многое узнал о поведении песка, пустынных бурях, распоряжении водными ресурсами и формах жизни на суше. Изучил, как люди выживают во враждебной, безжизненной среде. Прочитал мемуары Т. Э. Лоуренса тысяча девятьсот двадцать шестого года о войне в пустыне – «Семь столпов мудрости»[96].
Навыки исследования, полученные в Библиотеке Конгресса, сослужили ему хорошую службу, поскольку он быстро просматривал книги и статьи в поисках нужной информации, избегая длинных, отнимающих много времени отрывков.
Но иногда врожденное мальчишеское любопытство мешало двигаться дальше. Пока искал одно, мог отвлечься на другое и часами изучать тему, которая имела мало общего с историей, которую он хотел написать.
Его заметки начали заполнять папки. Незаконченная журнальная статья попала в одну из них: со справочной информацией об экологии пустынной планеты.
Действие этой истории разворачивалось не на Земле, но героями оставались люди. Отец считал, что читатель лучше всего ассоциирует себя с человеком. И, заимствуя мнение американских индейцев о культуре белых, он описывал, как человек навязывает себя своему окружению, подчиняя его и не умея жить с ним в гармонии.
У него снова возникла склонность к научной фантастике, но, чтобы отвлечься от тягот подготовки к созданию романа, он вернулся к написанию коротких рассказов в этом жанре и отправлял их по почте Лертону в Нью-Йорк. Это не было полной приверженностью научной фантастике, так как время от времени он продолжал пытаться писать реалистические рассказы…
Иногда отец подшучивал над мамой по поводу черного пятна у нее на пояснице, которое появлялось и исчезало. Он говорил, что это «монгольское пятно», указывающее на то, что она является наполовину индианкой либо азиаткой. Это противоречило тому, что мама слышала от своей семьи, которая утверждала, что в их жилах течет только чистая кровь «восточного побережья»[97].
Родители жили душа в душу и редко ссорились, по крайней мере в присутствии детей. Они проявляли удивительную совместимость, за несколькими исключениями. С первых дней брака отец полностью зависел от мамы в том, что касалось потерянных вещей. Он утверждал, что она является «белой ведьмой», обладавшей таинственными методами, о которых даже сама не догадывается. Как естественное следствие, у отца развилась склонность к небрежности в отношении личных вещей – он постоянно оставлял где-то ключи, бумажник, очки, книги и тому подобное.
Иногда это раздражало маму, потому что он отрывал ее от работы или какого-то другого занятия, требуя, чтобы она нашла ему что-нибудь. Если мама не спешила ему на помощь, отец очень расстраивался.
«Я замужем за взрослым ребенком», – покорившимся судьбе тоном говорила она.
Однажды, чтобы извиниться за плохое поведение, отец напечатал ей записку:
На это она напечатала ответ на том же листе бумаги:
В некотором смысле, например в том, что отец зависел от мамы в поиске вещей, это были симбиотические отношения, когда организмы разных видов сосуществовали. С другой стороны, мама таким же образом зависела от отца, ведь он отвозил ее, куда бы она ни захотела. В тысяча девятьсот пятьдесят шестом году, сдав все экзамены, она все-таки получила водительские права штата Орегон. Впоследствии она ими ни разу не воспользовалась, и срок их действия истек. И все-таки я не решаюсь дать окончательную оценку их отношениям, потому что они не вписывались в общепринятые рамки.
Они зависели друг от друга. Когда у одного возникали проблемы, как с поиском вещей или вождением, второй посильно помогал, и они становились единым целым. Когда отцу требовалось время для написания книги, мама работала, чтобы прокормить семью. Фрэнк и Беверли Герберты были неразлучны.
В тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году, в День благодарения, отец и его друг, фотограф Джонни Бикел, отправились в заповедник близ Грин-Ривер в штате Вашингтон, который назывался «Ранчо Хидден-Вэлли»[98]. Заповедником владели Джордж Х. Уэстбо и его жена Маргарет. Отец хотел написать статью об Уэстбо для одного из престижных национальных журналов, они с Джонни приехали сделать фотографии. У Уэстбо жила огромная львица по кличке Крошка Тайк, которую знали по всему миру, поскольку она была вегетарианкой и никогда не пробовала мяса. Про нее сняли документальный фильм и написали бестселлер, который так и назывался – «Крошка Тайк». Территорию резиденции великолепно обустроили: прудом, пышной растительностью и экзотическими птицами, в том числе павлинами и лебедями.
За ужином Джордж Уэстбо поведал о знаменитой львице, которая умерла незадолго до этого. Он также рассказал историю, как искал смотрителя и дал объявление, на него откликнулась молодая пара. Уэстбо забыл рассказать им о львице. Они подходили к резиденции, мужчина держал ребенка на руках, когда внезапно выскочила Крошка Тайк и бросилась к ним. Женщина с криком убежала. Мужчина последовал за ней по пятам, выронив ребенка перед львицей. Кошечка облизала ребенку лицо, но пара не получила работу.