Borland Clause – Леший. В начале пути (страница 4)

— Плохая идея.

— Слышал. Фонскачет. Что там?

— Не фон. —Сквозняк взял свою кружку, помолчал секунду. — Зона двигается, Леший. Неаномалии — сама структура. Три «карусели» на восточном секторе сместились. Однаиз них была у тропы, которую ты знаешь — теперь она прямо на тропе. Я едва невошёл.

— Насколькосместились?

— Метров надвадцать-тридцать. За одну ночь. Я там был позавчера вечером — всё стояло какобычно. Утром вышел — другая картина.

Борланд отпилчай. Поставил кружку.

— Жарку новуювидел? У камней, километра три отсюда на юг?

Сквозняк чутьподнял брови.

— Нет там жарки.

— Была. Сегодня.Свежая, тушканов взяла. — Пауза. — И «пламя земли» дала на прощание.

— Дала,говоришь. — Сквозняк усмехнулся. — Значит, зона тебя любит.

— Значит, в моёммаршруте придётся делать крюк.

— Или менятьмаршрут. — Сквозняк покрутил кружку в руках. — Северный проход чище. Аномалиитам старые, устоявшиеся, никуда не двигаются. До твоего русла дольше, нодоберёшься.

Борланд кивнул.Достал карту, расстелил на стойке. Сквозняк склонился рядом, ткнул пальцем.

— Вот здесь.Держись западнее вот этой гряды — там «студень» стоит, обходи. Дальше — чисто.Выйдешь к руслу с севера, это лишних часа два, но зато без сюрпризов.

— Принято.

Бармен молчадолил чай. Сквозняк вернулся к своим картам.

* * *

Борланд сидел,изучал поправки на карте, когда рядом кто-то сел.

Он поднялвзгляд. Мужчина лет сорока, в куртке с нашивкой — из той группы у дальнегостола. Лицо спокойное, внимательное. Не сталкер — движения не те, взглядоценивающий, но не тот, каким смотрят на зону. Учёный. Или военный в штатском.Борланд не стал угадывать.

— Леший? —спросил мужчина.

— Смотря ктоспрашивает.

— Колесников. —Он протянул руку. — Научная экспедиция, контракт с военными. Аномальныеструктуры восточного сектора, картографирование разломов. — Пауза. — Нам нуженпроводник.

Борландпосмотрел на него. Потом — на стол у дальней стены, где остальные трое ждали свидом людей, привыкших ждать, пока кто-то договаривается.

— Куда?

— Разлом устарого русла. Нам говорили, вы его знаете.

— Знаю, — сказалБорланд. — И как раз туда иду. — Он свернул карту. — Но маршрут изменился.Северный обход, лишние два часа. Если устраивает — могу взять.

Колесников неколебался.

— Устраивает. Когдавыход?

— Полчаса. —Борланд допил чай, поставил кружку. — И сразу условие: в зоне слушаете меня. Необсуждается, не голосуется. Я сказал стоять — стоите. Я сказал бежать — бежитеи не спрашиваете куда.

Колесниковкивнул.

— Наспредупреждали, что у вас такие условия.

— Ктопредупреждал?

— Сержант спериметра. — Лёгкая пауза. — Сказал: Леший дорогой не берёт, но живым доведёт.

Борланд помолчалсекунду. Встал, закинул рюкзак.

— Полчаса, —повторил он. — Снаряжение проверьте. Лишнего не брать.

* * *

Сквознякпроводил его взглядом от стойки. Когда Борланд проходил мимо, бросил негромко,не отрываясь от карт:

— Учёных в зонуведёшь — сам знаешь, что это такое.

— Знаю, — сказалБорланд.

— Удачи, Леший.

— И тебе.

Дверь закрыласьза ним. Снаружи было тихо, марево над зоной чуть подрагивало на севере. Полчаса— собрать группу, проверить снаряжение, пересмотреть маршрут с поправкойСквозняка.

Зона ждала. Онаумела ждать.

Глава 4. Путь к руслу

У ворот базыБорланд появился за пять минут до назначенного времени.

Группа ужесобралась — почти вся. Колесников стоял с картой, сложенной вчетверо, рядомвторой учёный — плотный, в очках, с рюкзаком, явно набитым выше разумного. Двоев гражданском держались чуть поодаль, спокойно, привычно — военная выправкачиталась в том, как они стояли, как смотрели по сторонам. Не туристы.

И двоесталкеров.

Крота Борландзнал. Невысокий, жилистый, с вечно задумчивым видом человека, который толькочто прочитал что-то интересное и ещё не переварил. Снаряжение добротное,хоженое. В зоне Крот был надёжным — осторожным, внимательным, без лишней удали.Любил ходить с учёными, умел разговаривать с ними на их языке, а на привалахмог ввернуть что-нибудь про квантовые флуктуации или пространственную топологиютак, что половина группы замолкала, не зная, как ответить. За это и прозвалиКротом.

Второй былнезнакомым.

Борланд оценилего одним взглядом — быстро, как оценивают в зоне: не по лицу, а по деталям.Снаряжение дорогое, почти новое. Оружие — хорошее, ухоженное, но носил егоиначе, чем носят те, кто привык к зоне. Чуть неправильно. Взгляд — спокойный,почти равнодушный, с той холодной оценочностью, которая бывает у людей,привыкших смотреть на других как на переменные в задаче.

Не ходок.Наёмник.

Борланд ничегоне сказал. Отметил — и убрал в ту часть головы, где хранились вещи, требующиевнимания.

Седьмым быладевушка.

Молодая, летдвадцати пяти, в аккуратной полевой куртке с нашивкой экспедиции. Рюкзакнебольшой — ассистентский, с блокнотом и планшетом в боковых карманах. Онастояла рядом с Колесниковым и смотрела на Борланда с тем выражением, с которымсмотрят на что-то, про что много слышали, но видят впервые.

Борланд обвёлгруппу взглядом. Мысленно вздохнул.

Вслух — ничего.Махнул рукой.

— Идём.

* * *

Зона приняла ихмолча.

Первыеполкилометра шли по знакомому редколесью — Борланд впереди, темп ровный, небыстрый. Детектор тихо тикал. Группа держалась — военные шли грамотно, Кротпривычно, учёные старались не отставать. Незнакомый сталкер двигалсязамыкающим, чуть в стороне. Самостоятельно, без команды. Борланду это непонравилось.

— Как тебязвать? — спросил он, не оборачиваясь.

— Винт, — пришлосзади, коротко.

— Винт. В зонене расходимся. Держишься в пределах видимости.

Пауза.